В небольшом салоне красоты на окраине города царил полумрак, приглушённо играла грузинская музыка. Манана, сосредоточенно прищурившись, аккуратно прокрашивала ресницы Виктории. Щёточка мягко скользила по ресницам, а в воздухе витал запах краски и духов.
— Знаешь, — негромко заговорила Манана, не отрываясь от работы, — у меня есть один знакомый. Очень влиятельный человек, чиновник. Он может помочь твоей семье. Мужу с работой, сыну — со школой. Всё устроим, поверь мне.
Виктория замерла в кресле. Сердце учащённо забилось. Она столько месяцев искала способы устроиться, обивала пороги, получала отказы…
— Как? — тихо спросила она, боясь поверить в удачу.
Манана наконец отложила щёточку, внимательно посмотрела на клиентку. В её взгляде читалась странная смесь сочувствия и расчёта.
— Он… неравнодушен к красивым женщинам. Если ты согласишься с ним встретиться… поближе, — она сделала паузу, давая Виктории осмыслить слова, — он сделает всё, что попросишь. Гарантирую.
В салоне повисла тяжёлая тишина. Слышно было лишь тиканье часов на стене и далёкий гул улицы. Виктория почувствовала, как внутри поднимается волна противоречивых чувств: отчаяние, надежда, страх, гнев.
— Ты предлагаешь… — она сглотнула, — чтобы я…
— Не надо драматизировать, — перебила Манана, снова берясь за щёточку, будто завершая работу. — Это просто сделка. Ты получаешь то, что хочешь. Он — то, что хочет. Всё честно.
Виктория медленно поднялась с кресла. Зеркало отразило её бледное лицо и дрожащие губы.
— Я… мне нужно подумать.
— Подумай, — кивнула Манана, убирая инструменты. — Но не слишком долго. Возможности не ждут.
Выйдя на улицу, Виктория глубоко вдохнула прохладный воздух. Солнце слепило глаза, а в голове крутились слова Мананы. Перед мысленным взором возникли лица мужа и сына — уставшие, но доверчивые. Они верили, что она найдёт выход.
Но какой ценой?
* * *
Виктория вышла из салона, и прохладный ветер слегка остудил её пылающие щёки. Она машинально поправила шарф, пытаясь собраться с мыслями. В голове крутилось одно: *«Что делать?»*
Она достала телефон и без раздумий набрала номер Олега.
— Олег, мне нужно с тобой поговорить. Срочно.
— Что случилось? — в голосе мужа прозвучала тревога.
— Я сейчас в двух шагах от дома. Выйди, пожалуйста.
Через пять минут они сидели на скамейке в тихом сквере. Виктория, запинаясь, пересказала разговор с Мананой. Олег слушал молча, сжимая и разжимая кулаки. Когда она закончила, он долго смотрел вдаль, прежде чем заговорить.
— Это ловушка, Вика. Ты понимаешь? Никаких гарантий. А цена… — он резко выдохнул. — Нет. Мы найдём другой путь.
— Но Артём… — голос Виктории дрогнул. — Ему нужна нормальная школа. А тебе — работа. Мы уже полгода перебиваемся случайными заработками.
— Знаю. Но не такой ценой. — Олег взял её за руки. — Помнишь, как мы решили: что бы ни случилось, мы остаёмся людьми. Давай поищем другие варианты. Вместе.
Виктория кивнула, но внутри всё ещё бушевала буря. Она достала из сумки блокнот, где хранила список контактов — благотворительные фонды, центры помощи беженцам, вакансии. Руки дрожали, строчки расплывались перед глазами.
— Вот, — она ткнула пальцем в одну из записей. — «Центр адаптации». Они обещали помочь с трудоустройством. Может, стоит позвонить ещё раз?
— Давай прямо сейчас, — поддержал Олег. — А я свяжусь с теми ребятами из сообщества. Помнишь, они говорили, что ищут помощников на стройку.
Виктория набрала номер. Гудки казались бесконечно долгими. Когда на том конце ответили, она сглотнула и начала:
— Здравствуйте. Это Виктория. Мы встречались две недели назад… Да, по вопросу трудоустройства. Я хотела уточнить, есть ли какие‑то новости?
Разговор длился минут десять. Виктория записывала названия организаций, телефоны, сроки. К концу разговора в её глазах появился слабый проблеск надежды.
— Они дадут ответ через три дня, — сказала она, убирая блокнот. — И ещё один контакт пообещали.
— Вот и отлично, — Олег обнял её. — Мы справимся. А эту Манану… забудь.
Они поднялись со скамейки и медленно пошли домой. Вдалеке, на детской площадке, бегал Артём с соседским мальчишкой. Его смех донёсся до них, и Виктория невольно улыбнулась.
— Пойдём, — сказала она. — Нужно рассказать Артёму, что мы не бросим его школу. Но по‑другому.
Олег кивнул. Они шагали рядом, и с каждым шагом тяжесть на душе становилась чуть легче. Впереди были звонки, собеседования, возможно, новые отказы. Но теперь они знали: выход есть. И они найдут его — вместе.