1787 год. Австрия издаёт указ, который перевернёт жизнь европейского еврейства. Каждый гражданин империи обязан взять себе фамилию.
До этого момента евреи прекрасно обходились без родовых имён. Моше, сын Абрама. Сара, дочь Рахели. Этого хватало для документов и надгробий.
Но австрийские чиновники требовали порядка. Им нужны были списки, учёт, контроль.
Евреи оказались перед выбором. Можно было придумать фамилию самостоятельно — взять что-то связанное с профессией, внешностью или характером. Шнайдер, если занимался портняжным делом. Гросс, если был высоким. Клюгер, если слыл умным.
Но были и те, кто противился. Зачем менять традицию, которой следовали века?
Власти нашли способ убеждения. Тех, кто упирался, называли сами. Причём фамилии доставались не самые приятные. Эзелькопф — ослиная голова. Швайцфус — потная нога. Шмуцик — грязнуля.
После таких примеров большинство поспешило выбрать себе что-то получше. Розенталь — долина роз. Гольдберг — золотая гора. Гольдштейн — золотой камень. За красивые фамилии, кстати, приходилось платить — богатые евреи покупали себе благозвучные имена, бедные довольствовались простыми.
Язык указа был немецким. Поэтому и фамилии получились немецкими. Вассерман — человек у воды. Моргенштерн — утренняя звезда. Зильберман — серебряный человек.
Австрия открыла дорогу. За ней последовали Пруссия, Саксония, Бавария. Везде — тот же принцип, тот же немецкий язык.
А потом случились разделы Речи Посполитой. Конец XVIII века. Территории, где жили сотни тысяч евреев, вошли в состав Российской империи.
Екатерина II в 1791 году подписала указ о черте оседлости. Евреям разрешили жить только на определённых землях — в основном на западе империи. Польша, Беларусь, Украина, Прибалтика.
Покидать эту территорию без особого разрешения запрещалось. Жизнь внутри черты была тяжёлой — двойные налоги, запреты на многие профессии, ограничения на передвижение.
Но именно там, в этих городах и местечках, жили евреи с немецкими и идишскими фамилиями. Они говорили на идише — языке, родственном немецкому. Они носили имена, полученные в Австрии и германских землях.
Черта оседлости просуществовала до 1917 года. Формально её отменили в 1915-м, во время Первой мировой войны, когда русская армия отступала. Но по-настоящему от неё избавились только большевики.
После революции евреи получили право селиться где угодно. Многие остались на привычных землях. Другие разъехались по всему Советскому Союзу — в Москву, Ленинград, Киев, на Урал, в Сибирь.
И вместе с ними разъехались по стране их фамилии. Немецкие по звучанию, еврейские по происхождению.
Вот почему на постсоветском пространстве Вассерман, Гольденберг и Моргенштерн почти всегда указывают на еврейские корни. Это не случайность и не совпадение.
Это след австрийского указа 1787 года, пронесённый через века, через черту оседлости, через революции и войны.
Правда, есть нюанс. Не всё так однозначно.
Фамилии делятся на категории. Самые распространённые — патронимы, образованные от имени отца. Абрамович — сын Абрама. Самуилович — сын Самуила. Левинсон — сын Леви.
Матронимы встречаются реже, но они есть. Ривман — от имени Рива. Сорисон — от Сары. Эткинд — дитя Этл. У евреев матери играли особую роль — по еврейским законам национальность определяется именно по матери.
Отдельная категория — фамилии коэнов и левитов. Коэны — потомки священнослужителей, служивших в Храме. Левиты — представители колена Леви. Эти статусы передавались по наследству и ценились высоко.
От них пошли: Коган, Коэн, Каган, Каганович, Кац. А также Леви, Левит, Левитан, Левинский, Галеви, Левинсон.
Кстати, Кац — это аббревиатура. Коэн цедек, что значит «праведный коэн».
Были фамилии по месту происхождения. Берлинский — из Берлина. Варшавер — из Варшавы. Познер — из Познани. Бродский — из Брод.
По профессии: Шнайдер — портной. Мельцер — солодовар. Шустер — сапожник. Резник — мясник.
По внешности: Гросс — большой. Кляйн — маленький. Шварц — чёрный, смуглый. Вайс — белый, светлый.
Искусственные фамилии — самые красивые. Розенберг — розовая гора. Розенталь — розовая долина. Гольдман — золотой человек. Зильберштейн — серебряный камень.
Но вот парадокс. Человек по фамилии Вассерман может оказаться немцем, а не евреем. А Иванов — иметь еврейские корни.
Многие евреи в Советском Союзе меняли фамилии на более русские. Спасались от антисемитизма, облегчали детям жизнь. Гольдберги становились Горскими. Розенблюмы — Розановыми.
И наоборот — некоторые немецкие фамилии просто совпадали с еврейскими. Немец Шварц и еврей Шварц — разные истории, одно звучание.
Поэтому фамилия — это зацепка, но не доказательство. Ключ к разгадке, но не ответ.
Настоящая история прячется глубже. В документах, в семейных преданиях, в архивах синагог.
Но начинается она именно с фамилии. С того самого австрийского указа 1787 года, который заставил еврея назваться. Навсегда.
И теперь это имя — пропуск в прошлое. Мост между веками. Шифр, в котором закодирована история целого народа, разбросанного по миру и собранного в одно слово.
Вассерман. Гольденберг. Моргенштерн.
Немецкий язык, еврейская судьба.