— Слушай, ты серьёзно? — Настя чуть не подавилась салатом. — То есть ты правда выходишь замуж за... за него?
Я перевела взгляд с подруги на свой бокал с морсом и улыбнулась. Знала же, что этот разговор рано или поздно случится. Удивительно, что они молчали почти полгода — с момента, как Виталик впервые появился на нашей девичьей встрече.
— За него, — подтвердила я спокойно.
Юля отложила вилку и покачала головой. В её глазах читалось недоумение пополам с жалостью.
— Танюш, ну вот объясни нам, пожалуйста. Ты же нормальная девушка. Симпатичная, умная, с приличной работой. У тебя куча вариантов было получше, чем...
Она не договорила, но я всё равно поняла. "Чем этот тихий, неприметный водитель грузовика, который носит дешёвые джинсы и не знает, как себя вести в ресторане".
— Помнишь Славку? — вмешалась Настя. — Вот это был мужик! Красавец, спортсмен, свой бизнес. А этот твой... как его... Виталик.
Она произнесла имя моего жениха так, словно оно обжигало язык.
— Девочки, вы хотя бы знаете его? — спросила я, стараясь сохранять спокойствие.
— А что там знать? — фыркнула Юля. — Всё и так понятно. Видели мы таких. Тихий, скромный, на тебя смотрит влюблёнными глазами. Таня, это хорошо для начала, но потом-то что? Ты же будешь тянуть на себе всю семью!
Я допила морс и посмотрела на подруг. Когда-то мы были неразлучны — вместе учились, гуляли, строили планы. Но последние годы что-то изменилось. Точнее, изменилась я.
— Можно я расскажу вам историю?
Настя закатила глаза, но кивнула. Юля скрестила руки на груди, демонстрируя, что настроена скептически.
Всё началось год назад. Я работаю менеджером в фирме, которая занимается поставками оборудования для магазинов. Зарплата приличная, коллектив нормальный, но работа нервная — сплошные дедлайны, требовательные клиенты и вечная беготня.
В тот день у меня сорвалась крупная сделка. Заказчик передумал в последний момент, хотя контракт был почти подписан. Я потеряла премию и чуть не лишилась должности. Начальник устроил мне разнос на полчаса, а коллеги злорадно перешёптывались за спиной.
Вышла я из офиса в семь вечера, вся на взводе. Села в маршрутку и тут поняла — кошелёк дома забыла. Денег ни копейки, телефон разряжен. Водитель, угрюмый мужик лет пятидесяти, посмотрел на меня так, будто я специально хотела прокатиться на халяву.
— Выходи, если платить нечем, — буркнул он.
Пассажиры уставились на меня с осуждением. Я чувствовала себя полной идиоткой. Стояла у дверей, не зная, что делать — то ли выходить под проливным дождём без зонта, то ли пытаться объяснить ситуацию.
— Простите, можно я заплачу за девушку? — раздалось откуда-то сзади.
Я обернулась. На заднем сиденье сидел парень в выцветшей куртке и тёмной футболке. Лицо самое обычное — не красавец, но и не страшный. Коротко стриженые русые волосы, серые глаза. Ничего примечательного.
Водитель пожал плечами, взял деньги. Я неловко поблагодарила спасителя и проехала до своей остановки, пытаясь раствориться в воздухе от стыда.
На следующий день я снова села в ту же маршрутку — просто потому что она шла по удобному маршруту. И снова увидела того парня. Он сидел на том же месте, смотрел в окно. Я подошла, протянула деньги.
— Спасибо за вчера. Держите.
Он посмотрел на меня и улыбнулся. Улыбка была простая, без намёков и подтекстов.
— Не надо, ерунда какая.
— Нет, возьмите, пожалуйста. Мне неудобно.
Он взял купюру, кивнул. Я уже хотела отойти, но он вдруг спросил:
— Вчера у вас такой вид был... Всё в порядке?
Странно, но я не отмахнулась дежурной фразой "всё нормально". Может, потому что устала врать. А может, потому что он спросил без любопытства — просто так, по-человечески.
— Плохой день был, — призналась я.
— Понимаю, — он кивнул. — Бывает.
Вот и весь разговор. Он вышел через две остановки, а я так и не узнала его имени.
Мы стали встречаться в этой маршрутке регулярно. Оказалось, он работает неподалёку — водителем на фуре, возит мебель по области. Звали его Виталик. Мы болтали о всякой ерунде: о погоде, о пробках, о том, как ужасно убирают снег зимой. Никаких попыток флирта, никаких намёков на свидания.
— Погоди, — перебила меня Настя. — То есть вы просто ездили в одной маршрутке и говорили о снеге?
— Ну да, — пожала я плечами.
— Романтика, — хмыкнула Юля.
Я не стала спорить. Они всё равно не поймут.
А потом случилась та самая ночь. Зима, мороз за двадцать. Я задержалась на работе допоздна — готовила презентацию для нового клиента. Выскочила в одиннадцать, схватила такси. Водитель вёз меня через промзону — короткая дорога, но безлюдная.
И вдруг машина встала. Заглохла посреди пустынной улицы.
Водитель, дядька в спортивном костюме, вылез, открыл капот, покопался там минут пять, потом вернулся и сообщил, что сломалось что-то серьёзное.
— Я сейчас эвакуатор вызову, но вам лучше другое такси поймать. Тут холодно, я сам замерзаю.
Только где его ловить, это такси? Вокруг ни души, машины не ездят. Я достала телефон, но приложение показало, что ближайший водитель минут через сорок. А мороз такой, что лицо покалывало.
— Таня? — раздалось совсем рядом.
Я обернулась и чуть не вскрикнула от неожиданности. Рядом остановилась фура, а из кабины выглядывал Виталик.
— Что случилось?
Он выслушал, покачал головой и коротко бросил:
— Залезай, довезу.
Я, честно говоря, засомневалась на секунду. Всё-таки ночь, пустая дорога, малознакомый мужик в кабине грузовика. Но холод взял своё. Забралась в кабину, которая оказалась на удивление уютной — чистенькая, пахло кофе и свежестью. На панели висела иконка.
— Спасибо, что остановился.
— Да не вопрос, — он включил печку на максимум. — Замёрзла небось?
Мы ехали молча минут десять. Я оттаивала, разглядывала дорогу в окно. А потом он вдруг спросил:
— Ты кофе любишь?
— Люблю.
Он остановился у круглосуточной забегаловки, притормозил.
— Сиди, я быстро.
Вернулся с двумя стаканчиками — мне латте, себе эспрессо. Я удивилась — откуда он знает, что я предпочитаю латте? А он пожал плечами:
— Ты как-то рассказывала в маршрутке, что обожаешь кофе с молоком. Вот и подумал.
Такая мелочь, казалось бы. Но он запомнил. Запомнил мои слова, сказанные вскользь месяц назад.
Кофе оказался горячим и вкусным. Мы пили его прямо в кабине, и я вдруг почувствовала, что мне спокойно. Не волнительно, не радостно — просто хорошо. Как будто нашла место, где можно выдохнуть.
— Виталик, ты всегда такой... невозмутимый? — спросила я.
Он усмехнулся.
— Жизнь научила. В дороге всякое бывает — и поломки, и аварии, и клиенты-психи. Если из-за каждой ерунды нервничать, с ума сойдёшь.
— А семья? — зачем-то спросила я. — Родители?
— Мама есть. Отец пять лет как умер — сердце. Мама в деревне живёт, я ей деньги отправляю, когда могу. Она инвалид второй группы, не работает. — Он посмотрел на меня. — А ты? У тебя же родители в другом городе, верно?
Я кивнула, поражённая тем, что он снова запомнил мои слова.
— Да. Папа с мамой на пенсии, живут спокойно. Я их на праздники навещаю.
Дальше мы говорили обо всём подряд. О его работе — оказалось, что он мечтал стать инженером, но не сложилось с институтом. Пошёл сначала грузчиком, потом получил права, перешёл на фуру. О моих планах — я призналась, что устала от постоянной гонки за успехом, но не знаю, как остановиться.
— А надо ли останавливаться? — заметил он. — Может, просто темп сбавить. Не бежать, а идти. Всё равно придёшь туда, куда нужно.
Когда он довёз меня до дома, я сказала:
— Спасибо. Ты меня сегодня спас.
— Эх, — махнул он рукой. — Я б и мимо не проехал. Не могу, когда люди мёрзнут.
Он уехал, а я стояла у подъезда и думала, что этот обычный парень в потёртой куртке оказался добрее, внимательнее и надёжнее всех моих знакомых, включая подруг и бывших парней.
— Погоди, — Настя нахмурилась. — И что, он тебя спас в мороз, вы попили кофе, и ты решила выйти за него замуж?
— Нет, — покачала я головой. — Дальше было кое-что ещё.
Мы начали встречаться. Точнее, не встречаться в обычном смысле — он приглашал меня погулять, мы ходили в парк, ели мороженое, болтали. Никаких дорогих ресторанов, никаких букетов по сто роз. Просто общение. И это было так непривычно, что я сначала терялась.
Виталик не пытался произвести впечатление. Не рассказывал, какой он успешный, не хвастался связями и возможностями. Он был... собой. Рассказывал про свои рейсы, про смешные случаи в дороге, спрашивал, как у меня дела.
Однажды я пришла к нему домой. Он снимал маленькую однушку на окраине — скромную, но чистую. Приготовил ужин сам — картошку с мясом и салат. Готовил хорошо, без изысков, но вкусно.
— Научился, когда один жил, — пояснил он. — Мама говорила, что мужчина должен уметь себя обслужить, чтобы не зависеть от женщин.
После ужина мы смотрели старый фильм, который он где-то откопал. Сидели на диване, пили чай. И в какой-то момент я поняла, что мне не хочется уходить. Хочется остаться здесь, в этой маленькой квартирке, рядом с этим спокойным, надёжным человеком.
— А когда он сделал предложение? — Юля задала вопрос без прежнего сарказма. Кажется, история начала её трогать.
— Весной. Мы гуляли у реки, он вдруг остановился, посмотрел мне в глаза и сказал: "Танюх, давай поженимся". Всё. Без колена, без кольца в бокале, без фейерверков. Просто так.
— И ты сразу согласилась?
— Нет, сначала рассмеялась. Думала, он шутит. А он так серьёзно стоял, смотрел на меня. И добавил: "Я знаю, что я не принц, не богач и не красавец. Но я буду беречь тебя. И делать так, чтобы тебе всегда было хорошо". И понимаете... я ему поверила. Потому что он уже делал так, чтобы мне было хорошо. Каждый день. Без пафоса, без громких слов.
Настя молчала, глядя в окно. Юля задумчиво крутила салфетку.
— Знаешь, что самое важное? — продолжила я. — С ним я не боюсь быть слабой. Могу прийти после работы, упасть на диван и сказать: "Всё, я устала, больше не могу". И он не будет читать мне нотации, что надо брать себя в руки. Просто сварит мне чай, принесёт плед и скажет: "Отдыхай, я тут посижу рядом".
— Но что скажут люди? — тихо спросила Настя. — Коллеги, родственники...
— А какая разница? — я пожала плечами. — Люди всегда что-то говорят. Моя мама, когда увидела его, тоже поджала губы. А папа потом отозвал меня в сторону и спросил: "Дочка, ты уверена?" Я ответила: "Да, пап. Он хороший". И знаете, что папа сказал? "Ну, хороший — это главное. Остальное приложится".
Юля вздохнула.
— Может, мы правда неправы...
— Вы не неправы, — возразила я. — Вы просто привыкли к другому. К тому, что мужчина должен быть статусным, успешным, с деньгами и амбициями. Но я попробовала так жить — и поняла, что мне это не нужно. Мне нужен человек, который не бросит меня мёрзнуть в мороз. Который запомнит, какой кофе я люблю. Который приготовит ужин и не будет считать это подвигом. Который просто будет рядом — не для галочки, а потому что ему хочется.
Настя кивнула, и впервые за вечер я увидела в её глазах понимание.
— Извини, Танька. Мы правда погорячились.
— Ничего, — улыбнулась я. — Я не обижаюсь. Просто хотелось, чтобы вы поняли.
Когда я вышла из кафе, достала телефон и написала Виталику: "Скучаю. Приезжай скорее". Он ответил почти сразу: "Еду. Буду через час. Хочешь, заедем куда-нибудь?"
Я улыбнулась. Нет, он не идеален. Да, у него нет квартиры в центре, дорогой машины и модной одежды. Но у него есть другое — верность, доброта и спокойствие, которого мне так не хватало всю жизнь.
А это дороже любых статусов.