В самом сердце зимы, где снег лежит пушистыми хлопьями на крышах домов, стоял старый-престарый парк. В нём под ветвями векового дерева, жил снеговик - самый первый, между прочим, из всех снеговиков на свете. Он помнил и первые морозы, и первые метели.
Однажды к нему подбежала девочка в пушистой шапке.
— Снеговик! Здорово, что я тебя встретила - сегодня же твой день рождения! Дедушка утром в газете прочитал, что именно сегодня - день рождения всех снеговиков! Поздравляю тебя!
И вдруг Снеговик медленно повернул голову, и глаза-угольки заискрились добрым светом.
— Спасибо, милая. Ты права - сегодня не просто январский день, а день, когда самый первый снежный комок покатился по земле, дав начало всем нам.
— Самый первый? — удивилась девочка. — А кто же тебя сделал?
— Тот, кто умел видеть душу в простом снегу, — тихо ответил снеговик. — Он вдохнул в нас магию и волшебные способности. А потом настали золотые времена - и нас почитали как Духов зимы: приходили люди с добрым сердцем. Они просили у меня и моих собратьев о милосердии - то уменьшить стужу, то послать хороший урожай. Поэтому и дали мне эту метлу — чтобы я мог при необходимости взлететь в небо и передать их просьбы облачным девицам.
Девочка присела на сугроб рядом с ним.
— Облачным девицам?
— Да, тем самым, что прядут пушистые снежинки и правят зимними ветрами. А весной мы, снеговики, не таем просто так. Мы превращаемся в лёгкий пар и поднимаемся к ним, становясь летним дождём, чтобы напоить землю. Так круг и замыкается.
Вдруг с поляны донёсся весёлый ропот. Со всех сторон к старому дереву начали съезжаться, сходиться и слетаться другие снеговики — большие и маленькие.
— Мы пришли поздравить нашего Старейшину! — зашелестели они.
— Вы все умеете разговаривать? — воскликнула девочка.
Маленький снеговичок с шишечками вместо пуговиц ответил:
— Конечно, мы разговариваем! Люди просто редко слушают по-настоящему.
И начался невероятный праздник. Крошечные снеговички, сделанные из горсточек снега, катили ледяной торт. Большие и важные качались на сугробах, как на качелях. А один, с длинным-предлинным шарфом, даже устроил хоровод.
— Что же вы хотите в подарок? — спросила девочка Старейшину.
— Чтобы помнили, — сказал он задумчиво. — Чтобы, лепя нас из снега, не забывали, что в каждом комке живёт волшебство. Что мы — не просто забава. Мы — зимние хранители, стражи тишины и обещание того, что после стужи всегда приходит тепло.
— А ты не грустишь, что весной тебя не станет?
— О, нет! — рассмеялся он, и с его плеч слетели искорки-снежинки. — Я буду ждать в облачной вышине. А когда настанет пора, вернусь. В самой первой метели ты увидишь меня в каждой кружащейся снежинке. И мы снова увидимся.
Когда луна поднялась высоко, снеговики медленно разошлись по своим местам. Девочка собралась уходить.
— Приходи ещё, — прошелестел Старейшина. — И помни наш секрет.
— Какой?
— Тот, кто слепит снеговика с добрым сердцем, получит в награду самую сказочную зиму. И тихое счастье, которое звенит, как морозный воздух.
Девочка кивнула и пошла домой, оборачиваясь на прощание. Ей почудилось, что снеговик под деревом мягко ей подмигнул тёплым уголёчком. А вокруг него в лунном свете кружились и переливались сотни невидимых свечей, зажжённых в честь самого волшебного дня рождения на свете.
© Влада Губанова