Поздний вечер окутал съёмную квартиру тишиной, которая казалась особенно гнетущей после шумного праздника. На кухне горела одинокая лампа, её желтоватый свет выхватывал из полумрака разбросанные по столу конверты — белые, золотистые, с блёстками и без. Рядом лежал калькулятор с высвеченными на экране цифрами, телефон с погасшим экраном и две пустых чашки. В воздухе ещё витал запах духов Кристины — тех самых, дорогих, что она купила специально для свадьбы.
Артём резко отодвинул стул, так что тот противно скрипнул по линолеуму, и ударил кулаком по столу. Конверты подпрыгнули, один упал на пол.
— Поели на полгода вперёд, а оставили копейки! — выплюнул он с такой горечью, что Кристина вздрогнула. — Дядя Коля со своей компанией выпил коньяка на пятнадцать тысяч, а в конверте — три! Три тысячи, Кристин! Это как?
Кристина молча смотрела на жалкую стопку купюр перед собой. Только сейчас, в этой тишине разбитых надежд, она впервые по-настоящему осознала: красивый праздник, о котором она так мечтала, обернулся долговой ямой, из которой им теперь выбираться не один год.
***
Всё началось четыре месяца назад, солнечным апрельским утром. Кристина сидела в их маленькой кухне и листала свадебные журналы, которые накупила после того, как Артём сделал предложение. На каждой странице — счастливые пары в роскошных интерьерах, столы, ломящиеся от деликатесов, невесты в платьях, похожих на облака.
— Смотри, какая красота, — показывала она Артёму фотографию зала с хрустальными люстрами. — И церемония выездная, и ведущий профессиональный. Не то что у Ленки было.
Ленка, её коллега по работе, вышла замуж месяц назад. Кристина до сих пор с содроганием вспоминала тот душный ресторан у трассы, где окна выходили на заправку, спешную роспись в ЗАГСе, когда регистратор путала имена, и ощущение, будто люди просто зашли поесть котлет с пюре, а не отпраздновать создание новой семьи.
— Я не хочу так, — твёрдо сказала Кристина. — Свадьба бывает раз в жизни. Хочу, чтобы было красиво, чтобы не стыдно было детям фотографии показать.
Артём обнял её за плечи и поцеловал. В его глазах тоже загорелся огонёк азарта.
— Правильно думаешь. Мне тоже хочется почувствовать себя хозяином настоящего праздника, а не... — он поморщился, — не отметиться для галочки. Помнишь свадьбу моего двоюродного брата? Кафе «Берёзка», тамада с баяном и конкурсы из девяностых. Я тогда поклялся, что у меня такого не будет.
Они составили список гостей — получилось восемьдесят человек. Прикинули расходы — вышла астрономическая сумма. Но оба были полны оптимизма: у Кристины стабильная работа бухгалтера в строительной компании, у Артёма — должность менеджера по продажам с процентами. Справятся.
На следующий день они отправились к родителям — сначала к родителям Кристины. Лидия Сергеевна, мать Кристины, встретила их на кухне, где резала овощи для супа. Женщина практичная, всю жизнь проработавшая экономистом на заводе, она выслушала планы молодых с непроницаемым лицом.
— Бред какой-то, — отрезала она, даже не прекращая шинковать морковь. — Влезать в долги ради одного дня? Эти деньги лучше в ипотеку вложить. Или хотя бы на первый взнос накопить. А вы что — всю жизнь по съёмным углам скитаться собираетесь?
— Мам, но свадьба же... — начала было Кристина.
— Свадьба — это штамп в паспорте, — перебила Лидия Сергеевна. — Всё остальное — мишура. Мы с твоим отцом расписались в обеденный перерыв, и ничего — тридцать лет вместе.
От матери Артёма они ждали большего понимания, но Тамара Николаевна, строгая учительница литературы на пенсии, оказалась ещё категоричнее.
— Любовь не измеряется банкетом, — изрекла она, сидя в своём любимом кресле с книгой. — Если вам нужна показуха, чтобы доказать свои чувства, значит, с чувствами что-то не то.
Молодые ушли обиженными и разочарованными. По дороге домой Кристина плакала, а Артём сжимал руль так, что костяшки пальцев побелели.
— Они не понимают, — говорила Кристина сквозь слёзы. — Времена изменились. Сейчас все смотрят, оценивают. Если свадьба скромная, значит, или денег нет, или жадные, или... или друг друга не любят.
***
Той ночью они почти не спали. Лежали в темноте и разговаривали — всё по кругу, одно и то же. Считали варианты, урезали список гостей, искали залы подешевле. К утру оба осипли и устали, но решения так и не нашли.
— А что если кредит взять? — вдруг предложил Артём, когда первые лучи солнца пробились сквозь штору.
Кристина замерла. Кредит — это слово пугало её с детства, когда отец взял займ на машину и потом два года они экономили на всём.
— Послушай, — Артём сел на кровати, взял её за руки. — У нас нормальные зарплаты. Я в этом месяце премию получу за квартал. Ты тоже говорила, что тринадцатую обещают. Возьмём на два года, будем платить по чуть-чуть. Зато свадьба будет как надо. И потом... — он сделал паузу, — гости же не с пустыми руками придут. Отобьём половину, а то и больше.
Кристина колебалась. Внутренний голос кричал, что это безумие, но желание иметь красивую свадьбу оказалось сильнее.
— Ладно, — выдохнула она. — Давай попробуем.
***
Свадьба удалась на славу. Белоснежный зал ресторана «Империя» утопал в живых цветах — розах и лилиях, как мечтала Кристина. Хрустальные люстры отбрасывали радужные блики на накрахмаленные скатерти. Профессиональный ведущий держал публику в тонусе, живая музыка создавала атмосферу настоящего праздника.
Гости не скупились на комплименты. «Какая красота!», «Вот это размах!», «Молодцы, не поскупились!» — слышалось со всех сторон. Дядя Коля, тот самый, громогласно провозгласил тост за щедрость молодых и выпил залпом бокал дорогого коньяка.
Кристина порхала по залу в своём воздушном платье, чувствуя себя принцессой. Артём выглядел настоящим женихом с обложки журнала в своём идеально сидящем костюме. Фотограф щёлкал затвором, оператор снимал каждый момент. Всё было идеально.
Только после полуночи, когда последние гости разъехались, они вернулись домой. Кристина сняла туфли прямо в прихожей — ноги гудели. Артём ослабил галстук и повесил пиджак на спинку стула. Фата легла на комод белым облаком.
— Ну что, посмотрим на добычу? — пошутил Артём, высыпая конверты из пакета на стол.
Они вскрывали их по очереди, складывая купюры в стопки. Сначала шутили, потом голоса становились всё тише, а лица — мрачнее.
***
На следующее утро Кристина проснулась с тяжёлой головой и горьким привкусом во рту — не от вчерашнего шампанского, а от разочарования. Артём уже ушёл на работу, оставив записку: «Поговорим вечером». Но Кристина не могла ждать. В ней кипела обида, требующая выхода.
Она взяла телефон и открыла список гостей. Первым в списке значился дядя Коля — тот самый любитель дорогого коньяка. Кристина набрала номер, сердце колотилось как бешеное.
— Алло, дядь Коль? Это Кристина... Да, спасибо, всё прошло хорошо... Слушайте, я тут подсчёты делаю... — она запнулась, но продолжила. — Вы вчера хорошо посидели, коньячок понравился? Двадцать тысяч бутылка стоила... А в конверте три тысячи. Как-то несправедливо, не находите?
В трубке повисла тишина, затем раздался громкий смех.
— Ты что, Кристинка, с утра уже того? Какие счета между родственниками? Подарок — дело добровольное, между прочим!
Следующий звонок — подруге Лене. Та сначала растерялась, потом обиделась:
— Кристин, ты серьёзно? Я тебе холодильник подарила! Он пятнадцать тысяч стоил!
— Но ты ещё и мужа привела, и свекровь! Трое ели-пили, а подарок один!
— Знаешь что, — голос Лены стал ледяным, — больше не звони мне.
К полудню Кристина обзвонила половину списка. Реакции были разные: кто-то неловко оправдывался, кто-то возмущался, кто-то просто бросал трубку. Но самый болезненный удар нанесла тётя Артёма — Нина Павловна, всегда казавшаяся милой и доброжелательной.
— Милочка, — процедила она сквозь зубы, — если бы я знала, что у вас платный вход, взяла бы с собой прейскурант. Сколько там за салат оливье? А за кусок торта? Может, мне ещё и за то, что я вас поздравила, доплатить?
— Тётя Нина, вы не понимаете...
— Это ты не понимаешь! Свадьба — это ваш выбор, ваш праздник. Гости приходят разделить радость, а не оплачивать твои амбиции. И знаешь что? Больше я к вам не приду. Ни на какие праздники.
После каждого звонка Кристина чувствовала, как в груди растёт пустота. Словно с каждым разговором от неё отламывался кусочек — друзья, родственники, знакомые. К вечеру она сидела на кухне, обхватив голову руками.
Артём вернулся с работы бледный. Ему уже успели позвонить несколько родственников.
— Кристина, что ты наделала? — он сел напротив, в его голосе не было злости, только усталость. — Мне мама звонила в слезах. Говорит, мы всю семью опозорили.
— Я хотела восстановить справедливость...
— Какую справедливость? — Артём провёл рукой по лицу. — Мосты сожгли, вот что мы сделали. Теперь нас будут обсуждать годами как жадных выскочек.
***
Прошла неделя. За это время им позвонили оба родителя. Лидия Сергеевна говорила спокойно, без упрёков, что было хуже любых криков:
— Вы взрослые люди, сами сделали выбор. Хотели красивую свадьбу — получили. Хотели денег от гостей — не получили. Теперь живите с последствиями. И не ждите, что я буду вас жалеть.
Тамара Николаевна была ещё категоричнее:
— Жизнь — это не праздник, Артём. Я думала, ты это понимаешь. А вы устроили цирк. Теперь вся родня от нас отвернулась. На работе коллеги шушукаются за спиной. Это того стоило?
В квартире воцарилась тишина. Они больше не обсуждали свадьбу, не смотрели фотографии, не вспоминали, как всё было красиво. Теперь разговоры крутились вокруг других тем: график платежей по кредиту, на чём можно сэкономить, как дожить до зарплаты.
— Придётся от отпуска отказаться, — сказал Артём, изучая таблицу в экселе. — И подработку искать. Может, по выходным такси...
— Я могу бухгалтерию на дому вести, — откликнулась Кристина. — Вечерами, после основной работы.
Они стали похожи на двух бухгалтеров, ведущих общую отчётность, а не на молодожёнов, только начавших совместную жизнь.
***
Прошло четыре месяца. Зимний вечер. Кристина мыла полы после работы. На ней старый халат, волосы собраны в хвост. В соседней комнате Артём чинил чайник — пластмассовая ручка треснула, но на новый пока денег не было.
— Заклеишь? — спросила Кристина, выжимая тряпку.
— Должен. Эпоксидкой попробую.
Они стали тише. Осторожнее в словах, скромнее в желаниях. Взрослее — если взрослость измеряется усталостью и разочарованием.
Свадебные фотографии лежали в телефоне, в отдельной папке. Кристина иногда случайно натыкалась на неё, но открывать не хотелось. Те счастливые лица на экране казались чужими — людьми из другой жизни, которые ещё не знали, какую цену придётся заплатить за один день сказки.
Вечером, лёжа в постели, Кристина смотрела в потолок и думала: был ли тот день действительно праздником? Или просто дорогим уроком о том, что мечты имеют свойство разбиваться о реальность? Она повернулась к Артёму — он уже спал, и во сне его лицо казалось таким усталым, словно он нёс на плечах непосильную ношу.
А может, это и была плата за красивую свадьбу — не только деньги, но и отношения, иллюзии, лёгкость бытия? Кристина закрыла глаза, но сон не шёл. В темноте квартиры тикали часы, отсчитывая время до следующего платежа по кредиту.
Рекомендуем к прочтению: