– Ну ты же не откажешь? Это всего на пару часиков, мне нужно срочно отъехать по делам, а мама на даче, – звонкий голос Ольги, казалось, заполнял собой все пространство прихожей, вытесняя воздух. – Витька, Анюта, разувайтесь! Тетя Лена вам сейчас мультики включит.
Елена стояла в дверях, сжимая в руках чашку с уже остывшим кофе, и молча наблюдала, как в ее уютную, пахнущую ванилью и спокойствием квартиру врывается ураган. «Пара часиков» в исполнении золовки – понятие растяжимое, как резина на старых колесах. Это могло означать и три часа, и пять, и даже полноценный рабочий день до самого вечера.
– Оль, мы вообще-то планировали... – начала было Елена, пытаясь вклиниться в поток слов родственницы, но та уже поправляла макияж, глядя в зеркало шкафа-купе.
– Ой, Ленусь, да какие планы в субботу утром? Выспитесь потом. Все, я побежала, у меня запись к косметологу горит, а потом еще встреча с риелтором, сама понимаешь, кручусь как белка в колесе. Сережке привет!
Дверь захлопнулась раньше, чем Елена успела набрать в грудь воздуха для весомого аргумента. В коридоре остались стоять семилетний Витя и пятилетняя Анюта. Дети смотрели на тетку выжидающе, словно маленькие птенцы, требующие червячка, только вместо еды им нужны были развлечения, гаджеты и неограниченный доступ к холодильнику.
– А я есть хочу! – тут же заявил Витя, бросая куртку прямо на пол, хотя вешалка была ровно в десяти сантиметрах от его руки.
– И я! Тетя Лена, а у вас есть те вкусные сырки? В шоколаде? – подхватила Анюта, уже просачиваясь в кухню, не помыв руки.
Елена тяжело вздохнула. Это была четвертая суббота подряд. Сценарий не менялся, менялись только оправдания Ольги: то маникюр, то срочное совещание (в субботу у администратора салона красоты, как же), то поиск какой-то мифической справки в МФЦ. Результат был один: Елена и ее муж Сергей превращались в бесплатных аниматоров и поваров для племянников.
Сергей, услышав шум, выглянул из спальни. Вид у него был помятый и виноватый. Он прекрасно знал, как жену раздражают эти внезапные визиты, но сказать сестре твердое «нет» не мог. Воспитание не позволяло, или, скорее, привычка быть для всех хорошим.
– Опять? – одними губами спросил он.
Елена молча кивнула и пошла на кухню, где Анюта уже открывала холодильник, изучая содержимое с видом строгого ревизора.
– Сережа, займи детей, мне нужно закончить отчет, – бросила Елена мужу, проходя к своему рабочему столу в гостиной. Она работала бухгалтером на аутсорсе, и выходные часто были единственным временем, когда можно было спокойно свести дебет с кредитом без звонков клиентов. Но о каком спокойствии могла идти речь?
Через полчаса из детской, где Сергей пытался увлечь племянников настольной игрой, донеслись вопли. Витя не хотел проигрывать, а Анюта требовала включить планшет. Еще через десять минут на кухне что-то с грохотом упало. Елена зажмурилась, досчитала до десяти и пошла проверять. На полу валялись осколки ее любимой кружки – той самой, привезенной из Праги, а лужа какао медленно растекалась по светлому ламинату.
– Это не я, оно само! – привычно заголосил Витя, пятясь к выходу.
Елена молча взяла тряпку. Ругаться было бесполезно. Дети были не злыми, они были просто... невоспитанными. Ольга придерживалась модной теории «свободного воспитания», которая в ее интерпретации означала полное отсутствие запретов и границ.
– Лена, оставь, я сам уберу, – подскочил Сергей, видя, как у жены дергается глаз.
– Убери, – сухо согласилась она. – И скажи мне, дорогой, доколе это будет продолжаться?
– Ну она же одна их тянет, Лен. Бывший алименты платит копейки, ей надо личную жизнь устраивать, отдыхать иногда...
– А нам отдыхать не надо? – Елена выпрямилась, глядя мужу в глаза. – Мы с тобой всю неделю пашем. Я хочу в субботу лежать в ванной, пить кофе и смотреть сериал. А вместо этого я варю кастрюлю супа, потому что твои племянники не едят «вчерашнее», и прячу косметику, потому что Анюта в прошлый раз извела мой тональный крем за три тысячи рублей, раскрашивая куклу.
Сергей виновато опустил глаза. Возразить ему было нечего. Финансовый вопрос тоже стоял остро, хоть они его и не обсуждали вслух. Каждые такие выходные пробивали брешь в семейном бюджете. Ольга никогда не привозила с собой еду, даже перекус детям. «У вас же все равно полный холодильник», – говорила она. И дети сметали все: йогурты, дорогую нарезку, фрукты, сладости. За день уходила недельная норма продуктов на двоих взрослых.
День тянулся мучительно долго. Елена пыталась работать, но сосредоточиться под звуки мультфильмов, включенных на полную громкость, было невозможно. Витя прыгал на диване, поднимая столбы пыли, Анюта ныла, что ей скучно. К вечеру голова Елены раскалывалась так, будто по ней стучали молотком.
Ольга явилась в семь вечера. Свежая, отдохнувшая, с новым маникюром и ароматом дорогих духов.
– Ой, мои хорошие! Соскучились по мамочке? – она расцеловала детей, которые даже не особо обратили на нее внимание, увлеченные поеданием пиццы (Елена сдалась и заказала доставку, сил готовить ужин не было). – Лен, Сереж, спасибо вам огромное! Вы меня просто спасли. Ну, мы побежали, а то завтра в школу рано вставать.
Она подхватила детей, словно пакеты с покупками, и выпорхнула из квартиры, даже не спросив, как прошел день и не натворили ли дети чего-нибудь.
Когда за ними закрылась дверь, в квартире повисла звенящая тишина. Елена опустилась на диван, глядя на пятно от соуса на обивке.
– В следующие выходные мы уезжаем, – сказала она в пустоту.
– Куда? – удивился Сергей.
– Неважно. Хоть в парк, хоть в отель, хоть к черту на куличики. Но дома нас не будет.
Однако план побега не сработал. В пятницу вечером у Сергея поднялась температура – обычное сезонное ОРВИ, но ехать куда-то в таком состоянии было нельзя. Елена лечила мужа чаем с малиной и надеялась, что Ольга проявит сознательность и не привезет детей в дом, где есть больной.
Надежда умерла в десять утра субботы вместе с трелью дверного звонка.
– Ой, а вы дома? Я думала, гуляете, трубку не берете, – Ольга стояла на пороге, сияя улыбкой. Дети уже протискивались мимо нее в квартиру.
– Оля, Сергей болеет. У него температура, – Елена преградила путь золовке, не давая пройти дальше коврика. – Мы никого не принимаем.
– Да ладно тебе, Лен! Дети у меня закаленные, иммунитет крепкий, не заразятся. А Сережке привет передавай, пусть выздоравливает. Мне правда очень надо, у меня встреча...
– Нет, – твердо сказала Елена.
– Что значит «нет»? – улыбка Ольги начала сползать, обнажая раздражение. – Лен, не начинай. Мне их деть некуда. Няня заболела, мама на даче...
– Это твои дети, Оля. Не мои. И сегодня они здесь не останутся.
– Сережа! – крикнула Ольга через плечо Елены. – Сереж, скажи своей жене, что она с ума сошла! Родную племянницу на порог не пускает!
Из спальни вышел бледный Сергей, кутаясь в халат. Вид у него был измученный.
– Оль, правда, я никакой. И Лене тяжело. Давай в другой раз.
Ольга посмотрела на брата, потом на Елену. В ее глазах читалась не обида, а холодный расчет. Она поняла, что давить на жалость сегодня бесполезно, и перешла к тактике обвинения.
– Ну спасибо, родственнички. Удружили. Вот так всегда: как вам что-то надо – Оля помоги, а как мне раз в год отлучиться – так сразу «мы болеем». Пошли, дети. Мы здесь не нужны.
Она дернула Витю за рукав так, что тот чуть не упал, и, громко хлопнув дверью, ушла.
– Ты думаешь, она поймет? – спросил Сергей, опускаясь на пуфик в прихожей.
– Нет, – покачала головой Елена. – Она не поймет. Она решит, что это мы плохие. Но мне, честно говоря, все равно.
Всю следующую неделю телефон молчал. Ольга не звонила, не писала, и Елена наслаждалась тишиной. Она успела переделать всю работу, отмыть квартиру и даже испечь пирог, который они с Сергеем съели вдвоем, не делясь ни с кем. Но внутреннее напряжение не отпускало. Елена понимала: это затишье перед бурей. Ольга не из тех, кто просто так сдается. Она привыкла использовать ресурсы окружающих, и потеря такого удобного и бесплатного «детского сада» в ее планы не входила.
И Елена оказалась права. В четверг вечером раздался звонок. Звонила свекровь, Тамара Петровна.
– Леночка, здравствуй, – голос свекрови был елейным, что не предвещало ничего хорошего. – Как Сереженька? Поправился? Вот и славно. Тут такое дело... Оленьке в субботу нужно на тренинг по личностному росту, это очень важно для ее карьеры. Я бы сама посидела с внуками, но у меня давление скачет, сама понимаешь. Вы уж выручите сестру, по-семейному.
«Тяжелая артиллерия пошла», – подумала Елена. Свекровь она уважала и старалась не ссориться, но манипуляции со здоровьем были любимым коньком Тамары Петровны.
– Тамара Петровна, мы тоже устаем, – мягко начала Елена. – У нас свои дела на выходные.
– Леночка, ну какие могут быть дела важнее семьи? Дети же к вам тянутся, они вас любят. Не будь эгоисткой. Один день всего.
Елена посмотрела на мужа, который сидел рядом и все слышал. Он обреченно махнул рукой, мол, делай что хочешь, спорить с мамой – себе дороже.
И тогда в голове Елены созрел план. Холодный, расчетливый, бухгалтерский план. Если нельзя объяснить словами, придется объяснять цифрами.
– Хорошо, Тамара Петровна, – сказала Елена спокойным голосом. – Пусть привозит. К десяти утра.
Суббота началась привычно: звонок, дети, исчезающая в тумане Ольга. Но на этот раз Елена была готова. Как только дверь закрылась, она достала блокнот и начала вести хронометраж.
– Тетя Лена, я хочу йогурт! – потребовала Анюта.
Елена достала йогурт, записала марку и цену в блокнот.
– Тетя Лена, включи фильм на платной подписке! – заныл Витя.
Елена включила, проверила стоимость покупки фильма, занесла в графу расходов.
В обед дети отказались от супа и потребовали наггетсы. Елена не стала спорить. Она заказала доставку из хорошего ресторана, включив туда и детское меню, и десерты, и соки. Чек аккуратно прикрепила скрепкой к странице блокнота.
Потом Витя, играя в мяч (который он принес с собой, несмотря на запреты), сбил настольную лампу. Лампа выжила, но абажур треснул. Елена нашла в интернете стоимость такой же лампы и внесла ее в список под графой «Ущерб имуществу».
Затем она села за компьютер и составила простую таблицу. В ней были не только прямые расходы на еду и развлечения. Елена, как профессионал, добавила туда графу «Услуги няни». Она взяла среднюю рыночную ставку по городу – 400 рублей в час за одного ребенка. Учитывая, что детей было двое, ставка удваивалась. Плюс надбавка за выходной день – стандартная практика в трудовом законодательстве.
Сергей ходил вокруг жены кругами, заглядывая в монитор.
– Лен, ты серьезно? Ты же не собираешься это ей отдавать? – он нервно смеялся.
– Собираюсь, Сережа. Абсолютно серьезно.
– Она же скандал закатит. Маме расскажет.
– Пусть рассказывает. Мы не благотворительный фонд, Сережа. И не рабы. Любой труд должен быть оплачен. Если она считает, что мы обязаны сидеть с ее детьми, то пусть компенсирует хотя бы расходы.
К семи вечера документ был готов. Он выглядел внушительно: «Акт выполненных работ и понесенных расходов». Внизу стояла итоговая сумма. За девять часов пребывания двоих детей, с учетом питания, покупки фильма, разбитого (пусть и не до конца) абажура и услуг по присмотру, набежало почти семь с половиной тысяч рублей.
Когда раздался звонок в дверь, Елена глубоко вздохнула, взяла лист бумаги и пошла открывать.
Ольга была в отличном настроении.
– Привет-привет! Ну как вы тут? Не разнесли квартиру? – она весело рассмеялась своей шутке.
– Почти нет, – спокойно ответила Елена. – Дети одеты, ждут в коридоре. Оля, у меня к тебе дело.
Она протянула золовке распечатанный лист.
– Что это? – Ольга взяла бумагу, брезгливо держа ее двумя пальцами, словно это была грязная салфетка.
– Это счет, – пояснила Елена. – За сегодняшние услуги бебиситтера, питание твоих детей и мелкий ремонт лампы, которую Витя повредил.
Глаза Ольги округлились. Она пробежала взглядом по строчкам, и ее лицо начало медленно наливаться красным цветом, идеально гармонируя с оттенком ее новой помады.
– Ты... ты шутишь? – голос Ольги дрогнул. – Питание? Услуги няни? Лена, ты совсем ополоумела? Мы же родственники!
– Вот именно, Оля. Родственники должны уважать друг друга. Мы с Сергеем тратим свои выходные, свои нервы и свои деньги. Ты не оставляешь на детей ни копейки. Ты считаешь нормальным, что мы кормим их деликатесами, пока ты развлекаешься?
– Я не развлекаюсь, я...
– Тренинг личностного роста, я помню. Это прекрасно. Но услуги профессиональной няни стоят денег. Мы готовы сидеть с племянниками, мы их любим. Но на коммерческой основе. Либо ты компенсируешь наши затраты и время, либо нанимаешь человека со стороны. Это честно.
Ольга скомкала лист и швырнула его на пол.
– Да подавись ты своими деньгами! Мелочная, расчетливая... стерва! Сережа! Ты это видел? Твоя жена с меня деньги трясет за то, что я родных племянников привезла!
Сергей вышел из кухни. На этот раз он не прятал глаза. Видимо, вид жены, спокойно отстаивающей их границы, придал ему смелости.
– Оль, Лена права, – тихо, но твердо сказал он. – Мы не против помочь, когда это действительно нужно. Но это превратилось в систему. Ты сбрасываешь на нас детей и живешь в свое удовольствие. Нам это накладно. И по деньгам, и по времени.
Ольга задохнулась от возмущения. Предательство брата стало последней каплей.
– Ах так? Ну и ладно! Ноги моей здесь больше не будет! И детей вы не увидите! Я маме все расскажу, какая ты, Лена, жадная! С родни деньги требовать... Позор!
Она схватила детей, которые испуганно притихли, глядя на кричащую мать, и выскочила в подъезд.
– Счет я тебе в мессенджер продублирую! – крикнула ей вслед Елена. – Номер карты ты знаешь!
Дверь захлопнулась.
Вечер прошел в напряженном ожидании. Через час позвонила свекровь. Сергей долго слушал, кивал, потом передал трубку Елене.
– Лена, я не ожидала... – начала Тамара Петровна трагическим шепотом. – Как можно быть такой меркантильной? Это же дети!
– Тамара Петровна, – перебила Елена. – Вы когда в магазин приходите, вам продукты бесплатно дают? Или может быть, сантехник вам краны бесплатно чинит, потому что он «свой человек»? Оля экономит на няне за наш счет. Я посчитала: за последний месяц мы потратили на ее детей около двадцати тысяч рублей. Это продукты, развлечения, испорченные вещи. У нас нет лишних денег. Если вы считаете, что это неправильно – вы можете сами оплачивать эти расходы. Я буду присылать чеки вам.
На том конце провода повисла тишина. Тамара Петровна умела считать деньги не хуже Елены. Перспектива оплачивать «банкет» из своей пенсии ей явно не улыбалась.
– Ну... ты, конечно, перегибаешь, Леночка, – уже менее уверенно сказала свекровь. – Но с Ольгой я поговорю. Нельзя же так на шею садиться.
Елена положила трубку и посмотрела на мужа. Сергей улыбался. Впервые за долгое время он выглядел расслабленным.
– Думаешь, она переведет деньги? – спросил он.
– Нет, конечно, – усмехнулась Елена. – Я и не рассчитывала. Но, по крайней мере, в следующую субботу мы точно выспимся.
Ольга деньги не перевела. И в следующие выходные не приехала. И через неделю тоже. Она демонстративно обиделась, заблокировала Елену в соцсетях и везде рассказывала, какая у нее ужасная невестка. Но Елену это мало волновало.
Впервые за полгода они с Сергеем проснулись в субботу в одиннадцать утра. В квартире было тихо. Солнце светило сквозь шторы, пахло кофе, и никто не требовал включить мультики.
Через месяц страсти улеглись. Ольга, поняв, что бесплатная лавочка закрылась окончательно, нашла-таки деньги на приходящую няню (видимо, тренинги помогли). Общение с братом и его женой она свела к минимуму, ограничиваясь сухими поздравлениями по праздникам.
Однажды, встретившись на дне рождения свекрови, Ольга подошла к Елене.
– Знаешь, – сказала она, глядя куда-то в сторону. – Я тут посчитала, сколько няня стоит... Дорого, конечно.
– Качественные услуги всегда стоят дорого, – улыбнулась Елена, накладывая себе салат. – Зато все честно и без обид.
Ольга хмыкнула, но промолчала. Отношения не стали теплыми, но они стали прозрачными. И это было куда ценнее, чем фальшивая семейная идиллия за чужой счет. Елена знала: границы – это как забор на даче. Если их нет, соседи обязательно начнут сажать картошку на твоем газоне. А хороший забор, как ни странно, делает соседей гораздо более вежливыми.
Теперь, когда у Елены звонил телефон в пятницу вечером, она больше не вздрагивала. Она знала, что может просто не брать трубку. Или сказать «нет». И это «нет» будет стоить ровно столько, сколько стоит ее спокойствие – то есть, бесценно.
Буду рада, если вы оцените этот рассказ и поделитесь своим мнением в комментариях. Не забудьте подписаться, чтобы не пропустить новые истории из жизни.