Когда впервые берешь в руки учебник китайского, то испытываешь смесь облегчения и легкого недоумения: вместо пугающих иероглифов можно увидеть знакомые латинские буквы: ni hao, Beijing, xie xie.
«О, так это же просто транслит!» - думает новичок. И совершает большую ошибку.
То, что мы видим над иероглифами - это Пиньинь (Pinyin). Это не просто «английские буквы», а фонетическая система, которая спасла Китай от неграмотности и, кстати, позволила иероглифам выжить в эпоху компьютеров. Но читать её по правилам английского языка нельзя, ведь если вы прочитаете Qi как «кви» или «ки», китаец вас просто не поймет.
До середины XX века в китайской грамоте царил хаос. Страна неоднократно преодолевала периоды объединения и раздробленности, прошла через голод, оккупацию и революции. Уровень неграмотности в стране был катастрофическим - около 85% населения не умели читать. Иероглифы были очень сложны, а единой системы произношения не существовало: житель Пекина не понимал жителя Шанхая или Гуанчжоу из-за колоссальной разницы диалектов.
В 1950-х годах Мао Цзэдун ставит важную задачу: нужна система, которая объединит страну и упростит обучение родному языку.
Для создания универсальной транскрипции китайского языка Центральный комитет организовал совещание, для участия в котором премьер Государственного совета КНР Чжоу Эньлай пригласил Чжоу Югуана, в совершенстве знавшего английский, французский и японский языки.
Интересно, что Югуан не был лингвистом по образованию: он окончил университет Святого Иоанна в Шанхае, учился на экономиста и лишь прошёл дополнительный курс по лингвистике. В 1925 году во время Движения Тридцатого мая перевёлся в Университет Гуанхуа, который окончил в 1927 году. Некоторое время стажировался в Японии, сначала в Токийском, а затем - в Киотском университетах, посещал лекции профессора экономики, марксиста Хадзимэ Каваками, однако после ареста последнего за членство в нелегальной в Японии компартии оставил университет.
До своего возвращения в Шанхай с образованием в 1949 году Китайской Народной Республики работал банкиром и экономистом за рубежом, в том числе в Нью-Йорке и Лондоне.
Лингвистика была его хобби, и в 1952—1954 годах он опубликовал две книги о фонетическом письме и алфавите китайского языка.
В то время, когда ему поступило приглашение Чжоу Югуан уже занимал должность профессора в Фуданьском и Шанхайском финансово-экономическом университетах. На совещании его уговорили оставить экономику и заняться изучением китайской письменности, и в итоге он остался работать в Пекине в комитете по реформе китайского языка.
Чжоу Югуан потратил три года на создание системы «Ханьюй Пиньинь» (汉语拼音, Hànyǔ pīnyīn) что просто переводится как «запись звуков китайского языка». Он взял за основу латинский алфавит, как самый распространенный в мире, но переработал его, постаравшись максимально похоже описать сугубо китайские звуки и введя систему четырех надстрочных знаков для обозначения тонов.
Кстати говоря, Чжоу Югуан прожил 111 лет и умер в 2017 году, увидев, как его детище стало международным стандартом (ISO). Именно благодаря пиньиню китайцы сегодня так быстро печатают на смартфонах и компьютерах: они вводят латиницу, а телефон предлагает нужные иероглифы.
К сожалению, главная проблема пиньиня для новичков - он выглядит обманчиво знакомым. Но за привычными буквами, подчас, скрываются совсем другие звуки. Это сделано не для того, чтобы запутать иностранцев-лаоваев, а потому что в китайском есть звуки, аналогов которым в английском просто не существует, вот и пришлось как-то выкручиваться теми буквами, которые были на руках.
Главными «предателями» можно назвать следующие буквы:
- Q (q) - интуитивно хочется прочитать как «к», но в пиньине это мягкое, свистящее «цсь» (близкое к русскому «ц»). Династия Цинь, которая была основана во времена ранней Римской республики, к примеру, записывается как Qin.
- X (x) - это не «кс». Это мягкое «сь». Знаменитый «Xiaomi» читается как Сяоми, запоминаем это раз и навсегда. Если будут сомнения - Си Цзиньпин тоже пишется как Xi Jinping.
- Zh (zh) - это твердое «чж».
- C (c) - это всегда «ц».
Отдельная история с буквой R. В пиньине она обозначает звук, который для европейского уха звучит как нечто среднее между «ж» и английским «r», при этом язык загнут назад к нёбу. Поэтому слово «человек» (ren) слышится то ли как «жэнь», то ли как очень американизированное «рэнь».
Вернемся к "крышечкам" - надстрочным знакам.
Китайский - язык тональный. Это значит, что «музыка» голоса меняет смысл слова так же радикально, как замена букв в русском. В путунхуа (официальном диалекте) четыре основных тона и один нейтральный.
Классический пример, от которого у студентов дергается глаз, — слог Ma.
- Первый тон (высокий, ровный): mā - 妈 - Мама.
- Второй тон (восходящий, как переспрос «А?»): má - 麻 - Конопля или пенька.
- Третий тон (яма, голос вниз и потом вверх): mǎ - 马 - Лошадь.
- Четвертый тон (резкий, падающий, как приказ): mà - 骂 - Ругать.
Если вы скажете маме «ма» третьим тоном вместо первого, вы назовете её лошадью. Письменно тоны обозначаются черточками над гласными (ā, á, ǎ, à), но в основном они указываются только в учебной литературе, а в словарях иногда тон указывается просто "номером", например dong2 вместо dóng.
Хорошо. Понятно.
Но если весь мир использует пиньинь, то почему в русских текстах мы пишем «Пекин», «Шанхай» и «Си Цзиньпин», а не «Бейцзин» и «Кси Джинпинг»?
Все дело в системе Палладия.
Она появилась задолго до пиньиня, еще в XIX веке, в то время пока в западном мире пытались пользоваться чуть иной "системой Уэйда — Джайлза" (которая, кстати, до 2009 года была основной на республиканском Тайване).
Кириллическую систему разработал архимандрит Палладий (Петр Иванович Кафаров), участник русской духовной миссии в Пекине. Это одна из старейших и самых точных систем записи китайского кириллицей.
Конфликт систем рождает путаницу у туристов и начинающих китаистов.
1. Проблема звука Hui
В пиньине есть слог Hui. Носители русского языка нервно хихикают, однако, согласно системе Палладия, это записывается как «хуэй». Например, народность Hui — это хуэйцы. А провинция Anhui — Аньхой. В русском языке принято облагораживать звучание, меняя гласные, чтобы избежать нецензурных ассоциаций.
2. Shi, Zhi, Chi
В пиньине Shi выглядит как «Ши». Но слышится там специфический звук, похожий на «Шы». Палладий же был категоричен: писать только через «Ши», «Чжи», «Чи», помня правило «Жи-Ши пиши с буквой И».
3. Jung vs Rong
В старых английских системах (Уэйд-Джайлс) часто писали Jung. В пиньине это стало Rong. А Палладий слышал это как «Жун». Хотя проблема тут не только в первом звуке, но и в носовом окончании "-ng" в конце, которое ни латиницей, ни кириллицей однозначно не запишешь.
По итогу, пиньинь — это очень удобный и жизненно необходимый инструмент стандартизации. Без него сложные иероглифы остались бы красивым музейным экспонатом, недоступным для клавиатур и смартфонов. А система Палладия — это наша попытка описать заморские звуки.
Так что, когда в следующий раз увидите надпись Xie Xie, не пытайтесь прочитать это четко латиницей. Помните, что "Renault" - это ведь тоже не "Ренаульт" :)
Спасибо, что были с нами! А еще у нас есть канал в Telegram, где мы выкладываем
небольшие заметки о Китае, путешествиях, еде и культуре,
присоединяйтесь! https://t.me/ZhangzhongZhongguo