Навеяно вчерашним снегопадом...
День первый: Иллюзия контроля
Снег начал падать вчера утром — мягко, почти романтично. Первые хлопья растворялись в асфальте, как невысказанные мысли. К полудню земля побелела. К вечеру город накрыло молчаливым одеялом в двадцать сантиметров. В соцсетях — восторженные фото с подписью «Зима!». Дворники прошлись лопатами оставив за собой аккуратные, но бесполезные полосы. Вечером первые осторожные водители, выезжая со дворов, почувствовали непривычную беспомощность колёс. Полноприводные внедорожники снисходительно урчали, оставляя за собой рвы в снегу. Ещё никто не знал, что это — первый день конца привычного мира.
День второй: Хаос обретает форму
Ночь принесла новый снег и мороз. Утром город проснулся в ледяном панцире. Там, где вчера утюжили снег полноприводные «спасатели», теперь лежали жёсткие волны наста. Обычные машины превратились в скульптуры. Дворы — в ловушки. Первая попытка уборки обернулась фарсом: одинокий трактор, пыхтя, сдвинул снег с проезда к подъезду, загородив выход пешеходам.
К полудню экономика микрорайонов начала рушиться. Курьеры отменяли заказы. Машины скорой помощи, мигая синим, ползли как раненые звери. Люди, опоздавшие на работу, вдруг осознали тщетность усилий: даже добравшись до cleared магистралей, они не могли вернуться в свой собственный двор. Появились первые герои-пешеходы, топающие к магазинам в резиновых сапогах поверх офисных брюк. Соцсети сменили тональность: вместо «как красиво» — «где коммунальщики?», «как вытащить машину?», «продаю лопату втридорога».
Наступил вечер второго дня. Снегопад прекратился, но температура упала. То, что не убрали, превратилось в лёд. Мир сузился до радиуса пешей доступности. Цивилизация держалась на «копейках» с цепями на колёсах и случайных добряках с лопатами. Но они были лишь каплей в ледяном море.
День третий: Коллапс систем
Утро третьего дня встретило город не снегом, а ледяным дождём. Это стал финальный аккорд. Теперь даже полный привод скользил как на катке. Дворы превратились в идеальные ледяные чаши, из которых нельзя было выбраться даже физически. Школы закрылись. Магазины опустели — подвоз продуктов прекратился. Мусорные баки, не вывезенные два дня, стояли переполненные, обрастая ледяными сталактитами.
Город распался на изолированные островки-дворы. Внутри них — своя жизнь: люди обменивались тушёнкой и свечами, вместе раскапывали одного соседа-врача, чтобы он мог добраться до больницы. Снаружи — тишина, нарушаемая лишь воем сирен спецмашин, которые могли двигаться только по основным артериям, давно превратившимся в ледяные туннели между сугробами.
Власти обещали «завтра», но этому «завтра» уже никто не верил. Апокалипсис наступил не от ядерного взрыва или зомби-вируса. Он пришёл тихо, в белых хлопьях, и занял всего три дня. Он показал, как хрупка наша повседневность. Как тонкая плёнка асфальта, уборки и расписаний отделяет порядок от хаоса. И как достаточно просто перестать счищать снег — чтобы под ним обнажилась голая, дикая, беспомощная суть мегаполиса.
Мораль этой зимней притчи проста: цивилизация — это не небоскрёбы и Wi-Fi. Это вовремя пришедший трактор с отвалом. И когда он не приходит, мы за три дня возвращаемся в каменный век. Только холодный, очень холодный.