Валентина Петровна копалась в мусорном баке возле торгового центра, когда к ней подошла охранница.
— Бабуль, ты чего тут делаешь? Проваливай отсюда! — грубо сказала девушка в форме.
— Я сейчас, девонька, сейчас, — Валентина Петровна не отрываясь продолжала рыться в отходах. — Вот только картонку заберу. На сдачу пойдет.
— Да какая сдача? Иди в приют, там хоть покормят!
— Не нужен мне ваш приют, — старушка вытащила несколько картонных коробок и аккуратно сложила их. — Я не бомжиха. У меня квартира есть.
Охранница фыркнула и ушла. Валентина Петровна собрала свою добычу и поплелась домой. Шла медленно, волоча за собой большую клетчатую сумку на колесиках. Прохожие обходили ее стороной, морща носы. Что тут такого? Она же не воняет. Просто одежда старая, потертая. Да и зачем ей новая, когда эта еще носится?
Дома Валентина Петровна разобрала картон, сложила в угол прихожей. Завтра с утра отнесет в пункт приема. Рублей двести дадут, не меньше. На хлеб хватит. Села на продавленный диван и включила телевизор. Показывали какую-то передачу про богатых людей. Красивые дома, машины, украшения.
— Эх, — вздохнула старушка. — Хорошо им живется.
Она встала и подошла к старому комоду. Открыла верхний ящик и достала оттуда пожелтевшую фотографию. На снимке стояла молодая красивая женщина в элегантном платье рядом с мужчиной в костюме. Валентина Петровна провела пальцем по фото.
— Сережа, Сереженька, — прошептала она. — Где же ты?
Утром старушка как обычно собралась идти сдавать картон. Спустилась в подъезд и увидела соседку Ларису Ивановну.
— Валь, ты куда это? — поинтересовалась соседка.
— Да вот, макулатуру сдам.
— Опять по помойкам лазила? Стыдно должно быть! У тебя же пенсия есть!
— Пенсия маленькая, Лариса. На квартплату едва хватает. А кушать-то надо.
— Да ладно тебе! Дети у тебя где? Пусть помогают!
Валентина Петровна поджала губы и ничего не ответила. Потащила свою сумку дальше. Какие дети? Был один сын Сергей, да пропал куда-то. Вот уже пятнадцать лет как весточки нет. Пропал и все. Милиция искала, потом закрыла дело. Сказали, что взрослый человек имеет право жить где хочет.
В пункте приема макулатуры стоял тот же мужик, что и всегда.
— О, Валентина Петровна! Опять с добычей?
— Вот, Коля, принесла. Взвесишь?
Мужик взвесил картон и протянул ей деньги.
— Двести тридцать рублей. Держи.
— Спасибо, голубчик.
Валентина Петровна пошла в магазин. Купила буханку черного хлеба и немного крупы. Денег осталось рублей пятьдесят. Пойдут на проезд в троллейбусе, если понадобится куда-то ехать.
Вечером, когда она сидела дома и пила чай с сухарями, в дверь постучали. Валентина Петровна удивилась. К ней никто не ходил. Соседка иногда заглядывала, но она обычно звонила в звонок.
— Кто там? — спросила старушка.
— Валентина Петровна? Откройте, пожалуйста! Я из нотариальной конторы!
Старушка открыла дверь. На пороге стояла молодая женщина с папкой документов.
— Здравствуйте. Вы Валентина Петровна Соколова?
— Я. А что случилось?
— Можно войти? Мне нужно с вами поговорить.
Валентина Петровна пропустила гостью в квартиру. Женщина огляделась, но виду не подала. Села на край дивана и открыла папку.
— Значит так, Валентина Петровна. Меня зовут Анна Владимировна, я помощник нотариуса Егоровой. У нас к вам дело.
— Какое дело? Я ничего не нарушала!
— Не волнуйтесь. Тут совсем другое. Скажите, у вас был брат Виктор Петрович Морозов?
Валентина Петровна похолодела.
— Был. Умер в прошлом году. А что?
— Так вот. Виктор Петрович оставил завещание. Он завещал вам все свое имущество.
— Какое имущество? — не поняла старушка. — У Витьки ничего не было. Он же в деревне жил, в глуши.
Анна Владимировна достала из папки несколько листов.
— Не совсем так. Ваш брат владел земельным участком в сорок гектаров. Этот участок находится на окраине города, который активно расширяется. Участок очень ценный. Его хотят купить застройщики.
— Сколько они дают? — осторожно спросила Валентина Петровна.
— Восемьдесят миллионов рублей.
Старушка подумала, что ослышалась.
— Сколько-сколько?
— Восемьдесят миллионов. Это очень хорошая цена. Застройщики уже согласовали все документы, осталось только ваше согласие на продажу.
Валентина Петровна молчала. В голове не укладывалось. Она, которая по помойкам лазит ради двухсот рублей, вдруг стала богатой?
— Я не понимаю, — наконец выдавила она. — Почему Витька мне завещал? Мы с ним лет двадцать не виделись!
— Других родственников у него не было. Жены и детей тоже. Вы единственная наследница.
— А если я не соглашусь продавать?
— Это ваше право. Можете оставить участок себе. Но я бы посоветовала продать. Вам такие деньги очень пригодятся.
Анна Владимировна оставила свою визитку и ушла. Валентина Петровна осталась сидеть на диване в полной прострации. Восемьдесят миллионов. Да она таких денег отродясь не видела!
Ночью старушка не спала. Ворочалась на диване и думала. Что делать с такими деньгами? Квартиру отремонтировать. Одежду купить. Вдоволь наесться нормальной еды, а не сухарей с чаем. Но это все ерунда. Главное — найти Сергея. Может, с деньгами получится? Можно детективов нанять, объявления дать.
Утром она позвонила в нотариальную контору и сказала, что согласна продавать участок. Через неделю оформили все документы. Еще через три дня деньги пришли на ее счет в банке.
Валентина Петровна пошла в банк забирать карточку. Сотрудница, молодая девушка, смотрела на нее с плохо скрываемым презрением.
— Вам карту оформить?
— Да, деточка.
— Паспорт есть?
Валентина Петровна протянула паспорт. Девушка пробила что-то в компьютере и вдруг изменилась в лице.
— Простите, вы Валентина Петровна Соколова?
— Ну я.
— Одну минуточку!
Девушка вскочила и убежала куда-то. Вернулась с мужчиной в дорогом костюме. Тот улыбался до ушей.
— Валентина Петровна! Добро пожаловать! Я управляющий этим отделением. Пройдемте в мой кабинет, пожалуйста!
Старушку провели в роскошный кабинет, усадили в кожаное кресло, принесли кофе и печенье.
— Мы очень рады видеть вас в числе наших клиентов, — говорил управляющий. — У вас открыт счет с очень солидной суммой. Мы можем предложить вам различные программы инвестирования, вклады с повышенным процентом...
— Мне ничего этого не надо, — перебила его Валентина Петровна. — Я хочу просто карточку получить и идти.
— Конечно, конечно! Сейчас все оформим!
Ей сделали карту за десять минут. Управляющий лично проводил ее до выхода и кланялся в пояс. Валентина Петровна шла по улице и не верила происходящему. Вчера на нее плевали, а сегодня расшаркиваются. Все из-за денег.
Первым делом она пошла в магазин одежды. Продавщица окинула ее презрительным взглядом.
— Вам что-то показать?
— Мне нужен костюм. И туфли. И пальто.
— У нас цены приличные, — предупредила продавщица. — Костюм от пятнадцати тысяч.
— Покажите самый лучший, — спокойно сказала Валентина Петровна.
Продавщица скривилась, но пошла за товаром. Принесла несколько комплектов. Валентина Петровна примерила и выбрала костюм за тридцать тысяч, пальто за сорок и туфли за десять.
— С вас восемьдесят тысяч, — сказала продавщица, явно не веря, что старушка купит.
Валентина Петровна достала карту и протянула ее. Продавщица пробила покупку и чуть не упала, когда оплата прошла.
— Упакуйте, пожалуйста, — попросила старушка.
Она вышла из магазина в новой одежде, а старую велела выбросить. Продавщица смотрела ей вслед с открытым ртом.
Валентина Петровна наняла такси и поехала домой. Поднялась в квартиру и первым делом позвонила в агентство недвижимости.
— Мне нужна квартира побольше. С тремя комнатами. В хорошем районе.
— Какой у вас бюджет? — спросила девушка на том конце провода.
— Не важно. Покажите самые лучшие варианты.
Ей показали пять квартир. Валентина Петровна выбрала одну в новом доме, с ремонтом и мебелью. Стоила она двенадцать миллионов. Заплатила сразу, наличными. Риелтор не мог прийти в себя от счастья. Такая комиссия!
Переехала Валентина Петровна через неделю. Соседка Лариса узнала об этом случайно.
— Валь, ты куда это собралась? — спросила она, увидев вещи в коридоре.
— Переезжаю. Купила квартиру получше.
— Ты что, выиграла что ли?
— Можно и так сказать.
Лариса хотела расспросить подробнее, но Валентина Петровна уже закрыла дверь и ушла.
В новой квартире было светло и просторно. Валентина Петровна ходила из комнаты в комнату и не могла налюбоваться. Мягкий диван, большой телевизор, кухня с современной техникой. Красота!
Но радость была неполной. Все равно не хватало самого главного. Сына. Валентина Петровна достала из сумки ту самую фотографию и поставила на полку. Погладила ее пальцем.
— Найду тебя, Сереженька. Обязательно найду.
Она наняла частного детектива. Мужчина средних лет в очках внимательно выслушал ее историю.
— Значит, пропал пятнадцать лет назад? Вам было отказано в розыске?
— Да. Сказали, что он взрослый и может жить где хочет.
— Понятно. У вас есть его фотографии? Документы? Может, друзья какие были?
Валентина Петровна отдала детективу все, что у нее было. Фотографии, копию паспорта, адреса знакомых.
— Я постараюсь его найти. Но не обещаю быстрых результатов. Прошло много времени.
— Сколько это будет стоить?
— Сто тысяч аванс, потом еще триста если найду.
— Хорошо. Я заплачу и миллион, только найдите.
Детектив взялся за работу. Валентина Петровна ждала. Каждый день звонила и спрашивала, есть ли новости. Детектив просил набраться терпения.
Прошел месяц. Потом второй. Валентина Петровна почти отчаялась, когда детектив наконец позвонил.
— Валентина Петровна? Кажется, я его нашел.
— Где? Где мой Сережа?
— Он живет в другом городе. Работает на заводе. Сменил фамилию, поэтому его и не могли найти раньше.
— Дайте адрес! Я сейчас же поеду!
— Погодите. Тут не все так просто. Я с ним поговорил. Он не хочет вас видеть.
Валентина Петровна почувствовала, как комната поплыла перед глазами.
— Как не хочет? Почему?
— Сказал, что у него новая жизнь. Жена, двое детей. Он не хочет ворошить прошлое.
— Но я его мать!
— Я знаю. Я ему все это говорил. Он непреклонен.
Старушка положила трубку и расплакалась. Деньги, квартира, красивая одежда — все это не имело смысла без сына. Она плакала до самого вечера.
Утром Валентина Петровна приняла решение. Оделась, вызвала такси и поехала по адресу, который дал детектив. Город находился в трехстах километрах. Ехала почти пять часов.
Дом был обычный, пятиэтажный, серый. Валентина Петровна поднялась на третий этаж и позвонила в дверь. Открыла женщина лет тридцати пяти.
— Вам кого?
— Мне нужен Сергей. Он дома?
— Сережа! Тут к тебе! — крикнула женщина в глубь квартиры.
Появился мужчина. Валентина Петровна сразу узнала его, хотя он сильно изменился. Постарел, располнел, на висках седина.
— Мама? — он побледнел. — Ты как меня нашла?
— Сынок, — Валентина Петровна шагнула вперед. — Сыночек мой!
Она хотела обнять его, но Сергей отстранился.
— Зачем ты приехала? Я же сказал, что не хочу тебя видеть!
— Но почему? Что я тебе такого сделала?
Сергей посмотрел на жену. Та кивнула и увела детей в комнату.
— Зайди, — сказал он матери.
Они сели на кухне. Валентина Петровна смотрела на сына и не могла наглядеться. Живой, здоровый. Слава богу!
— Мам, ты помнишь, как я уходил из дома? — начал Сергей. — Мне было двадцать пять. Я тогда женился на Люде.
— Помню, — кивнула старушка. — Хорошая девочка была.
— Так вот. Помнишь, что ты ей сказала при первой встрече?
Валентина Петровна нахмурилась.
— Что-то говорила, наверное. Не помню.
— А я помню. Ты сказала, что она недостойна меня. Что из простой семьи, без образования, толку не будет. Помнишь теперь?
Старушка вспомнила. Да, было такое. Она действительно так сказала. Думала, что желает сыну лучшего.
— Люда тогда расплакалась, — продолжал Сергей. — А потом мы поругались с тобой. Я сказал, что женюсь и все равно. А ты ответила, что если женюсь на этой мещанке, можешь считать, что сына у тебя больше нет.
— Сереж, я же не это имела в виду!
— А что ты имела в виду? Я тогда ушел из дома. Женился на Люде. Мы переехали сюда, к ее родителям. Устроились на работу. Родились дети. Я был счастлив. Зачем мне было к тебе возвращаться?
Валентина Петровна плакала.
— Прости меня, сынок. Я была дурой. Но я же твоя мать!
— Мать, которая отреклась от меня из-за того, что девушка была не по статусу.
— Я хотела тебе лучшего!
— Ты хотела, чтобы я жил так, как ты решила. А я хотел жить своей жизнью.
Они сидели молча. Валентина Петровна вытирала слезы платком.
— У меня теперь деньги есть, — сказала она наконец. — Много денег. Брат Витька участок завещал. Я продала за восемьдесят миллионов.
Сергей усмехнулся.
— И ты думаешь, что деньгами меня купишь?
— Нет! Я просто хочу помочь! Внукам на образование! Тебе на что-нибудь!
— Нам ничего не нужно. У нас все есть. Живем скромно, но хватает.
— Сереженька, ну дай мне шанс! — взмолилась старушка. — Я всю жизнь по помойкам лазила, картон собирала. Думала только о тебе. Искала тебя!
— Если бы ты действительно думала обо мне, не сказала бы тогда тех слов, — Сергей встал. — Мам, я рад, что ты жива и здорова. Рад, что у тебя теперь деньги есть. Но мне ты не нужна. Извини.
Он проводил ее до двери. Валентина Петровна вышла на лестницу и обернулась.
— Можно я хоть внуков увижу?
— Нет. Я не хочу, чтобы ты портила им жизнь своими наставлениями.
Дверь закрылась. Валентина Петровна стояла на площадке и рыдала. Потом спустилась вниз и села в такси.
— Куда едем? — спросил водитель.
— Домой. Везите домой.
Всю дорогу старушка молчала и смотрела в окно. Деньги не принесли ей счастья. Сын отказался от нее. И что теперь со всем этим богатством делать?
Дома она легла на диван и проплакала весь вечер. Утром проснулась с опухшим лицом и красными глазами. Села на кухне с чаем и думала. Жизнь прожита зря. Из-за гордости и глупости потеряла единственного сына.
Зазвонил телефон. Валентина Петровна взяла трубку.
— Мама? — услышала она голос Сергея.
— Сынок! — сердце ее забилось быстрее.
— Я подумал. Может, не стоит так все резко. Люда сказала, что я слишком жестоко с тобой поступил.
— Нет, ты прав был! Я сама виновата!
— Слушай, давай встретимся еще раз. Нормально поговорим. Познакомлю тебя с внуками.
Валентина Петровна заплакала от счастья.
— Правда? Ты не шутишь?
— Не шучу. Приезжай в субботу. Приготовим обед, посидим.
— Я приеду! Обязательно приеду!
Старушка положила трубку и улыбнулась сквозь слезы. Значит, не все потеряно. Может, еще получится наладить отношения. Деньги тут ни при чем. Главное — что сын дал ей шанс. И она его не упустит.
Валентина Петровна встала с дивана, подошла к окну. На улице светило солнце. Люди спешили по своим делам. Жизнь продолжалась. И у нее тоже есть еще шанс все исправить. Пусть не сразу, пусть не просто. Но она постарается стать для сына и внуков настоящей матерью и бабушкой. Той, какой должна была быть всегда.