Как в СССР теряли ключи от «Москвича

Как в СССР теряли ключи от «Москвича»

Как в СССР теряли ключи от «Москвича»

Представьте себе: вы только что вышли из гастронома, руки заняты сетками с дефицитными апельсинами. И тут холодная волна прокатывается по телу. Карман пуст. Где ключи от машины? Не просто от машины, а от «Москвича» — вашей гордости, на которую копили семь лет и которую до сих пор иногда протираете на ночь тряпочкой. Паника советского человека в такой ситуации была особая, почти философская.

Главное — не сломать молдинг

Потому что вариантов-то было немного. Второго ключа, как правило, не существовало в природе. Его либо не выдали на заводе, либо он благополучно потерялся в недрах домашнего комода еще пять лет назад. Вызвать «специалиста» с улицы? Страшно подумать. Оставался народный метод, который знал каждый уважающий себя автовладелец.

Инструкция передавалась из уст в уста. Бралась обычная... нет, не отмычка, а плоская отвертка и молоток. Суть была в том, чтобы аккуратно, с чувством, выбить личинку замка двери. Не повредив при этом хромированный молдинг! Это было высшее пилотажное искусство. Звук ударов молотка по отвертке, стоящей в замочной скважине, казался невероятно громким на тихой дворовой стоянке. Но прохожие понимали — свой человек попал в беду. Помогали советом: «Сильнее бей, она уже пошла!» или «Давай я подержу, а то косо идешь».

Замок как элемент дизайна

А ведь личинку потом нужно было где-то достать. Новую. И вот тут начинался настоящий квест. В магазине «Автозапчасти» вам с искренним сочувствием говорили, что личинки на «Москвич-412» не было в наличии с прошлого квартала, но, может, завезут. Поездка на вещевой рынок, в знаменитые «толчки» или «развалы», была делом почти обязательным. Там, среди старых бамперов и покрышек, можно было отыскать заветную деталь. Ее бережно заворачивали в газету «Труд» и везли домой, чувствуя себя победителем.

Установка новой личинки — это уже было техническое творчество. Ключ от нее был один-единственный, маленький и невзрачный. Его сразу же привязывали на прочную тесемку, которую, в свою очередь, надевали на шею, как ценнейший талисман. А старый, выбитый замок? Часто его так и оставляли. Дверь закрывалась изнутри. А снаружи оставалось напоминание о былой драме — замочная скважина с проворачивающейся просто пальцем личинкой. Это была наша, советская, система безопасности. Угостить такую машину было невозможно, потому что угонять-то было нечего — все равно рядом стоит такая же.

Не ключ, а судьба

Потеря ключей от машины в СССР была не просто бытовой неприятностью. Это было испытание на смекалку, стрессоустойчивость и умение решать проблемы в условиях хронического дефицита. Это сплачивало с соседями по гаражу, давало тему для разговора на работе и лишний раз напоминало, что ваша «ласточка» — штука ценная, но своенравная. Ключ от «Москвича» был не просто железкой. Это был пропуск в мир личной свободы, пусть и очень условной. И его потеря, а затем нелегкое возвращение, делали эту свободу еще дороже. Ведь что мы ценим больше всего? То, что едва не потеряли.