— Слушай, а давай сегодня просто полежим на диване? — Эля повернулась к мужу,который сосредоточенно листал ленту в телефоне. — Закажем пиццу, включим сериал...
Максим кивнул, не отрываясь от экрана:
— Отличная идея. Устал я сегодня на работе. Этот отчет для головного офиса просто убил.
Эля улыбнулась и откинулась на спинку дивана. Наконец-то спокойный вечер пятницы. Никаких дел, никаких обязательств. Она уже предвкушала, как через час они с Максимом устроятся с горячей пиццей перед экраном, когда телефон мужа зазвонил.
— Мама, — коротко бросил он, поднимая трубку.
Эля почувствовала, как внутри всё сжалось. Она знала, что будет дальше.
— Да, мам... Нет, мы дома... Ну... — Максим неловко посмотрел на жену. — Конечно, приезжайте.
Когда он положил трубку, Эля молча встала и пошла на кухню.
— Солнце, ну не сердись, — Максим догнал её у холодильника. — Они ненадолго. Попьют чай и уедут.
— Ага, как всегда, — буркнула Эля, доставая из морозилки пакет с пельменями. — Часам к одиннадцати.
*
Четыре месяца назад, когда они только въехали в новую квартиру, Эля была на седьмом небе от счастья. Двушка в новостройке, с отличной планировкой и свежим ремонтом. Наконец-то можно было выдохнуть после тесной студии, где они ютились три года.
Правда, радость омрачало одно обстоятельство — квартира находилась всего в двадцати минутах езды от дома свекрови Тамары Владимировны. Эля пыталась убедить Максима поискать что-то в другом районе, но он отмахивался:
— Ну что ты паникуешь? Мама не будет каждый день к нам ездить. У неё своих дел полно.
Дел у Тамары Владимировны действительно хватало, но только до того момента, как молодые переехали. После этого у неё словно открылось второе дыхание.
Первый звонок раздался через неделю после новоселья:
— Максимушка, как вы там устроились? Мы с Дашей хотели бы посмотреть, как вы живёте.
Даша — младшая сестра Максима, копия матери не только внешне, но и по характеру. Замужем уже пять лет, но казалось, что её муж Игорь существует где-то параллельно, в другой реальности. Даша проводила с матерью столько времени, будто они были подругами-одногодками, а не родственницами с разницей в двадцать восемь лет.
— Элечка, какая у вас кухня просторная! — восхитилась Тамара Владимировна, оглядывая помещение. — Правда, стены бы я в другой цвет покрасила. Этот оттенок серого такой... унылый. Мы с Дашей когда свою кухню делали, выбрали бежевый. Намного уютнее получилось.
Эля натянуто улыбнулась. Серый цвет она выбирала два месяца, пересмотрев сотни фотографий в Pinterest.
— А холодильник у вас небольшой, — подхватила Даша. — Вы хоть продукты нормально размещаете?
— Размещаем, — коротко ответила Эля.
В тот первый визит Эля ещё держалась. Она улыбалась, кивала, предлагала чай. Но когда через неделю раздался очередной звонок с сообщением, что «мы тут рядом проезжали, заглянем на минутку», она почувствовала первые нотки раздражения.
«Минутка» превратилась в четыре часа. Тамара Владимировна осмотрела все шкафы, прокомментировала выбор штор («слишком тёмные, не дай бог депрессию заработаете»), и искренне удивилась, что Эля не готовит борщ («Максим же его так любит!»).
— Мам, я не люблю борщ, — вздохнул Максим. — Сто раз тебе говорил
Визиты участились. Раз в неделю, словно по расписанию, в пятницу вечером раздавался звонок. И каждый раз Эля чувствовала, как внутри что-то сжимается от злости и бессилия.
Она пыталась говорить с Максимом:
— Послушай, может, попросишь маму приезжать пореже? Или хотя бы предупреждать заранее?
— Да она же не со зла, — Максим пожал плечами. — Просто скучает. Пенсия, свободного времени полно, вот она и решила больше времени с нами проводить.
— Но она проводит его не «с нами», а со мной! — возмутилась Эля. — Ты же каждый раз сбегаешь в свою комнату, а я сижу, слушаю про соседку тёти Лены и про то, как правильно варить рис!
— Ну извини, но женские разговоры мне неинтересны.
— Мне они тоже неинтересны!
Максим развёл руками:
— Не могу же я маме сказать, что она нам мешает. Это мама, Эль. Пойми.
*
В тот злополучный вечер, когда Максим сообщил о приезде матери и сестры, Эля решила действовать.
Она быстро сварила пельмени, нарезала овощи для салата и накрыла на стол. Когда раздался звонок в дверь, на её лице была абсолютно спокойная улыбка.
— Тамара Владимировна, Даша, проходите! — она радушно обняла гостей.
— Элечка, дорогая! — защебетала свекровь. — Мы тут мимо проезжали, решили заглянуть. Не помешали?
— Что вы, конечно нет! Садитесь за стол, я пельмени сварила.
Тамара Владимировна скептически осмотрела блюдо:
— Пельмени... Ну, иногда можно.
Они сидели уже около часа, когда Эля посмотрела на часы и театрально вздохнула:
— Ой, совсем забыла! У меня же сегодня еще встреча с подругой. Простите, мне нужно идти.
— Как идти? — опешила Тамара Владимировна. — Но мы же только приехали!
— Я понимаю, но я обещала, — Эля уже надевала куртку. — Максим вас развлечет. Правда, дорогой?
Максим сидел с растерянным видом, не понимая, что происходит.
— Я... да, конечно.
— Ну и убери потом всё со стола, — бросила Эля на ходу и, помахав рукой, вышла за дверь.
Она спустилась вниз, прошла квартал и зашла в круглосуточную кофейню. Заказала капучино и устроилась у окна с книгой. Никакой подруги, конечно, не было. Была только она, тишина и приятная возможность провести вечер так, как хотелось.
Когда через два часа Эля вернулась домой, Максим встретил её на пороге с недовольным лицом:
— Это что было?
— Что именно?
— Ты прекрасно знаешь. Никакой подруги у тебя не было.
— Да. И знаешь что? Буду делать так каждый раз, когда твоя мама и сестра будут приезжать без предупреждения. Это твои родственники, вот ты с ними и общайся.
— Но это неприлично!
— А приезжать без приглашения каждую неделю — прилично? — Эля скрестила руки на груди. — Слушай, я устала. Устала от этих бесконечных визитов, от комментариев, от того, что мне приходится играть роль гостеприимной хозяйки, когда мне хочется просто отдохнуть.
Максим вздохнул:
— Ладно. Я понял.
Но понял ли он по-настоящему, Эля узнала только на следующей неделе.
Когда в очередную пятницу Тамара Владимировна позвонила с традиционным «мы сейчас приедем», Эля с улыбкой ответила:
— Конечно, приезжайте. Максим вас ждёт.
А сама через пятнадцать минут, услышав звонок в дверь, схватила сумку:
— Прости, дорогой, у меня дела. Накорми гостей. И не забудь помыть посуду!
— Элечка, ты куда? — растерянно спросила Тамара Владимировна.
— По делам!, — Эля помахала рукой и скрылась за дверью. Она даже больше не придумывала повод, куда ей вдруг срочно надо бежать, и на все вопросы свекрови бодро отвечала: "Дела!"
— Твоя жена как будто избегает нас, — наконец не выдержала Тамара Владимировна. — Мы приезжаем, а она всё время куда-то убегает.
Максим вздохнул. Он и сам устал от этих визитов. Раньше можно было отсидеться в комнате, а теперь приходилось развлекать мать и сестру, слушать их бесконечные разговоры, а потом ещё и убирать со стола, мыть посуду.
— Мам, Даша, не обижайтесь, но мы не можем принимать вас каждую неделю. У нас своя жизнь.
— То есть, мы тебе мешаем? — Тамара Владимировна сделала обиженное лицо. — Я вырастила тебя, всю себя тебе отдала, а ты...
— Мам, не надо, — устало перебил её Максим. — Просто давайте встречаться реже. Раз в месяц, например. И лучше заранее договариваться.
Даша фыркнула:
— Всё понятно. Это твоя жена тебе голову задурила.
— Это моё решение, — твёрдо ответил Максим.
После этого разговора визиты прекратились. Тамара Владимировна, конечно, обиделась и в красках рассказывала всем родственникам, какой неблагодарный сын ей достался и какая ужасная невестка. Но Элю это больше не волновало.
В следующую пятницу они с Максимом заказали пиццу, включили сериал и провели вечер вдвоём. Так, как мечтали много месяцев назад.
— Знаешь, — сказала Эля, устраиваясь у него на плече, — иногда нужно просто научиться говорить «нет».
Максим поцеловал её в макушку:
— Ты права. Прости, что не понял этого раньше.