Он стоял на ступеньках больницы и думал, куда идти и что делать.
– Конечно, нужна была операция. Мне об этом сами медики говорили. А потом собрали консилиум. Долго спорили: выдержу – не выдержу? Я, конечно, сказал, что выдержу всё. А если нет, то и претензий никаких и ни от кого. Давайте расписку напишу? Отказались. При выписке добрый врач сделал напутствие: если до конца лета доживёшь, то молодец!
И вот стоит этот «молодец» и думает, что дальше. Жилья нет. Денег нет. Родных нет. Здоровья нет. И даже верёвки и мыла тоже нет. Есть тощий рюкзачок и телефон. И паспорт, впервые полученный в 53 года. Раньше все время обходился справкой об освобождении: «Украл–выпил–сел». Иногда порядок слов нарушался. Это когда уже сил не было перенести морозы. И идти, кроме полиции, некуда:
– Давайте возьму на себя кражу. Только небольшую... Всё равно жить негде...
Как-то сотрудник попался особенно хороший. И чаем, горячим и сладким, напоил. И из своего кармана достал 20 тысяч. Выполнил просьбу – помог перезимовать.
– А вообще-то я жил плохо, – говорит он. – Очень плохо. Если всё буду рассказывать, может, со мной и общаться не захотите. Но я был уверен, что все так живут. Другого не знал и не видел. Была когда-то у меня мама. Ал//коголичка. Больше и вспомнить ничего не могу. Но не обижаюсь: она меня родила. Были друзья. Вечером с ними обнимаешься, бух//аешь. Утром смотришь – а тебя обчистили полностью. Сам такой был.
И поехал я в деревню, где в детстве у бабушки бывал. Но бабушки давно нет. И её дома – тоже. И – никаких товарищей. Зачем туда поехал? Не знаю. Захотелось под конец жизни родину найти. Поселился в «пентхаусе» – между мусорными контейнерами и забором. Живу! С мая, как выписали из стационара, один месяц прошёл, потом другой... Но состояние не улучшалось. Вспомнил про конец лета, о котором врачи предупреждали. И захотелось туда, где тепло, где будет своя кровать... Но кому я нужен?
До сих пор не знаю, откуда и от кого пришла эсэмэска с номером телефона и припиской: «Позвони. Вдруг повезёт». Ехал сюда как в тумане. Не помню, как добрался. Повезло!
А здесь оказалась совсем другая жизнь. Не знал, что так можно. Что есть люди, которые готовы помогать совсем чужим. Что собрались с виду такие же, как ты, бедолаги. Но друг друга выручают, заботятся. Всё пытался понять, что они с этого имеют. Оказывается, ничего! Но так ведь не бывает? Что всё-таки они получают?!
А сейчас я даже не представляю, что можно жить по-другому. И сам так живу. Получаю удовольствие от того, что помогаю другим. Шью для бездомных и на спец операцию нижнее бельё. Трусы, в основном. Уже больше тысячи в общей сложности получилось. А ткани нам присылают и привозят добрые люди. Бесплатно, конечно.
Мы отправляем ещё и пеленки в больницы и госпитали. Благодарности оттуда получил. И даже стяг, который сейчас у меня над кроватью... А ещё...
*
Здесь уже я делаю отступление. Долго не могла решиться написать этот текст, потому что думала: как-то это нескромно. Сейчас махнула рукой: пусть будет, как будет. Это же правда.
*
Он продолжал:
– Сейчас я самый счастливый человек на свете. Потому что (обвёл глазами стол, за которым сидели всё мы) у меня есть вы. Братья и сестры. Семья. А ещё у меня есть мама. Это вы, Татьяна Степановна.
Внезапно откуда-то появился огромный букет.
– Тюльпаны? Откуда они так не вовремя? – успела удивиться и тут же поняла, что это цветы из зефира. Тут же протянули красивую коробочку с блестящей цепочкой и образом Богоматери:
– Только носите всё время. Пусть оберегает...
*
Давно уже растеряла сентиментальность, но тут почувствовала, что говорить не могу. Только и пробормотала, что, надеюсь, она всё же не золотая. Дружно успокоили, что нет. Но всё равно настоящая. И освященная.
Теперь ношу её, не снимая. Дороже любых бриллиантов.
*
А Миша... Что Миша? Приезжали недавно с одного федерального канала. Сказали, что хотят сделать небольшой сюжет. И что он, этот сюжет, почти библейский. Рождество. Ещё один человек родился.
...Так мы отметили его очередной день рождения. Через четыре месяца исполнится два года как его выписали из больницы. Надежды не было.
Сейчас его швейные работы – украшение разных ярмарок. Радуют глаз. Вот такая история.
Если захотите, то можете стать обладателем любого изделия из золотых рук Михаила. Звоните, пишите.
Tags: Эссе Project: Moloko Author: Федяева Татьяна
Ещё одна история о жизни в коммуне «Ремесло добра» здесь
Контакты коммуны «Ремесло добра»: +7 (916) 566-78-65
Книга «Мёд жизни» здесь и здесь