Ну, раз в Лас-Вегасе такой холод, а тёплой одежды у меня нет, то это моя индульгенция оставаться в номере. Я на самом деле не испытываю ни малейшего желания идти на улицу и бесцельно гулять.
Сейчас пойду на завтрак, он мне нравится, правда, ничего не меняется на шведском столе, но всё вкусное и я довольна.
После завтрака я публикую репортаж, потом читаю книгу. Ближе к ужину, часов в пять, муж мне пишет в ватсапе: спускайся вниз, у нас тут фуршет, ко многим коллегам приехали жены и мужья - дружеская встреча.
Я отвечаю, что не пойду, если бы там кто-то говорил по-русски, я бы пошла или были бы только свои, коллег мужа я уже знаю, многих даже с 2015 года, когда мы встречались в Сан-Диего ссылка.
Примерно через два часа он приходит с пакетами, в них и еда и вещи. Оказывается, он мне принес ужин, хотя я уже поела - мне вчера в ресторане сложили с собой еду (одна из коллег мужа позаботилась обо мне и предложила так сделать, мол, мы все питаемся на выставке, а жена Андрея - в отеле).
Есть по второму разу мне не хотелось, но надо же уважить мужа, пришлось слопать всё, что он принес.
А вещи с лейблами фирмы, их можно было брать бесплатно в рекламных целях.
То, как было написано название фирмы мужа - только согласные, без гласных букв, напомнило мне о Марокко. Мы, когда туда собирались, помню, учили арабские цифры и алфавит - и выяснили, что если Мухаммеда попросить написать его имя на английском, то он напишет Mhmd. ссылка
Обычно муж приносил с работы еще ментоловые таблетки с логотипом фирмы, на этот раз таблетки обыкновенные, зато гигиеническая помада и алюминиевая бутылочка с названием фирмы.
Скоро мы полетим домой. Я за эти дни в отеле отдохнула и готова к любому развитию событий в дороге - муж меня все пугает снегопадами в Германии. Он сам за эти дни вымотался до предела - каждый день с утра до вечера на работе, а потом после работы надо еще есть, пить, общаться с коллегами в ресторанах. В результате, он уже конкретно устал.
Вот и сегодня утром встаёт по будильнику, вчера ему надо было быть на работе в 8.00, там на это время назначена "общая фотография", сегодня надо быть в 7.30.
Он уже в семь подрывается, идет в душ, я в это время еще в постельке, у меня в отеле завтрак с семи до одиннадцати.
А муж завтракает на работе еврейскими бубличками, которые они покупают в еврейской кухне.
А у меня на завтраке сегодня наконец-то новенькое блюдо: буррито - вместо одного вида сосисок лежат, разрезанные напополам, начиненные омлетом, сосисками и зеленью, лепешки. Это вкусно и какое-то разнообразие.
В обед муж возвращается с работы, говорит, что они закончили упаковывать свою технику и теперь местные рабочие приступили к демонтажу их отдельного павильона.
Часок супруг просит на отдых, и затем мы выходим на улицу.
Днем, пока светит солнце в Лас-Вегасе, очень хорошо.
Я в рубашке и одной кофте, поверх надела легкую курту и мне не холодно. Но на всякий случай взяла еще одну кофту - вдруг солнце резко пропадёт.
Мы смотрим на всё окружающее, это так удивительно: несколько дней здесь кипела жизнь и вот она замерла. Никого нет, как будто на улице 1 января, утро. Абсолютно пустые улицы вокруг выставочного центра, машин тоже минимум.
Мы идем пешком к Фонтенбло, позавчера делать фотки было не в тему - столько народу, коллеги мужа, а сейчас сам Бог велел. Всё пусто.
Снимаем всё подряд, на что взгляд падает.
И внутренний антураж, и казино...
Проходим через наземный этаж на другую сторону здания и идем дальше по улице.
Мы еще дома договорились, что на Стрип не пойдем, столько раз уже ходили по этой главной пешеходной улице города.
Я попросила мужа пойти туда, где мы еще не ходили. И он нашёл для меня этот путь.
Сначала мы обходим наш выставочный центр, который выглядит как несколько терминалов большого аэропорта, потом идем в сторону парка, мимо медицинских центров.
Я впервые увидела здание Банка спермы.
Уличные жилища бомжей...
Гигантский магазин по распродаже подержанной мебели.
А парком оказалась площадка для детей, на которую без детей, так написано на воротах, взрослым вход запрещен.
Я решила сходить в туалет в этом месте.
И очень удивилась массивным дверям, которые мне трудно было закрывать и железным засовам на дверях кабинок (как в тюрьме, или на хозяйственной базе) и замкам на рулонах туалетной бумаги.
Видимо, эти меры приняты против вандалов.
Дальше мы пошли по улице, где живут люди побогаче.
Это были домики с участками.
По дороге висит знак сообщающий, что здесь ведётся видеонаблюдение.
Затем мы прошли мимо домов, где живут люди попроще.
Там про наблюдение не упоминается, но всюду висят знаки: нет прохода, частная собственность.
Потоптали мы Лас-Вегас основательно, мои часы показывают уже 22500 шагов.
Муж предлагает зайти в магазин Ross, он хочет купить себе еще одну бейсболку, на этот раз светлую.
Мы купили ему еще кроссовки, помимо бейсболки, но это не получилось очень дёшево - 50 долл.
Затем зашли в продуктовый магазин и купили горячую еду - пиццу и куриные крылышки.
После ужина муж регистрирует нас на рейс. Завтра мы в 12.00 покидаем это место. Я себя здесь в отеле "Мариотт" чувствовала, наверное, как писатель Владимир Набоков. Он, конечно, прожил не две недели в швейцарском отеле Le Montreux Palace, а около семнадцати лет, но всё равно, такие ассоциации у меня возникли. Хотя и Женевского озера у меня за окном не было, однако чтение и написание статей вызвали такие параллели.
Муж сказал, что мы, возможно, сюда еще приедем на следующую выставку. Я не против, мне было нескучно, тем более у нас осталось восемь непосещенных карибских островных государств и зависимых территорий. Мне бы хотелось, если будет такая возможность, еще попутешествовать по Карибам.
Продолжение скоро.
Предыдущий репортаж: Сколько дают на чай в Лас-Вегасе ссылка
Прошу всех, кто прочел статью, поставить пальчик вверх или вниз.