Найти в Дзене
Евгений Бушков

Сфинкс, дюна, башенки Хармэн-Цав.

День тянулся медленно, я пробовал расстелить коврик на песке под навесом
и полежать, ловя дуновение ветерка. Перед обедом Валера всё-же не
утерпел и, укутавшись с ног до головы одеждой для защиты от солнца,
отправился на прогулку для изучения местности. Я решил не "пороть
горячку" и дождаться вечера. После обеда, зарядив все аккумуляторы от нашего полевого генератора,
все потихоньку готовились на прогулку и/или вечернюю съемку. Валера
разведал путь до вершины противоположной стороны каньона, так что я
отправился с ним. Пройдя мимо упомянутой ранее гряды "башенок" из песчаника, спустились
в пересохшее русло и прошли немного по нему. Я держал при себе телевик с
фокусным 100-400, изредка разглядывал окружающий рельеф через
видоискатель камеры. Обожаю вот этот кадр саксаула, который снял "с
рук", с нежным фоном: Мы как раз вышли из русла, почти перпендикулярно ему начинался следующий
каньон с известняковыми башнями с одной стороны и с крутым песчаным
склоном - с другой. Внизу

День тянулся медленно, я пробовал расстелить коврик на песке под навесом
и полежать, ловя дуновение ветерка. Перед обедом Валера всё-же не
утерпел и, укутавшись с ног до головы одеждой для защиты от солнца,
отправился на прогулку для изучения местности. Я решил не "пороть
горячку" и дождаться вечера.

Зелень и песок.
Зелень и песок.

После обеда, зарядив все аккумуляторы от нашего полевого генератора,
все потихоньку готовились на прогулку и/или вечернюю съемку. Валера
разведал путь до вершины противоположной стороны каньона, так что я
отправился с ним.

Пройдя мимо упомянутой ранее гряды "башенок" из песчаника, спустились
в пересохшее русло и прошли немного по нему. Я держал при себе телевик с
фокусным 100-400, изредка разглядывал окружающий рельеф через
видоискатель камеры. Обожаю вот этот кадр саксаула, который снял "с
рук", с нежным фоном:

Очарование саксаулом.
Очарование саксаулом.

Мы как раз вышли из русла, почти перпендикулярно ему начинался следующий
каньон с известняковыми башнями с одной стороны и с крутым песчаным
склоном - с другой. Внизу зеленели прямо среди иссохшей поверхности
кустики и даже одинокие деревья неизвестных мне пород. Следов человека,
кроме тех, что оставил Валера на песке ранее, там не было. Мне так
хотелось остаться в том каньоне и поизучать окружение, но все-таки надо
было вначале подняться по склону и лучше узнать локацию сверху. Поэтому
мы начали подъем. Непростым он был из-за песка, в котором вязли ноги,
сползая на каждом шаге вниз. По пути снял такой планетный "диск":

Диск Юпитера.
Диск Юпитера.

Поднявшись наверх, дошли до беседки с сиденьями и столиком, куда можно
было положить свои рюкзаки, и отдышались. До заката еще оставалось
время, так что я разложил штатив, достал 800-мм объектив и принялся
разглядывать пески в низине каньона.

Дюна и тени.
Дюна и тени.

Обожаю среди прочего снимать морской прибой, а также пески дюн. А здесь было что разглядывать через длиннофокусную оптику.

Пески и рябь.
Пески и рябь.

Ниже на склоне как раз находилась та дюна, над которой гонял утром дрон.
Плавные линии и рифленые поверхности песка, то ломаясь, то изгибаясь
под непрерывным воздействием ветров, создавали хаос из теней и светов.
Задача и привилегия фотографа - придать этому хаосу какой-то порядок и
форму.

Изгибы дюны.
Изгибы дюны.

Хотелось вернуться к дюне непосредственно на закате, когда тени станут
более драматичными. А пока решил отправиться к сфинксу, о котором уже
много раз слышал.

Пески и зигзаги.
Пески и зигзаги.

Пройдя по известняковому гребню пару сотен метров на запад, увидел это
образование из песчаника. Сбежал вниз на рыхлую нагретую солнцем
поверхность, сел и стал ждать, когда солнце опустится ниже.

Сфинкс из Хармэн-Цав.
Сфинкс из Хармэн-Цав.

Вот так выглядит сфинкс. Если посмотреть поближе, это просто
бесформенная глыба песчаника, сформированная в следствие эрозии - под
действием ветра и воды. Возможно, когда-то тут было что-то больше
похожее на лицо - этого никто не знает. А сейчас - вот такой элемент
местного ландшафта.

Сфинкс в профиль и пирамидка.
Сфинкс в профиль и пирамидка.

Запустил дрон и начал изучать локацию с разных сторон. На дне каньона
было разбросано множество останцев и башенок, каждая из которых
отбрасывала все более удлиняющуюся тень вдоль красноватых глинистых почв
и песков. Рассматривать это можно бесконечно. Однако надо было помнить и
про конечное время разряда батареи, и про стремительно приближающийся
закат.

Тени.
Тени.

Голова удивительного изваяния "чертила" своей тенью по песку эллиптическую кривую гипотетических гигантских солнечных часов.

Горы и пески.
Горы и пески.

В былые времена, думаю, местные избегали посещать этот каньон, что
сейчас носит название Хармэн-Цав: что можно найти среди пустынных и
безводных просторов Гоби?! Хотя кто знает: может, древний человек, а до
него - динозавры, наблюдали эти загадочные часы и еще не разрушенную
голову сфинкса? Кстати, про наличие динозавров - это научный факт:
палеонтологи, включая российских исследователей, обнаружили во время
экспедиций тут множество окаменевших останков неизвестных ранее родов
рогатых протоцератопсов, как сообщает интернет.

Вид на сфинкса сверху на закате.
Вид на сфинкса сверху на закате.

"Прикончив" батарею, вернул дрон и отправился обратно к беседке. Однако,
меня ждало разочарование: за время полетов у сфинкса другие наши
путешественники успели истоптать дюну, испортив безупречные выточенные
ветром поверхности песка.

Башенка среди песков.
Башенка среди песков.

Ничего не поделать. Воспользовавшись наличием длиннофокусной оптики,
переключился на рассматривание и съемку останцев, башенок и разных
других чудных строений из песчаника, находившихся на другой стороне
каньона.

Каменная гряда на закате.
Каменная гряда на закате.

Как уже говорил ранее, Хармэн-Цав тянется с юго-востока на северо-запад.
Как раз на закате ярко осветились части башенок под углом в 30-40
градусов ко мне. При этом вокруг всё начало погружаться в тень. Это
создало удивительные контрастные сцены. Кстати, на следующий день мы
проезжали на машинах мимо этих "башенок", при другом освещении они ничем
не выделялись на фоне окружающих пейзажей...

Одинокая башня.
Одинокая башня.

Ну а мне оставалось следить за тем, чтоб получалась качественная
картинка на матрице камеры без сдвига. Дул непрекращающийся ветер,
поэтому даже при наличии штатива для стабилизации изображений
приходилось уже повышать чувствительность ISO и сокращать выдержку.

Еще одна башенка.
Еще одна башенка.

Солнце опустилось до самого горизонта, я снова запустил дрон, благо еще оставалась неизрасходованная батарея.

Вид из каньона.
Вид из каньона.

Тот узкий каньон, из которого мы ранее с Валерой поднялись к беседке,
привлек теперь мое внимание. Множество стрижей летало вдоль его
обрывистых склонов.

Карстовые образования и пески.
Карстовые образования и пески.

Направил дрон в самый конец, откуда в сторону заходящего солнца
открывался интересный вид с множеством слоеных испещренных бороздами
карстовых поверхностей и останцев с обеих сторон каньона. Тут и там
высились кучки песка, хотя их размер и объем не дотягивали до таковых у
находившейся ниже меня дюны.

Полет над дюной.
Полет над дюной.

Вернул дрон ближе к беседке. Гоняя его над волнами песка вдоль изгибов дюны, делал снимки интересных участков:

Волны песка и рябь.
Волны песка и рябь.

А так дюна выглядит почти целиком сверху. В верхней части кадра справа можно заметить крошечную беседку.

Песчаный гребень и край каньона.
Песчаный гребень и край каньона.

Ну и вид на значительную часть всего каньона Хармэн-Цав со сфинксом внизу:

Вид сверху над Хармэн-Цав.
Вид сверху над Хармэн-Цав.

Возвращаясь назад в лагерь после заката, я ушел вперед, спустившись к
пересохшему руслу реки. Здесь уже поселились глубокие тени, и тишина
сопровождалась только легким гулом никогда не прерывающегося ветра.
Следы животных на песке добавляли таинственности сцене.

Пересохшее русло речки.
Пересохшее русло речки.