1️⃣. 2️⃣1️⃣1️⃣3️⃣1️⃣6️⃣
«Умри, моя любовь»
#обсуждение_фильма
5️⃣6️⃣1️⃣1️⃣6️⃣1️⃣1️⃣1️⃣3️⃣ здесь - мощное «ВЛЕЧЕНИЕ К СМЕРТИ»
Посмотрела этот фильм. Безусловно, его можно анализировать с разных аспектов. Я рассмотрю только один.
Первые кадры — мы видим дом изнутри и слышим голоса снаружи.
Дом пуст, заброшен, разрушен. Это пространство, в котором кто-то когда-то жил. Дом - это всегда метафора внутреннего мира.
Я скорее всего не стану смотреть этот фильм снова, потому что он не оставляет желания погрезить о настоящем, не растит жизнь изнутри. Не оставляет надежды.
Это не история про «переработку» и исцеление. Сюжет — про тотальное разрушение и про невозможность заселить внутреннее пространство теплом, даже когда есть живые люди рядом. Их присутствие не останавливает муку, а лишь подчеркивает ее.
Это фильм о депрессии. О ранней утрате, мучительных поисках и полном отчаянии.
Не буду пересказывать сюжет — вдруг вы захотите увидеть сами. Скажу главное, здесь с грубой точностью показана суть депрессии. Это не просто грусть или одиночество. Это — абсолютная неспособность соединиться с другими, потому что внешнее присутствие людей не наполняет внутренней пустоты.
Фильм четко, но на мой взгляд, слишком прямолинейно, показывает, что суть боли не в отсутствии любви или связей. Проблема — в фундаментальной неспособности психики связи использовать. Говоря языком психоанализа (В. Бион), у героини нарушена функция «альфа-элементов» — способности «переваривать» сырые, болезненные переживания («бета-элементы») в мысли, которым можно придать смысл. Ее психика не справляется с травмой. Люди вовне не помогают, потому что внутри нет «контейнера», чтобы ощущать в себе заботу, любовь или простую повседневность. Есть только жажда, огромная дыра дефицита. Робкие попытки людей связаться - отскакивают от непроницаемой оболочки страдания, усиливая ощущение собственной инаковости - экзистенциальное одиночество.
Рождение ребенка становится трещиной, раскалывающей пару.
Новорожденный — толчок к затоплению старыми травмами. Изнутри просачивается тоска по собственным дефицитам матери, ее детская трагедия — ранняя потеря родителей. Она ищет спасения в муже через телесность, сексуализируя боль. Но он сам еще не созрел для взрослых отношений, где вместо пары — трое: мать, отец, ребенок. Оба оказываются в ловушке: она для него теперь лишь «мать», а он перестал быть для нее «любовником».
Это частая трагедия, которая может привести к смерти любовной пары. Казалось бы, выход только один: смерть. Разрушение пары либо умерщвление влечений, которые становятся бессознательно запретными, как влечение к родителю.
Но возможен ли выход к жизни на самом деле, и если возможен, то какой?
⏬⏬⏬
