Я проснулась в шесть утра и сразу пожалела об этом. За окном было серо, холодно, и постель казалась единственным разумным местом на всей планете. Будильник звенел противно, настойчиво, и я уже в третий раз нажимала на кнопку отложить. Зачем я вообще вчера решила, что мне нужно начать ходить по утрам? Какая глупость.
Вчера вечером всё казалось простым. Света из соседнего подъезда рассказывала, как она начала гулять по парку, и теперь чувствует себя совсем по-другому. Легче стало, говорит, и настроение лучше, и даже давление не так скачет. Я слушала и думала: а что, может, и мне попробовать? Пятьдесят пять лет, пенсия уже год как, дети выросли, разъехались, время вроде есть. Только вот желания никакого.
Лежала я так минут десять, потом всё-таки встала. Не то чтобы загорелась идеей, просто подумала: ну раз уж проснулась, можно хоть попробовать. Оделась в старый спортивный костюм, который лет пять в шкафу висел, нашла кроссовки. Всё это время в голове крутилось: зачем тебе это надо, ложись обратно, никто не узнает. Но я уже была одета, и возвращаться в постель казалось глупее, чем выйти на улицу.
Парк был пустой и тихий. Утренний воздух резал лёгкие, холодный такой, осенний. Я прошла метров двести и уже устала. Не физически даже, а морально. Скучно было страшно. Иду, смотрю по сторонам, и думаю только о том, когда же можно будет развернуться и пойти домой. Прошла ещё немного, минут пятнадцать наверное, и решила, что достаточно. Первый блин комом, как говорится. Вернулась домой, заварила чай и забыла про эту затею.
Через три дня Света снова завела разговор про прогулки. Я сказала, что пробовала, но не моё это. Она засмеялась и ответила, что у неё тоже сначала так было. Говорит, надо хотя бы неделю походить, потом привыкнешь. Я кивнула, но про себя решила, что больше не пойду. Зачем мучиться, если не нравится?
Но на следующее утро проснулась снова рано. Сама не знаю почему. Лежала, смотрела в потолок и думала: ну вот, опять не спится. И тут вспомнила про парк. Подумала: раз уж не сплю, можно и выйти. Не из энтузиазма, а просто чтобы время убить. Оделась и пошла.
В этот раз было чуть легче. Наверное, потому что не ждала от себя подвигов. Просто шла и шла. Заметила, что в парке есть белки. Раньше как-то не обращала внимания. Одна прыгала по веткам прямо надо мной, я остановилась, посмотрела. Потом пошла дальше. Прошла минут двадцать, может, чуть больше. Вернулась домой без особых впечатлений, но и без раздражения.
Дочка позвонила вечером, спросила, как дела. Я рассказала про прогулки. Она удивилась:
– Мама, ты? По утрам гулять? Это что-то новенькое.
– Да так, попробовала пару раз. Скучно, конечно, но делать нечего.
– Ну, хоть какая-то активность. Это же хорошо для здоровья.
– Знаю я, что хорошо. Только вот желания ноль.
Она засмеялась и посоветовала музыку слушать или аудиокниги. Говорит, время быстрее проходит. Я подумала, что может и правда попробовать, но телефон у меня старый, с этими приложениями я не дружу, да и наушников нормальных нет.
Ходила я так через день. Не каждое утро, а когда получалось. Вернее, когда заставляла себя. Бывало, проснусь, посмотрю в окно, а там дождь или ветер, и думаю: ну всё, сегодня точно не пойду. И не шла. Никакой вины не чувствовала, просто вычёркивала день и жила дальше.
Но иногда выходила. И каждый раз замечала что-то новое. То скамейка покрашенная появилась, то листья на дорожках лежат красивые, жёлтые и красные. Один раз видела, как старик кормил голубей. Сидит на скамейке, крошки бросает, а вокруг птицы толпятся. Я подумала: вот человек тоже нашёл себе занятие по утрам.
Через пару недель заметила, что стала просыпаться легче. Не то чтобы с радостью вскакивала, но и не лежала больше часами, уговаривая себя встать. Просто открывала глаза, лежала минут пять, потом вставала. И как-то само собой получалось, что одевалась и шла гулять. Не из-за силы воли, а просто потому что так уже привыкла.
Однажды встретила в парке женщину примерно моего возраста. Она шла быстро, энергично так, в ярко-розовой куртке. Поравнялась со мной, кивнула, улыбнулась. На следующий день снова встретились, она опять кивнула. Так и повелось, стали здороваться молча, просто кивком.
Дети приехали на выходные. Сын с невесткой, дочка с зятем. Сидели за столом, разговаривали о всякой ерунде. Внучка, Машка, спросила:
– Баб, а правда, что ты теперь спортсменка?
Я засмеялась:
– Откуда ты это взяла?
– Мама говорила, что ты по утрам в парк ходишь. Каждый день.
– Не каждый. Когда получается.
Дочка посмотрела на меня с интересом:
– А ты и правда продолжаешь? Я думала, ты уже забросила.
– Хожу иногда. Привыкла уже вроде.
Сын удивился:
– Мам, а зачем? Ты же всегда говорила, что терпеть не можешь рано вставать.
– И сейчас не люблю. Но раз уж просыпаюсь, то лучше пройтись, чем дома сидеть.
Они переглянулись, но ничего не сказали. Наверное, думали, что это очередная моя причуда, которая скоро пройдёт. Я и сама так думала.
Но прогулки продолжались. Не знаю, как так получилось, но они вписались в мою жизнь незаметно. Как чашка утреннего чая или вечерний сериал. Просто стали частью дня. Бывало, конечно, что лень одолевала. Особенно когда погода плохая или спала плохо ночью. Тогда разрешала себе пропустить. Но таких дней становилось всё меньше.
Зима началась неожиданно рано. В ноябре уже снег выпал, и я подумала, что теперь точно прогулки закончатся. Кто ж в снег и холод ходить будет? Но утром проснулась, посмотрела в окно, а там красота. Снег свежий лежит, никто ещё не ходил, всё белое, чистое. И захотелось вдруг посмотреть, как парк в снегу выглядит.
Оделась теплее, шапку надела, шарф, и пошла. Было тихо невероятно. Снег скрипел под ногами, воздух морозный, но такой чистый. Я шла и думала, что если бы мне год назад сказали, что я буду гулять зимой по утрам, рассмеялась бы в лицо.
Та женщина в розовой куртке тоже ходила. Теперь она была в синем пуховике, но я её сразу узнала. Мы уже здоровались словами:
– Доброе утро.
– Доброе.
И расходились дальше. Никаких долгих разговоров, просто признание того, что мы обе здесь, обе продолжаем.
Перед Новым годом Машка снова приехала. Теперь она оставалась у меня на несколько дней, потому что родители уехали отдыхать. Утром я встала как обычно, стала одеваться. Машка проснулась, вышла на кухню сонная:
– Баб, ты куда?
– Гулять.
– Сейчас? На улице же холодно!
– Ничего, тепло оденусь.
– А можно я с тобой?
Я засомневалась. Мне нравилось ходить одной, в тишине, с мыслями наедине. Но отказать внучке не могла.
– Давай, только быстро одевайся.
Мы шли по парку медленно, Машка болтала без умолку. Рассказывала про школу, про подруг, про какой-то мультик. Я слушала вполуха, кивала. Потом она вдруг замолчала, посмотрела на меня и спросила:
– Мама, зачем ты в пятьдесят пять каждое утро по парку часами ходишь?
Я остановилась. Вопрос застал врасплох. Правда, зачем? Сама толком не понимала.
– Не каждое утро. И не часами. Минут сорок, от силы час.
– Ну всё равно. Зачем?
Я подумала. Хотела сказать что-то про здоровье, про пользу, но поняла, что дело не в этом.
– Знаешь, Маш, я и сама не очень понимаю. Просто... привыкла. Мне нравится утром здесь быть. Тихо, спокойно. Никто не дёргает, ничего не надо. Просто иду и иду.
– А раньше ты же не ходила.
– Раньше не ходила. Раньше мне казалось, что это скучно и бессмысленно. А потом попробовала и поняла, что это не скучно. Просто... другое.
Машка кивнула, будто всё поняла, хотя вряд ли в её десять лет можно было понять. Мы прошли ещё круг, вернулись домой. Она больше не спрашивала.
Зима тянулась долго. Январь, февраль, март. Снег, потом слякоть, потом снова снег. Я продолжала ходить. Уже не думала, идти или нет. Просто вставала и шла. Иногда встречала знакомую женщину, иногда других людей. Появился мужчина с собакой, он всегда ходил в одно и то же время. Собака большая, лохматая, радостная. Она бегала впереди, он шёл спокойно, курил иногда. Мы тоже начали здороваться.
Где-то в конце марта заметила, что стало легче дышать. Не в смысле, что воздух теплее, а внутри как-то. Раньше бывало, просыпаюсь с тяжестью в груди, с каким-то беспокойством непонятным. А теперь этого не было. Или было, но после прогулки рассеивалось.
Света как-то зашла, сидели пили чай. Она посмотрела на меня и сказала:
– Ты знаешь, ты изменилась.
– В смысле?
– Не знаю даже. Лицо другое. Свежее что ли.
Я пожала плечами. Не замечала особо. Но в зеркало стала смотреться чаще. И правда, вроде бы что-то изменилось. Не кардинально, но было в лице больше жизни что ли.
Весна пришла медленно, по чуть-чуть. Сначала снег начал таять, потом появились проталины, потом первые птицы вернулись. Я наблюдала за этим каждое утро, и это было удивительно. Раньше весна просто приходила, и я замечала её, когда уже всё зелёное стояло. А теперь видела каждый этап. Как почки набухают, как первые листочки пробиваются, как трава зеленеет.
В апреле дочка позвонила:
– Мам, я к тебе на выходные приеду. Одна, без мужа. Он в командировку уезжает.
– Приезжай, конечно.
Она приехала в пятницу вечером. Мы поужинали, поговорили. Утром я встала как обычно, стала одеваться. Дочка вышла из комнаты:
– Ты на прогулку?
– Да.
– Можно я с тобой?
Я удивилась. Дочка моя любит поспать, особенно в выходные.
– Конечно. Только быстрее, а то я привыкла в семь выходить.
Мы шли молча. Она тоже, видимо, не до конца проснулась. Я показала ей свой обычный маршрут, рассказала про белок, про женщину в синем пуховике, про мужчину с собакой. Она слушала, улыбалась.
– Мам, а ты счастлива? – спросила она вдруг.
Вопрос странный. Я задумалась.
– Не знаю. Наверное. А что?
– Просто у меня всё время ощущение, что ты одна, что тебе скучно. Мы же редко видимся, звоним не так часто. И я переживаю.
– Не переживай. Я нормально живу. У меня есть подруги, есть дела свои. И вот прогулки теперь.
– Эти прогулки... они правда помогают?
– Помогают. Не знаю даже, как объяснить. Просто когда иду, голова проясняется. Всякие мысли лишние уходят. Становится легче.
Дочка кивнула. Мы прошли ещё немного, потом она сказала:
– Я рада, что ты это делаешь. Серьёзно.
Мы вернулись домой, позавтракали, провели выходные вместе. Но этот разговор запомнился.
Лето началось жарко. Я перенесла прогулки на более раннее время, стала выходить в шесть. В парке было пусто, прохладно, птицы пели. Я ходила в лёгкой одежде, наслаждалась утренней свежестью. Это стало моим временем. Не для кого-то, не ради чего-то, а просто для себя.
Как-то раз встретила ту женщину в синем пуховике. Теперь она была в светлой футболке и спортивных брюках. Мы поздоровались, и она вдруг остановилась:
– Простите, а давно вы ходите сюда?
– С осени прошлого года.
– Я тоже примерно тогда же начала. Мы же часто встречаемся.
– Да, я вас вижу.
– Меня Галина зовут.
– Лена.
Мы немного поговорили. Оказалось, она тоже на пенсии, живёт неподалёку, начала ходить по совету врача. Говорит, давление было высокое, а теперь нормализовалось. Мы разошлись, но после этого всегда здоровались по имени, иногда перекидывались парой фраз.
Прошёл год. Потом ещё один. Прогулки стали настолько обычным делом, что я уже не представляла утро без них. Это было не напряжение, не усилие над собой, а просто часть жизни. Как умыться или позавтракать.
Давление действительно стало лучше. Врач на очередном приёме удивилась, спросила, что изменилось. Я рассказала про прогулки. Она одобрительно кивнула и сказала продолжать.
Настроение тоже стало ровнее. Раньше бывали дни, когда просыпалась с тоской, с ощущением бессмысленности. Теперь таких дней почти не было. Или были, но после прогулки это чувство рассеивалось, и день складывался нормально.
Машка подросла, стала приезжать реже, учёба, свои дела. Но когда приезжала, всегда спрашивала:
– Баб, ты всё ещё ходишь?
– Всё ещё.
– Молодец.
Однажды осенью, когда листья снова стали жёлтыми и красными, я шла по парку и вдруг поймала себя на мысли: мне хорошо. Просто хорошо. Не потому что случилось что-то особенное, не потому что я чего-то добилась. А просто потому что я иду, дышу, вижу красоту вокруг, и это достаточно.
Я не стала другим человеком. Не превратилась в спортсменку, не изменила жизнь кардинально. Просто каждое утро выходила из дома и шла по парку. Час, иногда меньше, иногда чуть больше. Это не было подвигом, не было чем-то героическим. Это было просто решение, которое я приняла и которому следовала. День за днём, месяц за месяцем.
И это изменило не всё, но что-то важное. Дало ощущение, что я контролирую хоть что-то в своей жизни. Что могу принять решение и следовать ему. Что у меня есть время для себя, которое принадлежит только мне.
Сейчас я не думаю, идти или не идти. Просто встаю, одеваюсь и выхожу. Это стало моей нормой. Не чем-то выдающимся, не темой для гордости, а просто частью того, кто я есть. Женщина пятьдесят семи лет, которая каждое утро ходит по парку. И которой от этого хорошо.