Пока Первый, Второй и Третья обсуждали свои этажи и выторговывали лучшие условия, перед домом началось необычное движение. Фоновый шум наконец привлёк внимание новосёлов. Выглянув вниз, Бифидобактерий, Лактобацилла и весь шумный табор Стафилококков обомлели. Внизу стояла сдержанная толпа высоких добрых молодцев – иначе их было и не назвать. У каждого в руках была булава, а у некоторых – и по две. – Есть здесь кто живой? – раздался зычный голос. Это был Четвёртый, и его наконец узнали те, кто уже чувствовал себя в новом доме почти хозяевами. Бифидобактерий, как самый представительный и наименее трусливый, высунулся из окна четвёртого этажа: – Есть. А что такое? И почему такой шум?, – Голос его понемногу обретал уверенность, на время утраченную при виде этих суровых Коринебактерий. – Мы пришли заселяться, – просто сказал Четвёртый. – Так ещё рано!, – встрял Стафилококк. – Мы тут сами только осматриваемся. – Ничего, – спокойно ответил Коринебактерий. – Мы тоже осмотримся и решим, где жить