В глухих лесах Западной Вирджинии, где туман стелется между деревьями, словно призрачные руки, заблудилась девушка по имени Катя.
Она ехала одна — просто сбежать от шума города, от людей и от мыслей. Навигатор внезапно погас, связь пропала, и машина свернула на узкую дорогу, которую не было ни на одной карте. Когда мотор заглох, Катя поняла: она здесь не случайно.
Лес вокруг был слишком тихим. Ни птиц, ни ветра — только редкий треск веток, будто кто-то осторожно ходил совсем рядом.
Катя пошла вперёд, надеясь найти помощь, и вскоре увидела старый дом. Он был перекошен, будто сам хотел развалиться, окна заколочены, а из трубы поднимался слабый дым.
Кто-то здесь живёт, — подумала она.
Когда Катя постучала, дверь скрипнула и медленно приоткрылась. Внутри было темно и пахло сыростью. На стенах висели странные трофеи: ржавые ножи, охотничьи капканы… и вещи, которые явно принадлежали другим людям.
Её сердце забилось так сильно, что она испугалась — вдруг это услышат.
Позади раздался хруст.
Катя обернулась — и в этот момент поняла, что она уже не одна.
Из тумана между деревьями появились силуэты. Люди… или не совсем люди. Их движения были странными, лица — искажёнными, а взгляды — пустыми и холодными, как у хищников.
Катя бросилась бежать.
Она мчалась сквозь лес, цепляясь за ветки, падая в грязь, слыша позади тяжёлое дыхание и быстрые шаги. Лес словно нарочно путал её: тропинки исчезали, деревья вставали стеной.
Наконец она увидела свет — старую охотничью вышку. Катя взобралась наверх и затаилась. Внизу раздавались шаги. Они ходили кругами, ждали.
Но Катя не была той, кто просто сдаётся.
Когда один из них полез вверх, она ударила его ржавым прутом, сбросив вниз. Используя момент, Катя спрыгнула с другой стороны и побежала — к дороге, к жизни, к любому шансу выбраться.
К утру она вышла к трассе — грязная, израненная, но живая. Проезжавший грузовик остановился.
Когда её увозили, Катя смотрела на лес в зеркале заднего вида. Там, между деревьями, стояли тени. Они не преследовали её больше. Они просто смотрели.
С тех пор Катя знала одно:
есть дороги, по которым нельзя сворачивать — даже если они кажутся короче.