Роман «Собор Парижской Богоматери» Гюго впервые опубликовал в 1831 году. Произведение стало первым историческим романом, написанным на французском языке.
Одним из самых главных, и несомненно самых запоминающихся, героев романа является Квазимодо, горбатый звонарь Собора Парижской богоматери.
В своем романе Виктор Гюго описывает внешность Квазимодо предельно подробно и намеренно гротескно.
Квазимодо изображён горбатым, с огромным горбом на спине и вторым, меньшим, на груди, из-за чего его тело кажется перекошенным и неестественным. Его позвоночник искривлён, ноги разной длины, походка тяжёлая и неуклюжая. Голова кажется чрезмерно большой по сравнению с телом и как будто вдавленной в плечи.
Лицо Квазимодо Гюго описывает как особенно пугающее. Один глаз почти исчез под нависающей бровью, другой широко раскрыт; нос приплюснут и смещён; рот искривлён, зубы торчат беспорядочно. Всё лицо словно собрано из частей, которые не должны быть вместе, и производит впечатление маски или каменной гримасы.
Кожа Квазимодо грубая, смуглая, словно обожжённая солнцем и ветрами, а волосы густые, жёсткие и спутанные. В сочетании с его тяжёлым телосложением это придаёт ему сходство с диким зверем или мифическим существом.
Гюго в своем романе рассказывает, что Квазимодо - подкидыш. Его еще младенцем оставили у стен собора Парижской Богоматери.
Его уродство поражает людей. Толпа видит в младенце не человека, а чудовище, и от него готовы избавиться. Спасает ребёнка молодой архидьякон Клод Фролло, который берёт его под свою опеку.
Он даёт малышу имя Квазимодо. Имя Квазимодо имеет латинское происхождение. Оно происходит от первых слов латинского богослужебного текста, который читается в первое воскресенье после Пасхи: «Quasi modo geniti infantes…». Именно в этот день нашли мальчика.
Если перевести дословно, то оно значит: "Как будто по случайности". И это "как будто" в понимании "как будто человек" и будет преследовать Квазимодо всю жизнь. Ведь он с самого начала жизни лишён полноценного человеческого статуса в глазах общества.
Квазимодо растёт в изоляции от мира. Его жизнь ограничивается стенами храма, а главным языком общения становится колокольный звон. Постоянный грохот колоколов лишает его слуха, но взамен дарит почти мистическую связь с собором. Он знает каждый выступ, каждую лестницу и галерею, как живое существо. Людей Квазимодо боится и ненавидит, потому что от них он видел только страх, насмешки и жестокость.
Единственным авторитетом и центром его мира остаётся Фролло, чья власть над приёмным сыном абсолютна. Квазимодо слепо повиновался ему, не отличая добра от зла вне воли своего хозяина.
И когда Фролло приказывает ему похитить Эсмеральду, он беспрекословно подчиняется ему.
Но похищение не удалось. Квазимодо ловят и приговаривают к наказанию. Привязанный к позорному столбу, он терпит жажду, боль и насмешки тысяч людей.
Единственным человеком, проявившим к нему сострадание, становится Эсмеральда, которая даёт ему воды. Этот жест милосердия рождает в Квазимодо чувство глубокой, бессловесной любви и благодарности.
Любовь Квазимодо к Эсмеральде — одна из самых трагичных линий романа. Он понимает, что никогда не будет любим, но готов защищать её ценой собственной жизни. Когда девушку приговаривают к казни, он спасает её прямо с эшафота и укрывает в соборе, где сам становится её молчаливым стражем.
В это время Квазимодо начинает видеть мир иначе и постепенно осознаёт, что Фролло — не защитник, а источник зла и разрушения. Кульминацией этого прозрения становится сцена, в которой Квазимодо сбрасывает Фролло с башни собора, отрекаясь от человека, которому служил всю жизнь. И причиной этому становится смех Фролло, который исторгся во время казни Эсмеральды.
После гибели Эсмеральды Квазимодо исчезает.
Его находят лишь спустя годы — в виде скелета, обнимающего останки девушки. Этот финал подчёркивает главную мысль Гюго: истинная красота и человечность могут быть скрыты под самым отталкивающим обликом, а общество часто оказывается гораздо более уродливым, чем его жертвы.
Образ Квазимодо не был случайным вымыслом. По одной из наиболее распространённых версий, у героя был реальный прототип. Во время работы над романом Гюго изучал архивы и бывал в соборе Парижской Богоматери, где, по воспоминаниям современников, трудился горбатый каменотёс с тяжёлой внешней деформацией. Этот человек жил почти отшельником и вызывал у окружающих одновременно страх и жалость. Прямых доказательств, что именно он стал прототипом Квазимодо, нет, но совпадение места и внешности слишком выразительно, чтобы быть случайным.
История Квазимодо — это история человека, которому не дали шанса быть обычным, но который сумел сохранить способность к состраданию и жертве. Именно поэтому спустя почти два века он остаётся одним из самых сильных и пронзительных образов мировой литературы.