— Ключи на стол положи, Лена. Мы с Олегом всё обсудили. В твоей трёшке места вагон, а Светка по съёмным углам мотается, последние копейки за чужой бетон отдаёт. Не по-людски это! — Галина Петровна по-хозяйски отодвинула тарелку с недоеденным завтраком Елены и водрузила в центр стола увесистый блокнот.
Елена замерла с чашкой кофе в руке. Пар обжигал лицо, но внутри всё заледенело. Она медленно поставила чашку на стол.
— Простите, Галина Петровна. Что вы сейчас сказали?
— Ой, не прикидывайся тугодумкой! — свекровь пренебрежительно махнула рукой. — Света переезжает к вам. В ту комнату, что у тебя под «кабинет» занята. Подумаешь, великий фрилансер! Поработаешь на кухне, не развалишься. А Светке личная жизнь нужна. Она молодая, ей тридцать всего, когда, если не сейчас, замуж выходить?
— А меня вы спросить забыли? — голос Елены зазвучал вкрадчиво, опасно.
— А чего тебя спрашивать? Мы семья или кто? — вступил в разговор Олег, муж Елены, который до этого усиленно изучал содержимое своей тарелки. — Лен, ну правда. Светке тяжело. Мать права, у нас три комнаты. Мы в одной, одна пустая, и твой этот кабинет. Куда тебе столько? Совесть поимей, родная сестра всё-таки.
Елена почувствовала, как в груди начинает закипать праведный гнев. Она обвела взглядом кухню. Эту квартиру она получила в наследство от своей тётки, когда Олег был ещё обычным менеджером с кучей долгов. Она сама, своими руками, выскребала старые обои, копила на каждый квадратный метр ламината, работала по ночам, чтобы сделать из «бабушатника» современное жильё. Олег пришёл сюда с одним чемоданом, в котором даже носки были дырявые.
— Семья, значит? — Елена усмехнулась, глядя прямо в глаза свекрови. — А когда мне операцию на колене делали три года назад, где была «семья»? Галина Петровна, вы тогда сказали, что у вас рассада сохнет и вам некогда ко мне приехать, даже супа привезти. А Света? Света заявила, что больницы её «депрессуют».
— Ишь, чего вспомнила! — Галина Петровна поджала губы. — Дела давно минувших дней! Ты, Леночка, злопамятная очень. Это грех. Мы сейчас о будущем думаем. Светка уже вещи пакует. Завтра к вечеру Газель приедет. Ты освободи шкафы в кабинете, барахло своё в коробки сложи и в коридор выстави.
— Какие шкафы? — Елена встала из-за стола. — Какая Газель?
— Которая вещи Светкины привезёт! — рявкнула свекровь, теряя терпение. — Ты не ори тут, хозяйка нашлась! Олег здесь прописан, он муж, имеет право голоса. Мы решили, что так будет справедливо. Света — родная кровь. А ты... ты просто прибилась к нашей семье. Будь благодарна, что мы тебя приняли!
Олег виновато посмотрел на жену, но тут же отвел взгляд.
— Лен, ну не заводись. Мама просто хочет как лучше. Светка же не чужая. Поживёт полгодика, на ноги встанет...
— Полгодика? — Елена расхохоталась. Громко, зло. — Ваша Света в тридцать лет ни дня официально не работала! Она «ищет предназначение» за счёт материнской пенсии и твоих подачек, Олег. И теперь она решила «найти предназначение» в моей квартире?
— Это не «твоя» квартира, это наш дом! — Олег наконец-то соизволил повысить голос. — Я тут пять лет живу! Я тут кран чинил!
— Кран ты чинил? — Елена шагнула к нему. — Тот самый, который потом сантехник переделывал, потому что ты резьбу сорвал? Ты за пять лет ни копейки в ипотеку не вложил, потому что её нет! Квартира моя. Собственность — только моя. Ты тут на птичьих правах, Олег. Помнишь об этом?
Галина Петровна вскочила со стула, её лицо пошло красными пятнами.
— Ах ты, дрянь неблагодарная! Мы её облагодетельствовали, сына ей такого золотого отдали, а она из-за углов трясётся! Да ты знаешь, что Света беременна? Ей покой нужен, свежий воздух!
Елена замерла.
— Беременна? От кого? Опять от того женатого дальнобойщика, который её в прошлом месяце бросил?
— Не твоё дело! — взвизгнула свекровь. — Ей условия нужны! В общем, так. Завтра в шесть вечера мы заезжаем. И чтобы комната была пустая. Иначе я такие порядки тут наведу — костей не соберёшь! Поняла? Пойдём, Олег, пусть переварит. Ишь, офигела совсем, на шею села и ноги свесила!
Они вышли из кухни, громко хлопнув дверью. Елена стояла, вцепившись в край стола. Пальцы побелели. В голове пульсировала одна мысль: «Они уже всё решили. Без меня. В моём доме».
Она не стала плакать. Не тот характер. Елена достала телефон и набрала номер.
— Алло, дядя Миша? Да, это Лена. Вы завтра свободны? Мне нужно замки сменить. Да, прямо завтра, с утра. И ещё... мне нужна помощь, чтобы вещи кое-чьи на лестничную клетку выставить. Да, крупногабаритные. Один муж и одна свекровь.
Весь вечер в квартире стояла гробовая тишина. Олег демонстративно спал на диване в гостиной, показывая своё «фи». Елена же спокойно работала в кабинете. Она собирала не свои вещи. Она собирала вещи Олега.
Утром, едва муж ушёл на работу, Елена начала действовать.
В десять утра приехал дядя Миша. За два часа старые замки были вырезаны, а на их месте засияли новые, с бронированными накладками.
— Серьёзная ты девка, Лена, — кряхтел дядя Миша, затягивая болты. — Правильно. В своём доме только ты хозяйка.
Затем настала очередь чемоданов. Елена действовала методично. Одежда Олега, его приставка, его многочисленные флаконы с парфюмом — всё отправилось в большие чёрные мешки для мусора. Она не швыряла их, нет. Она аккуратно выставила их в общем тамбуре, за железной дверью подъезда. Туда же отправилась коробка с вещами Галины Петровны, которые та по привычке оставляла у них «на всякий случай».
В шесть вечера раздался звонок в дверь. Точнее, сначала послышался грохот в тамбуре.
— Это что за мусор тут? — раздался возмущённый голос Светы. — Олег! Лена! Открывайте!
Елена подошла к двери, но открывать не стала. Она включила видеодомофон. На экране красовалась «святая троица»: Галина Петровна с торжествующим видом, Света, обвешанная сумками, и Олег, который пытался открыть дверь своим ключом.
— Не подходит... — пробормотал Олег. — Мам, ключ не лезет.
— Как не лезет? — Галина Петровна забарабанила в дверь кулаком. — Лена! Открывай немедленно! Мы приехали! Что ты там с замком сделала, змея?
Елена нажала кнопку связи.
— Добрый вечер, дорогие родственники.
— Лена, открывай! — закричал Олег. — Что за шутки? Почему мои вещи в мешках в коридоре?
— Это не шутки, Олег. Это финал. Ты вчера сказал, что вы «всё решили». Так вот, я тоже решила. В моей квартире золовка жить не будет. И ты тоже.
— Ты с ума сошла? — Галина Петровна прильнула к камере, её лицо исказилось в гримасе ярости. — Открой дверь, дрянь! Мы сейчас полицию вызовем! Олег тут прописан!
— Вызывайте, — спокойно ответила Елена. — Олег прописан, это верно. Но право пользования жилым помещением он утратил, так как мы подаём на развод. А до тех пор, пока суд не решит иначе, я, как единственный собственник, запрещаю нахождение посторонних лиц на моей территории. Галина Петровна, Света — вы тут никто. А Олег... Олег, я твои вещи собрала. Даже зарядку от бритвы не забыла.
— Лена, ты не можешь так поступить! — Олег сорвался на крик. — Куда я пойду? К матери в однушку? Нам там вчетвером не поместиться!
— А это не мои проблемы, — отрезала Елена. — У вас же «семья». Вот и теснитесь. Светке нужнее, помнишь? Галина Петровна, вы же хотели Светлану пристроить? Вот и пристраивайте. У себя под боком.
— Да я тебя засужу! — орала свекровь, пиная дверь ногами. — Ты у меня по миру пойдёшь! Мой сын на тебя лучшие годы потратил!
— Счёт за «лучшие годы» вышлете почтой, — Елена усмехнулась. — А сейчас — вон отсюда! Если через пять минут вы не уберётесь из тамбура, я вызываю наряд. Камеры всё записывают: и ваши угрозы, и попытки взлома.
— Леночка, ну погоди... — заскулила Света. — Мне же рожать скоро, мне нельзя нервничать...
— Раньше надо было думать, Света. Когда на чужой каравай рот разевала. Ищи отца своего ребёнка, пусть он о тебе заботится. А мой кабинет останется моим кабинетом.
Елена отключила связь. Она слышала, как за дверью ещё долго продолжались крики, проклятия и рыдания. Слышала, как Галина Петровна пыталась уговорить соседей помочь выломать дверь, но те только пригрозили вызвать полицию сами.
Через полчаса всё стихло. В окно Елена видела, как к подъезду подъехала та самая Газель. Грузчики начали затаскивать вещи обратно, а Олег и Света стояли у машины, выглядя потерянными и жалкими. Галина Петровна что-то яростно доказывала водителю, размахивая руками.
Елена отошла от окна и прошла на кухню. Она налила себе свежий кофе. В квартире пахло тишиной и свободой. Впервые за много лет она чувствовала себя по-настоящему дома.
Она знала, что впереди суды, делёж какой-то мелочёвки и куча грязи в соцсетях. Но это была малая цена за то, чтобы никогда больше не слышать: «Мы решили, что в твоей квартире будет жить кто-то другой».
Елена взяла блокнот, который свекровь забыла на столе в утренней спешке. Там были расписаны планы: «Переклеить обои в комнате Светы», «Купить новую кровать (взять деньги у Лены)».
Елена вырвала страницу, скомкала её и точным движением отправила в мусорное ведро.
— Решальщики... — прошептала она и с удовольствием сделала глоток обжигающего напитка.
А как бы вы поступили на месте героини? Правильно ли она сделала, выставив мужа вместе с его наглой роднёй, или нужно было попытаться договориться?
Подпишитесь на канал «На ночь глядя», чтобы не пропустить новые истории о том, как важно вовремя сказать «нет».