Поговаривают, что эта дикая история случилась на самом деле. В нашей-то армии такого, понятно, случиться не могло, а вот у этих самых европейцев чего только не бывает. Странные они.
В общем на дворе стояла зима 1855 года, самый разгар Крымской войны. В стане союзников тогда бардак творился первостатейный. Под Севастополем шевелилось натуральное вавилонское столпотворение и каких только народов там не было. Ладно бы только англичане, шотландцы и ирландцы, горячо любящие друг друга, -- это бы за полбеды. Так в это боевое братство влились французы с итальянцами, негры, арабы, индусы и турки еще, со своими башибузуками. По отдельным ведомствам проходили армия и флот. Со своею местечковой гордостью гарцевала кавалерия, а свысока на всех поглядывала шибко умная артиллерия. Где-то в зимней грязи копошились неприметные сапёры...
Объединяло эту братию одно: тёплые чувства испытываемые к снабженцам. Настолько теплые, что аж припекало. Славные ребята-интенданты умудрились с треском провалить задачу снабжения действующей в Крыму армии. Острее всего чувствовалось отсутствие такого пустяка, как дрова, -- прямо на своей задубевшей шкуре солдаты это прочувствовали.
На ту беду случилась нужда у командира французской эскадры адмирала Брюа обсудить свои планы с главнокомандующим генералом Канробером. Погрузились оне, значит, в шлюпку, погребли. Красиво погребли, с форсом. Медяшка сияет, вымпелы вьются, все дела. Матросы блестящие, отутюженные, надо же сухопутным нос утереть.
Ну, приплыли, значит, высадились. Адмирал пошел по своим адмиральским делам, а матросы остались дожидаться на продуваемом всеми ветрами берегу. Чуть не окочурились там, январь же. Хорошо еще, что из близлежащего лагеря увидели это дело пехотинцы-зуавы и пригласили мужиков в свои шатры погреться. Хоть дров и нет, но зато коньяка хватает. Отказываться, конечно, никто не стал, -- воинское братство же, признательность, скупая мужская слеза.
Развязка наступила, когда с совещания вернулся адмирал Брюа, обнаруживший на берегу полное отсутствие как матросов, так и модного адмиральского вельбота. Оказалось, пока моряки были заняты важным делом, ударная бригада зуавов топорами и ломами превратила шлюпку в сотни дров. По всему лагерю уже плясали веселые костры, а в котелках булькало аппетитное рагу.
Разбор полетов был штукой посильнее Фауста Гёте. Говорят адмирала пришлось отпаивать коньяком уже самому генералу Канроберу.
А мораль у басни такова: бойтесь не только данайцев дары приносящих. От пехоты тоже держитесь подальше, вам же лучше будет.
Автор: Александр Удальцов