На следующее утро, ещё до того, как первые лучи солнца коснулись земли, Дик уже был на ногах. Он решил воспользоваться возможностью привести себя в порядок, облачившись в одежду из гардероба лорда Фоксгэма, выбирая ту, что подходила ему больше всего. Убедившись, что с Джоанной всё в порядке, он решил выйти на прогулку, чтобы хоть как-то унять своё волнение и нетерпение.
Поначалу он бродил среди солдат, которые в полумраке зимнего утра готовились к предстоящим событиям, осматривая своё оружие при свете факелов. Но постепенно, углубляясь всё дальше и дальше, он покинул пределы лагеря и направился в одиночестве в заснеженный лес, чтобы встретить восход солнца.
В его душе царили спокойствие и умиротворение. Он не испытывал сожалений из-за того, что потерял расположение герцога, ведь теперь его ждала Джоанна, а поддержка лорда Фоксгэма давала ему уверенность в будущем. Прошлое не тяготило его.
Пока он шёл, погружённый в свои думы, утренний свет становился всё ярче, восток окрашивался первыми лучами солнца, а лёгкий ветерок поднимал в воздух искрящиеся снежинки. Дик повернул назад, чтобы вернуться в лагерь, и тут его взгляд случайно упал на фигуру, скрывавшуюся за одним из деревьев.
— Стой! – крикнул он, – Кто там?
Из-за дерева вышел человек и поднял руку. Он был одет как паломник, а его лицо скрывал глубокий капюшон. Однако Дик сразу же узнал сэра Дэниэля.
Он выхватил меч и направился к рыцарю, который, в свою очередь, засунул руку за пазуху, как будто собираясь достать спрятанное оружие. Сэр Дэниэл спокойно ждал его приближения.
— Ну что, Дик, – произнёс сэр Дэниэл, – теперь ты воюешь с побеждёнными.
— У меня поначалу не было злых намерений, – ответил юноша, – Я был тебе верен, пока ты не попытался меня убить. Ты хотел моей смерти.
— Я делал это только для того, чтобы спасти свою жизнь, – возразил рыцарь, – А сейчас, мой мальчик, известия о поражении и присутствие этого горбатого дьявола в моём собственном лесу окончательно сломили меня. Я собираюсь уйти в Холивуд и найти убежище в храме, а затем, собрав всё, что смогу, перебраться за море, чтобы начать новую жизнь в Бургундии или Франции.
— Ты не сможешь пойти в Холивуд, – сказал Дик.
— Почему это? – удивился рыцарь.
— Послушай, сэр Дэниэл, сегодня день моей свадьбы, – ответил Дик, – и лучи восходящего солнца осветят самое счастливое событие в моей жизни. Ты понесёшь наказание, двойное наказание – за смерть моего отца и за свои коварные замыслы против меня. Но и я не без греха. Я повинен в смерти многих людей, и в этот радостный день не хочу брать на себя роль судьи или палача. Даже если бы ты был самим дьяволом, я бы не тронул тебя. Ты можешь идти куда угодно, мне всё равно. Проси прощения у Бога, а я прощаю тебя. Но если ты пойдёшь в Холивуд, то всё будет иначе. Я сражаюсь за дом Йорков и не позволю шпионам проникать в наши ряды. Поэтому, если ты сделаешь хоть шаг в том направлении, я прикажу ближайшему часовому схватить тебя.
— Ты издеваешься надо мной, – сказал сэр Дэниэл, – Только в Холивуде я могу быть в безопасности.
— Меня это не волнует, – ответил Ричард, – Я разрешаю тебе идти на восток, запад или юг, но не на север. Путь в Холивуд для тебя закрыт. Уходи и не пытайся вернуться, потому что, как только ты уйдёшь, я предупрежу все посты вокруг, и за всеми паломниками будет установлен такой пристальный надзор, что даже если бы ты был самим дьяволом, ты бы понял, насколько опасна эта попытка.
— Ты обрекаешь меня на гибель, – мрачно произнёс сэр Дэниэл.
— Я не обрекаю тебя, – возразил Ричард, – Если ты хочешь помериться со мной силами, я готов сразиться с тобой, хотя это, возможно, будет не совсем честно с моей стороны. Я приму твой вызов и буду драться с тобой один на один, не прибегая к чьей-либо помощи. Так я смогу с чистой совестью отомстить за смерть моего отца.
— Да, – ответил сэр Дэниэл, – У тебя огромный меч, а у меня всего лишь кинжал.
— Я надеюсь только на помощь небес, – ответил Дик и отбросил свой меч в снег, – Ну что, если твоя судьба предрешена, выходи, и если всевышнему будет угодно, я скормлю твои кости лисам.
— Я всего лишь испытывал тебя, Дикон, – с кривой усмешкой сказал рыцарь, Я не хочу проливать твою кровь.
— Тогда уходи, пока не поздно, – ответил Шелтон, – Через пять минут я позову стражу. Я был достаточно терпелив. Если бы мы поменялись местами, я бы уже давно был связан по рукам и ногам.
— Что же, Дик, я ухожу, – сказал сэр Дэниэл, – Но, когда мы встретимся в следующий раз, ты пожалеешь о своей жестокости.
С этими словами он повернулся и направился в глубь леса. Дик смотрел ему вслед, испытывая смешанные чувства. Сэр Дэниэл шёл быстро, оглядываясь, словно опасаясь удара в спину.
По одну сторону дороги тянулась чаща, густо заросшая плющом. Внезапно оттуда донёсся звук отпущенной тетивы лука. Стрела с громким свистом пролетела, рассекая воздух мимо Дика, и в ту же секунду, рыцарь Тонсталля взмахнул руками и рухнул лицом в снег. Дик подбежал к нему и поднял. Лицо упавшего было искажено гримасой, тело сотрясали судороги.
— Стрела чёрная? – прохрипел он.
— Чёрная, – торжественно ответил Дик.
Не успел он добавить ни слова, как тело раненого содрогнулось от невыносимой боли, и его душа покинула этот мир.
Молодой человек опустил тело на спину в снег и начал молиться за душу грешника. Когда он закончил молитву, солнце полностью вышло из-за горизонта, малиновки зачирикали в плюще. Дик поднялся и заметил неподалёку ещё одного человека, стоящего на коленях. Не говоря ни слова, Дик подождал, пока тот закончит молиться. Молитва длилась долго.
С опущенной головой и закрытым лицом руками, незнакомец молился, как человек, чья душа была полна смятения и муки. По луку, лежавшему рядом с ним, Дик понял, кто был стрелком, убившим сэра Дэниэля.
Наконец, он встал, и Дик увидел лицо Эллиса Декуорса.
— Ричард, – торжественно произнёс он, – Я слышал тебя. Ты выбрал лучший путь и простил, а я пошёл по худшему, и вот перед нами лежит прах моего врага. Молись за меня.
— Сэр, – сказал Ричард, – Я буду молиться за вас, хотя не знаю, поможет ли моя молитва. Хэтч – умер, бедняга! Если бы я мог тебя убедить, я бы попросил тебя пощадить священника.
Глаза Эллиса Декуорса сверкнули.
— Дьявол ещё силён во мне! – сказал он, – Но успокойся, больше стрел не будет, братство распалось. Что касается меня, то те, кто ещё жив, доживут до спокойной старости. А ты иди своим путём и забудь обо мне.
Приблизительно в девять часов утра лорд Фоксгэм в сопровождении Алисы Райзингэм вёл свою воспитанницу, одетую в соответствии с её положением, в церковь. Внезапно им навстречу вышел Ричард Горбатый, и по его лицу было видно, что его что-то беспокоит. Он остановился.
— Это та самая девушка? – спросил он.
Когда лорд Фоксгэм это подтвердил, он прибавил:
— Поднимите ваше лицо, милая, я хочу на вас посмотреть.
Некоторое время он молча разглядывал девушку.
— Вы красивы, – наконец произнёс он, – И у вас, как говорят, есть приданое. Что, если бы я нашёл вам хорошего мужа, достойного вас?
— Милорд, – ответила Джоанна, – Я хочу выйти замуж за сэра Ричарда.
— Как это? – воскликнул он, – Вы выйдете замуж за того, кого я вам укажу, и он станет милордом, а вы – миледи. А этот сэр Ричард так и умрёт сэром Ричардом.
— Я прошу Бога только об одном, милорд, чтобы умереть женой сэра Ричарда, – возразила Джоанна.
— Посмотрите, милорд, – сказал Глочестер, обращаясь к лорду Фоксгэму, – Этот юноша, когда я предложил ему выбрать награду за оказанную мне услугу, попросил помиловать старого пьяницу. Я его предупреждал, но он остался непреклонен.
— Неужели? – воскликнула Алиса, – Настоящий герой!
— А это кто? – спросил герцог.
— Пленница сэра Ричарда, – ответил лорд Фоксгэм, – миссис Алиса Райзингэм.
— Найдите ей надёжного мужа, – сказал герцог.
— Я думаю о своём родственнике, Гэмлее, – сказал лорд Фоксгэм, – Он предан нашему делу.
— Мне это нравится, – сказал Ричард, – Свадьбу сыграйте как можно скорее. Хотите замуж, прекрасная девушка?
— Милорд герцог, – ответила Алиса, – Если только мой будущий жених будет высоким и…
И она покраснела, запнувшись на полуслове.
— Он высок и статен, мисс, – спокойно ответил Ричард, – Я один такой в отряде. Леди и милорд, – добавил он, – Не сочтите за грубость, но я должен вас покинуть. Во время войны у военачальника нет личного времени.
И с поклоном он ушёл, в сопровождении своих офицеров.
— Всё пропало! – воскликнула Алиса.
— Вы его не знаете, – ответил лорд Фоксгэм, – Он уже забыл ваши слова.
— Значит, он герой, – сказала Алиса.
— Нет, его мысли заняты другим, – заметил лорд Фоксгэм, – Но не будем терять время.
В церкви их уже ждал Дик с друзьями. Там же состоялось его венчание с Джоанной. Когда они вышли на улицу, счастливые, и взволнованные, длинные ряды армии уже двигались по дороге, знамя герцога Глочестерского реяло в воздухе, а за ним ехал храбрый, жестокий, честолюбивый горбун, навстречу своей судьбе – короткому правлению и позору.
Свадебная процессия направилась в другую сторону. Гости собрались за столом. Гэмлей, забыв о ревности, начал ухаживать за Алисой, и она не возражала. А Дик и Джоанна, в окружении звуков труб, лязга оружия и топота коней, держались за руки и смотрели друг другу в глаза, полные любви.
С тех пор грязь и кровь той эпохи обходили их стороной. Они жили вдали от тревог, в зелёном лесу, где однажды зародилась их любовь.
В деревне Тонсталль, в мире и достатке, жил на пенсии старик. Побывав в разных ролях и уголках земли, в конце концов он ушёл в монастырь и умер под именем монаха Гонестуса. Так сбылась мечта Лаулесса.
ФИНАЛ
Вы можете поддержать развитие канала нажав на кнопку "Поддержать", на любую сумму