Мы с Аминой ехали в машине по дороге от Нальчика в Терскол. Я была за рулем, Амина рядом, а Сергей сидел на заднем сиденье.
Было жаркое летнее утро. Пустая дорога, хорошая музыка. Вдруг Амина наклонилась к моей руке, лежавшей на руле, и прикоснувшись губами к внутренней стороне моей руки лизнула её от края футболки до внутренней части локтя.
— Ты чего? - вскрикнула я и оттолкнула её.
Но тут я почувствовала на своей шее руки Сергея и его грязные ногти на черных пальцах начали впиваться мне в кожу. Амина подняла голову и откинула крашеные белые волосы назад. Я увидела глаза с закатившимися аж под верхние веки зрачками и мертвенно бледное лицо, она выглядела настоящей покойницей. Зубы Сергея впились мне в плечо. Вурдалаки-альпинисты - вот они кто, внезапно поняла я, резко тормознула машину и полетела через лобовое стекло. Какая разница как умирать!
Бля… твою ж мать, что так больно, умираю!!
НАЧАЛО ПРИКЛЮЧЕНИЙ ОКСАНЫ НА ЭЛЬБРУСЕ ТУТ
Кто-то резко включил свет и я открыла глаза. Я лежала на полу строительного вогончика, запутавшаяся в спальнике, с расшибленным лицом, локтем и коленкой - вылетев из сна через лобовое стекло, я свалилась со второй полки. Болело всё.
— Господи, что за ужас? Оксана, Ты жива?
— Амина, ты меня до смерти напугала.
— Иди ты на фиг, это ты меня напугала. Я лежу тут, заснуть не могу, баранов уже на вторую тысячу пошла считать. И вдруг в темноте грохот, крик и ты прилетаешь со второй полки на пол! По ходу дела мне еще локтем в глаз досталось.
Вокруг меня в холодном балке в разнообразных рейтузах, леггинсах и прочих трениках, стояли босиком перепуганные 7 девок - практически весь наш дамский состав группы. Кто-то метнулся на улицу за снегом - приложить к моей шишке на лбу.
— ДЕвицы, скажите, а где наш Сергей?
— В соседнем балкЕ спит, в инструкторском.
— А кто меня за шею тогда укусил?
И тут в наш балок ворвался Серега.
— Оксана, ты каких таблеток на ночь накидалась?
— Да ну вас на фиг, я реально видела только что двух вурдалаков и ты был один из них.
— Всё барышни, по койкам. Ложитесь. Я вам расскажу на ночь сказочку про горняшечку - про Эльбрусскую деву и Черного Альпиниста.
— Сергей, только свет не выключай. Здесь и так мрачно, вонюче, холодно, сыро, а еще и страшно будет!
Однажды выше Скал Пастухова я его действительно видел.
Его зовут Чёрный альпинист.
Он всегда появляется не сразу — будто вырастает из белизны. Фигура в тёмной куртке, иногда кажется, что у него нет лица. Он идёт медленно и уверенно, как тот, кто знает дорогу. Он не машет руками. Он никогда не зовёт. Но ты всё равно понимаешь, что он ждёт и идешь к нему - тебе кажется, что это твой напарник по связке.
Чёрный альпинист — это не призрак и не мистика. Это собирательный образ тех, кто остался на горе.
Тех, кто пошёл выше без акклиматизации.
Тех, кто проигнорировал погоду.
Тех, кто сказал себе: «дотяну».
И тех, кто просто не развернулся вовремя.
Если ты видишь Чёрного альпиниста — значит, ты уже плохо соображаешь.
Гипоксия. Истощение. Переохлаждение.
Говорят, Чёрный альпинист много ходит по горам и всегда нуждается в новой амуниции.
Он будто зовёт тебя наверх, а сам уводит с тропы и заводит в трещины.
А потом забирает у погибшего вещи — чтобы ходить по горам дальше.
Все происходит медленно, уверенно, без слов.
— Серега, замолчи! Мы и так все тут не спим, голова у всех раскалывается, Ира все время в туалет бегает, Катю тошнит, у меня галлюцинации, а тут еще ты с этим альпинистом!
Девушки, по койкам! Есть и другая история. Совсем иная по настроению.
Видение называют Эльбрусской Девой. Я её не видел. Но о ней говорят все те, кто вернулся из сложных историй. Люди описывают девушку в светлой одежде. Иногда — в длинном платке. Иногда — просто как светлый силуэт на снегу. Её видят в тумане, в непогоде. Она не идёт рядом. Она не прикасается.
Она возникает неподалеку и будто показывает направление. Если не делать, как она показывает, она начинает говорить с тобой. Но это неприятно, хотя именно этого она и добивается - чтобы ты ушел с горы. Говорят, это дух горы — её хранительница. Она появляется тем, кто заблудился. Тем, кто устал и стоит в шаге от ошибки. Но никогда — тем, кто лезет из гордыни.
Есть важная деталь: Эльбрусская Дева никогда не ведёт вверх.
Она всегда уводит к жизни — вниз, к лагерю, к людям.
И вот что важно понять сегодня.
Эльбрус — это не «техническая простота». Это высота. Это погода.
Это гипоксия. И это честный разговор с самим собой.
Развернулся сегодня — поднимешься завтра.
Проигнорировал сигналы — гора заберёт своё молча.
На Эльбрусе нельзя «чуть-чуть рискнуть». Он высокий и он не прощает мелочей. И если тело говорит «назад» — назад и есть правильное направление.
— Всё барышни, спать. Утром снежные занятия.
Я накатила выданное Сергеем снотворное и вырубилась. Ужасно болела шишка на лбу и локоть.
Утром проснулись под заиндивевшим потолком - дышать было не чем в таком тесном помещении, особенно на верхних полках и мы отключили радиатор. Колотун. Я мучительно долго не могла вылезти из спальника. Натянув ледяные прокатные горные ботинки, поползла еле переставляя ноги в соседний домик на завтрак. Какой на фиг туалет - плюнуть не чем, в горле пересохло. Зубы пусть чистят бобры. Я в таком холоде умываться водой из заледеневшего ковшика не способна.
Серега нас пересчитал:
Я, Амина и Ирина, - нам по плюс-минус 30, относительно вменяемые новички.
Света и Катя из Архангельска - дамы за 40. Ну такие «в теле», приехали в горы впервые - заниматься спортом с целью похудеть. На вчерашнем выходе плелись последними, отстали от всех на час, по приходу в гостинице устроили скандал, что им не дали замыкающего и они чуть не умерли от усталости и одиночества. А какое там сопровождение на водопаде нужно - там дорога для мамаш с колясками, что называется. А они таки заблудились. Климакс, судя по всему у них. Достали.
Вика, почти школьница из Рязани. Вся такая продвинутая - занимается на скалодроме у себя в городе, прочитала все книги про альпинизм, приехала в прошлом году сюда с родителями на отдых, а сейчас они ей на 18 лет деньги подарили - вот она купила себе тур. Ну умничка, хоть и мелкая.
Аспиранты-молодожены Лена с Данилой из Москвы, в свадебном путешествии. Эти только и делают, что целуются. Но ведут себя уверенно - в институте в походах не раз бывали.
Ольга, наша ровесница, с мужем постарше - Романом, Роман, конечно не бедный, прикид весь свой, все куплено «с иголочки» сразу ясно - папика Оля нашла. Остается позавидовать.
Татьяна с сыном 20-ти лет. Таня - она нормальная. А сын полный соплежуй. Она его в горы притащила - хочет, чтобы стал мужиком типа, набрался тут мозгов и ответственности. А ему ничего не надо. Противно смотреть.
Любовь Ивановна и Алексей Петрович, оба за 60 с 14-летним внуком Геной. Ну, пенсион, конечно, бодрый. Но внук на них клал. Сразу понятно - у Гены родители бизнес мутят, купили старикам своим путевку, что бы те тряхнули стариной. Они и взаправду очень бодренькие и скромные, одеты не богато, но правильно: штормовки, ветровки, варежки всякие - все у них еще из «той» жизни. Смешные они - старательные, гиду в рот смотрят. Ну и внука им дети подсунули до кучи, а тот балбес с телефоном. Ему все по фиг, лишь бы связь была.
И еще Володя. Задрот лет 35. Даже меня достал. Вот он тут выпендривается - кидает всякие фирменные словечки типа жумар и булинь по делу и без него. Инструктору советы дает без конца. То уже готов послать его в жопу навсегда, но не может - оплачено-с!
Да, с женихами хрень полная. Папика Олькиного что ли отжать?
Вся компашка сидела сине-зеленая в столовке. Господи, во что и с кем я ввязалась. Меня саму так вштырило впервые: я как будто стакан водки на ночь выпила - приснился бред сивой кобылы, холод, духота, то ли сон, то ли нет, голова чугунная, тошнит от вида этих мерзких вареных яиц, в туалете ледяной ветер, пардон, прямо в жопу снизу из дырки дует, глаза закрываются, ногти по обломались, волосы жирные… короче, как в телеке в этих, как его, «голодные игры» или что там у них на выживание… еще этот инструктор мозг пилит с улыбкой.
И второй приехал. Закир. Завтракать с нами отказался - у него халяль, блин. И при этом он типа главный. Мне еще не хватало этого столкновения культур. Я вообще не понимаю чего этот задохлик местный от меня хочет.
В группе одни бабы, считай. Господи, как мне плохо. Дайте таблетку для легкой смерти, что-ли….
КОЛЛЕГИ-ЧИТАТЕЛИ!
Следующая статья будет про фармацевтику и конечно её заблокирует Дзен, и согласно правилам площадки, сделает медицинский контент доступным только для подписчиков. Пожалуйста, кому интересно какая фарма используется альпинистами успешно и без вреда здоровью во время восхождений - подпишитесь. Иначе вы не сможете её прочитать. От публикации до блокировки обычно пару дней.
а теперь про мою встречу с Эльбрусской Девой.
Дело было в 1988-ом году. Я тогда закрыла в альплагере «Баксан» третий разряд досрочно и нас наградили возможностью восхождения на Эльбрус. Брали не всех. Никаких ратраков и в помине не было, шли со всем своим скарбом от креселки Гарабаши до Приюта 11, там сидели на акклиматизации пару дней (это при том, что в рамках восхождений 3-го разряда мы на 3500 забегали пару раз), готовили сами себе на взятых с собой бензиновых примусах, ну и стартовали пешком на вершину ночью. Группа из 15 человек сильно растянулась. Инструктора были где-то во главе. Это тягомотное переставлен к ботинок в кошках по ступенькам в снегу меня, конечно, сильно достало: я любила техничные скальные маршруты.
Короче, впереди были одни парни и я шла-тошнила последней. Мы же были спортсмены-разрядники. Собственно, это уже переход в самостоятельность - никаких «замыкающих». Мокрого снега было полно, мой напарник шел впереди, метрах в 50 от меня. Перед ним еще сотня человек - из всех окрестных альп.лагерей.
Связанными там по протоптанным толпой пологим ступеням ходить было достаточно бессмысленно. Ну, просто не уходи с «эскалатора» и всё. Часов в 6 утра совсем рядом с косой полкой, на 5 тысячах начало восходить за спиной солнце я сначала увидела свою тень, а потом рядом вторую тень - человека идущего сзади меня. Я обернулась - никого. Я шла последней. Сильно медленно и очень замерзшая. Советские рантованные кожаные прокатные ботинки - слезы по современным понятиям. Я не чувствовала совсем мои помороженные горнолыжным детством в Хибинах ноги.
Посмотрела снова на вторую тень и увидела тень руки, идущую к моим ногам. Посмотрела на ноги - развязался один шнурок. Я наклонилась завязать - кровь резко пилила к голове и я упала на бок в сугроб.
Я лежала под теплым солнцем в мягкой перине облаков и наслаждалась шумом прибоя - в ушах был этот звук. Минуту, пять… Потом тень стала мамой и сказала - вставай, тебе пора. Я открыла глаза и поняла, что лежу в снегу и это состояние похоже на «Земля прощай». Я резко поднялась и изо всех сил заорав наверх своему напарнику: «Миха, я вниз!» - пошла твердо вниз, увидев его отмашку.
Пришла одна на «Приют 11» и подумав о геоморфологии процесса (я же геофизик или где??), решила, что так работает газ, выходящий из фумарол спящего вулкана: тяжелый углекислый и сероводород.
Но как оказалось так работает горняшка - она же Эльбрусская дева.
В нашей с Сергеем Ковалевым книге
"8000 метров над уровнем мозга"
https://www.wildberries.ru/catalog/194930577/detail.aspx?size=316947067
есть правдивый рассказ о том, как погибли от горняшки на Эвересте Сергей и Френсис Арсентьевы, как десяток людей перешагнули через умирающую Френсис.
По этому поводу есть множество липовой информации, но только мне удалось получить фактический материал - протоколы разбора несчастного случая, которые по сей день хранит человек, которого зовут «Совесть советского альпинизма» - Владимир Николаевич Шатаев.
Огромная ему благодарность за возможность прочитать эти исторические документы!
Ну что, решайте!
1) отправляем Оксану дальше наверх или хватит с нее?
2) про фарму статью пишу, а вы подписались? Иначе не прочтете!
3) И расскажите про свои встречи с горняшкой!
Ну, а мы с мужем пока встречаем африканские рассветы в национальном парке Танзании - в Серенгети. Любуемся жирафами, львами, бегемотами, гепардами и слонами.
Рассказать вам о красоте этих мест?
Это отдельная история. Впервые я попала сюда в экспедицию с Николаем Николаевичем Дроздовым 15 лет назад.
Миллион всего есть для рассказов…
но давайте обсудим выше обозначенные три пункта. Жду!