— Ты вообще понимаешь, как это выглядит со стороны? Это же клиника, Ира! Настоящая, запущенная клиника!
Арина стояла посреди тесной кухни, сжимая в руке край столешницы.
На экране открытого ноутбука, который она одолжила у сестры на вечер, чтоб подготовить отчет, застыл кадр из старого видео. Десятилетней давности.
Пышное белое платье, счастливый смех, Олег — еще совсем молодой, без нынешней седины на висках — подхватывает невесту на руки.
Только невеста на видео — не Ира.
Сама же Ира сидела напротив, сутулясь и пряча руки в рукавах растянутой кофты.
— Просто видео, — глухо отозвалась она. — Случайно наткнулась в облаке у Олега. Скачала, чтобы не потерялось.
— Чтобы не потерялось? — Арина почти выкрикнула это. — Там папка на пятьдесят гигабайтов!
Я видела названия, Ира. «Свадьба», «Выписка из роддома», «Отпуск 2016». Зачем тебе выписка его бывшей жены из роддома?
Ты там даже не присутствовала! Ты тогда Олега даже не знала!
— Ну и что? — Ира наконец подняла глаза. — Это часть его жизни. Я должна знать, как он жил до меня...
— Ты саму себя с ума сводишь! — Арина ткнула пальцем в сторону ноутбука. — Ты сохраняешь каждое её фото, ты даже музыку, которую она на страничку свою грузит, себе в плейлист добавляешь.
Зачем?!
— Тебе не понять, — сестра встала и начала нервно смахивать не существующие крошки со стола. — У тебя всё просто. Встретилась, влюбилась, вышла замуж.
А я живу в тени. Понимаешь? В тени той, другой женщины.
Арина смотрела на сестру и не узнавала её. Два года назад, когда Ира выходила за Олега, она светилась от счастья в буквальном смысле.
Она гордилась тем, что её муж — «настоящий мужчина», который не бросил дочь от первого брака, оставил бывшей жене квартиру и машину, платит алименты и каждые выходные забирает ребенка.
— Он такой ответственный, Ариш! Представляешь, как он будет любить наших детей? — говорила она тогда.
Теперь от той Иры не осталось ничего.
— Олег знает? — спросила Арина тише.
— О чем? О том, что я знаю, какой кофе она пила сегодня в девять утра? Нет. Зачем ему это? У них и так всё прекрасно. Созваниваются по три раза в день.
«Ой, Леночка, а Ульяна сегодня кашу не поела». «Ой, Олег, а купи ей те розовые кроссовки, которые мы видели».
Мы! Понимаешь? Они до сих пор «мы», когда дело касается ребенка.
А я кто? Я — та, кто готовит ему ужин, пока он обсуждает с Леночкой цвет школьного рюкзака!
— Это нормально, Ир. У них же общая дочь.
— Нормально? — Ира резко обернулась. — А нормально, что она шлет ему фотографии своего нового младенца? От другого мужа!
«Смотри, Олег, как он похож на Ульяну в этом возрасте».
И Олег улыбается. Он сидит рядом со мной на диване, смотрит в телефон и улыбается чужому ребенку!
Арина вздохнула и подошла к сестре, попыталась взять её за плечи, но Ира дернулась.
— Послушай… Ты сама себя загоняешь в яму. Эта Лена живет своей жизнью, у неё новый муж, ребенок, свои заботы.
Она не пытается отобрать у тебя Олега. Она просто по старой памяти делится с некогда близким человеком своей радостью…
— У неё всё получилось с первого раза! — зарыдала сестра. — Красивая свадьба у нее, а у меня была просто роспись.
У них был общий дом — мы живем в моей однушке, потому что он всё оставил ей.
Ребенок... здоровый, живой ребенок. А у меня что?
Ира вдруг осеклась и скривилась. А потом прикрыла рот ладонью и быстро вышла из кухни.
Арина услышала, как захлопнулась дверь в ванную и зашумела вода.
Через десять минут сестра вернулась.
— За последние полтора года у меня было три выкидыша, — сказала она шепотом.
Арина застыла. Об этом в семье не знал никто. Ира всегда была скрытной, но чтобы настолько...
— Врачи говорят — генетика, совместимость, стресс... — Ира криво усмехнулась. — Сто тысяч причин и ни одного решения.
А Лена... Лена рожает как по расписанию. Легко. Красиво. И Олег это видит. Он знает, что она «полноценная». А я — бракованная.
— Ира, господи... Почему ты молчала? Почему не сказала мне? Маме?
— Чтобы вы на меня так же смотрели? Как сейчас? С жалостью? — Ира качнула головой. — Нет, спасибо. Мне хватает того, как Олег на меня смотрит.
Когда он возвращается от дочки, от него пахнет тем домом. Там уютно, там детский смех, там жизнь бьет ключом.
А сюда он приходит только потому, что надо. Я вижу, как он тухнет рядом со мной...
— И поэтому ты решила стать её цифровым двойником? — Арина придвинула стул ближе. — Ты думаешь, если ты скачаешь все её фото и узнаешь все её секреты, ты станешь ею?
— Я не знаю, зачем я это делаю, — честно ответила Ира. — Сначала просто было любопытно. Потом это стало... как ритуал.
Утром проверить её сторис, днем посмотреть, не добавила ли она новые посты, вечером зайти в её плейлист.
Если у неё плохое настроение — мне легче. Если она выкладывает фото с мужем и они там счастливо улыбаются — я полдня плачу.
Это как зависимость. Я купила платное приложение, оно показывает даже тех, кто заходил к ней на страницу. И знаешь что? Олег заходит. Почти каждый день.
— Ира, он заходит посмотреть фото дочери! — Арина пыталась воззвать к логике.
— Или её фото. В купальнике из отпуска. Ты видела её фигуру после вторых родов? Она выглядит лучше, чем я в двадцать лет.
Разговор прервал звук открывающейся входной двери. В прихожей послышался бодрый голос Олега, шелест пакетов и топот детских ног.
— Мы пришли! — крикнул Олег. — Иришка, смотри, кого я привел! Лена попросила забрать Ульяну пораньше, у них там плановый осмотр с маленьким в поликлинике.
Арина увидела, как Ира мгновенно преобразилась. Она натянула на лицо дежурную улыбку, поправила волосы и вышла в коридор.
— Привет, Ульяша, — голос Иры звучал ласково. — Голодная?
— Привет! — девочка, точная копия матери, влетела на кухню. — Папа купил мне набор с пони! А мама сказала, что завтра мы поедем в зоопарк. Арина, привет!
Олег зашел следом. В руках — огромный пакет из магазина игрушек и еще один с продуктами.
— Арина, какими судьбами? — он улыбнулся свояченице. — Оставайся ужинать. Я взял стейки, сейчас организуем все быстренько.
— Нет, Олег, спасибо, я уже ухожу, — Арина покосилась на Иру. Та стояла у плиты, глядя в спину Ульяне, которая увлеченно рассказывала про «нового братика».
— Он такой крошечный, — щебетала девочка. — У него пальчики как виноградинки. Мама дает мне его подержать, когда он не плачет.
Папа, а когда мы пойдем к нему в гости? Ты же обещал!
Олег замялся, бросив быстрый взгляд на Иру.
— Посмотрим, зайка. Позже. Давай, мой руки и за стол.
Арина уходила с тяжелым сердцем — столько новостей на нее свалилось за несколько часов.
***
Арина пыталась звонить сестре, звать её на прогулки, в кино, просто поболтать, но Ира находила сотни отговорок. Она твердила:
— Плохо себя чувствую.
— Много дел по дому.
— Олег попросил помочь с документами.
В субботу Арина собиралась в магазин, когда ей позвонил Олег.
— Арина, ты дома? Я сейчас приеду. Ира у тебя?
— Нет, Олег. Что случилось?
— Я сейчас буду.
Через двадцать минут Олег ввалился в её квартиру. Он был без куртки, в одной рубашке, несмотря на холод. В руках он сжимал распечатанные листы бумаги.
— Посмотри, — он швырнул их на стол. — Посмотри, что твоя сестра устроила.
Арина взяла листы. Это были скриншоты сообщений — с фейкового аккаунта кто-то писал Лене.
Сначала это были просто странные вопросы о воспитании Ульяны. Потом пошли советы по поводу здоровья младенца. А потом — откровенные гадости.
— Твой муж тебе изменяет.
— Ты думаешь, ты особенная, потому что родила?
— Олег тебя ненавидит, он жалеет о каждом дне, проведенном с тобой.
Арина обалдела.
— Лена в истерике, — Олег мерил комнату шагами. — У неё пропало молоко. Её муж хотел заявить в полицию, думали — какой-то маньяк.
А сегодня я залез в её компьютер, а там этот аккаунт. И тысячи... тысячи фотографий Лены.
Скриншоты нашей переписки, которые она делала, пока я спал.
Арина, она залезла в мой личный архив! Она нашла видео, которые я сам давно удалил!
— Олег, она больна, — тихо сказала Арина. — Ей нужна помощь. У неё было три выкидыша, она в отчаянии...
— Выкидыши? — Олег остановился и посмотрел на неё с недоумением. — Какие выкидыши?
Арина замолчала, понимая, что сболтнула лишнее.
— Она мне ничего не говорила, — Олег сел на стул, обхватив голову руками. — Она говорила, что пока не хочет детей, что надо пожить для себя.
Я предлагал обследоваться, вместе сходить к врачу — она в крик. Говорила, что я считаю её больной.
— Она боялась тебя потерять, Олег. Она видела, как ты привязан к той семье.
— Боялась потерять? И поэтому решила разрушить жизнь моей бывшей жене? — Олег поднял голову. Глаза его были красными. — Ты понимаешь, что она сделала?
Она писала Ульяне. В соцсетях. С другого аккаунта. Рассказывала девочке, что мама её скоро бросит, потому что у неё теперь есть «новый, настоящий» сын.
Ребенок вторую ночь не спит, плачет, боится от Лены отойти!
— Где она сейчас? — спросила Арина.
Олег выдохнул:
— Да я выставил её, сказал, чтобы сходила проветриться. Она кричала, что это я виноват, что я её довел.
Что если бы я перестал общаться с Леной, она бы была нормальной.
— И куда она пошла?
— Не знаю. К матери, наверное. Или в гостиницу. Мне всё равно, Арин. Я не могу быть с человеком, который способен на такую низость. Все, я развожусь!
Выпроводив зятя, Арина поехала к матери, но Иры там не было.
Мать билась в истерике, потому что она только что получила от дочки странное сообщение:
— Теперь у неё тоже не всё будет гладко. Я уравняла шансы.
Арина нашла сестру в парке — Ира сидела на голой земле под старым дубом с телефоном в руках и счастливо улыбалась.
— Теперь... теперь у него тоже ничего нет. Он не сможет там бывать, Арина! Лена его ни к ребенку, ни к себе не подпустит после всего этого.
Муж Лены запретил ему приближаться к их дому. Я сделала то, что должно было случиться давно — я отрезала их друг от друга.
— Ты ребенка напугала, Ира! Она чем виновата? Она же тебя любила!
Ира запрокинула голову и захохотала. Слезы ручьями текли по ее щекам, а она все смеялась… Арина отошла на пару шагов и вызвала скорую помощь.
***
Олег с женой развелся — жить с душевнобольной женщиной он не хотел. Лена от греха подальше удалила свои аккаунты в социальных сетях.
Ирина проходит лечение, до нее совсем недавно стал доходить весь ужас произошедшего.
Арина все же надеется, что терапия ее сестре поможет стать снова нормальным человеком.