Я села в кресло возле окна и стала смотреть на дождь. Капли бились о стекло, сливались в тонкие струйки и стекали вниз, оставляя мутные следы. За окном была серая октябрьская Москва, промокшие деревья во дворе, редкие прохожие под зонтами. А у меня в руках была маленькая коробочка с лекарством, за которое я отдала почти половину пенсии.
Восемь тысяч рублей. Цифра застряла в голове, как заноза под кожей. Восемь тысяч за месячный курс каких-то таблеток, название которых я даже выговорить толком не могла. Врач выписал их небрежно, черкнув рецепт на бланке, даже не взглянув на меня. Наверное, для него это была обычная процедура, очередная пациентка с повышенным давлением. А для меня эти восемь тысяч означали, что половину месяца придётся считать каждую копейку.
Я никогда не думала, что в шестьдесят три года буду так тщательно планировать свой скромный бюджет. Раньше, когда муж ещё работал, мы жили неплохо. Не богато, но и нужды особой не знали. Могли себе позволить и в театр сходить, и внукам что-то купить, и на продуктах не экономить. Теперь всё изменилось. Пенсия мужа маленькая, моя ещё меньше. Коммунальные платежи растут каждый год, продукты дорожают, а тут ещё эти лекарства.
Дочь, конечно, помогает. Присылает деньги время от времени, но я вижу, как ей самой непросто. У неё двое детей, ипотека, муж после сокращения полгода работу искал. Она старается не показывать, но я же мать, я чувствую. Когда звоню ей, слышу усталость в голосе, натянутую бодрость. Не хочу быть обузой. Не хочу, чтобы она переживала из-за моих болячек.
Поэтому когда врач выписал это лекарство, я просто кивнула и вышла из кабинета. В коридоре поликлиники было душно и многолюдно. Пахло хлоркой и чем-то кислым. Люди сидели на скамейках вдоль стен, кто-то листал телефон, кто-то просто смотрел в одну точку с тем особым выражением усталости, которое бывает у тех, кто провёл в очередях полдня.
Я спустилась в аптеку на первом этаже. Фармацевт, молодая девушка с ярким маникюром, пробила рецепт и назвала цену. Восемь тысяч двести рублей. Я на секунду замерла, переспросила. Она повторила, уже с лёгким раздражением. Я достала карту, расплатилась, взяла пакетик с лекарством и вышла на улицу.
Шёл дождь. Я не взяла зонт, но это было неважно. Я шла медленно, прижимая к груди сумку с покупкой, и думала о том, как теперь распределить оставшиеся деньги до конца месяца. Хлеб, молоко, крупы. Можно взять курицу вместо говядины, она дешевле. Овощи на рынке подешевле, чем в магазине. Проездной уже оплачен, это хорошо. Но вот коммуналку нужно будет отдать через неделю, там ещё три тысячи. Значит, останется совсем мало.
Дома я сняла мокрое пальто, переоделась в домашний халат и снова села у окна. Муж дремал в соседней комнате перед телевизором. Он в последнее время часто спал днём, говорил, что сил нет. У него тоже давление скачет, сердце побаливает. Ему тоже нужны лекарства, но он отмахивался, говорил, что обойдётся. Я знала, что он просто не хочет тратить деньги.
Коробочка с таблетками лежала на столе. Я взяла инструкцию, развернула длинный лист с мелким шрифтом. Состав, показания, противопоказания, побочные эффекты. Всё это мало что мне говорило. Главное действующее вещество было написано каким-то сложным латинским словом. Я попыталась запомнить его, но оно вылетело из головы через секунду.
На следующий день я встретила во дворе соседку, Галину Петровну. Мы живём в одном подъезде уже двадцать лет, часто перекидываемся парой слов возле почтовых ящиков или на лавочке у подъезда. Она на несколько лет старше меня, но всегда была бодрой и деятельной. Занималась с внуками, ходила в бассейн, в театр. Недавно я заметила, что она стала ходить медленнее, придерживаться за перила.
– Здравствуй, Валечка, – она остановилась возле меня с тяжёлой сумкой в руке. – Что-то ты бледная какая. Неважно себя чувствуешь?
– Да так, Галя, давление скачет. Врач лекарство прописал.
– А какое? – она поставила сумку на землю, чтобы передохнуть.
Я назвала. Галина Петровна нахмурилась.
– Дорогое небось?
– Восемь тысяч, – я сказала это тихо, почти шёпотом, как будто стыдясь.
– Восемь? – она покачала головой. – Ой, Валь, а ты знаешь, что есть аналоги? Подешевле в разы.
Я почувствовала, как внутри что-то сжалось. Аналоги? Я даже не подумала об этом. Врач выписал конкретное лекарство, я его купила. Мне в голову не пришло, что можно было спросить, поискать что-то другое.
– Какие аналоги? – спросила я.
– Ну с тем же действующим веществом, только другого производителя. Мне кардиолог объясняла. Вот я тоже пью для давления, только плачу не восемь тысяч, а тысячу двести. Эффект тот же.
Она порылась в сумке, достала свою упаковку. Я посмотрела на название. Оно было совершенно другим, но в составе, когда Галина развернула инструкцию, значилось то же самое действующее вещество, что и в моём дорогом препарате.
– Видишь? – она ткнула пальцем в строчку. – Одно и то же. Просто это наше, отечественное. А то, что тебе выписали, импортное. Цена в небо, а толку столько же.
Я стояла и смотрела на эту коробочку в её руках. Тысяча двести вместо восьми тысяч. Почти семь тысяч разницы. Почти половина моей пенсии, которую я могла бы потратить на что-то нужное. На еду, на оплату счетов, на подарок внуку ко дню рождения.
– Я не знала, – только и смогла я выговорить.
– Так никто и не говорит, – Галина Петровна вздохнула. – Врачи выписывают то, что им выгодно. То ли фармацевты им откаты дают, то ли ещё что. Слышала про такое?
Я слышала. Конечно слышала. По телевизору иногда показывали сюжеты про то, как врачи получают проценты от фармацевтических компаний за то, что назначают дорогие лекарства. Но мне казалось, что это всё где-то далеко, не про нашу районную поликлинику, не про нашего участкового терапевта с усталым лицом и затёртым халатом.
– А можно просто так взять и купить аналог? – спросила я.
– Конечно можно. Приходишь в аптеку, показываешь рецепт и говоришь, что хочешь аналог подешевле. Они обязаны предложить. Это закон такой.
Закон. Значит, у меня было право спросить. Право выбрать что-то доступное. А я даже не знала об этом праве. Никто мне не сказал. Ни врач, ни фармацевт в аптеке.
Я вернулась домой и села за компьютер. Дочь подарила мне ноутбук на прошлый день рождения, научила пользоваться интернетом. Я не очень уверенно обращалась с техникой, но базовые вещи освоила. Открыла поисковик и вбила название своего лекарства.
Результаты посыпались один за другим. Десятки сайтов, отзывы, сравнения, списки аналогов. Я читала и не могла поверить. Действительно, существовало множество препаратов с тем же действующим веществом. Цены варьировались от тысячи до десяти тысяч рублей. Кто-то хвалил дорогие, кто-то говорил, что разницы нет никакой, кто-то жаловался на побочные эффекты и от дорогих, и от дешёвых.
Я нашла форум, где люди обсуждали именно эту тему. Женщины моего возраста делились опытом, рассказывали, как экономят на лекарствах, какие аналоги покупают. Одна написала, что всегда просит фармацевта показать самый дешёвый вариант. Другая поделилась, что её врач сам предупредил о существовании аналогов и предложил выбрать. Третья жаловалась, что потратила кучу денег, прежде чем узнала об этой возможности.
Я чувствовала, как внутри поднимается что-то тяжёлое и горькое. Обида? Злость? Разочарование? Наверное, всё вместе. Я прожила столько лет, я доверяла врачам, я считала, что они заботятся о моём здоровье. А оказалось, что можно было сэкономить почти семь тысяч рублей, если бы просто кто-то сказал мне об этом.
Вечером позвонила дочь.
– Мам, как ты? Лекарство купила?
– Купила, – я помолчала. – Лен, а ты знала, что есть аналоги? Намного дешевле?
Тишина на том конце провода.
– Какие аналоги?
– Ну, с тем же составом, но другого производителя. Я сегодня Галину Петровну встретила, она мне рассказала. Оказалось, можно было дешевле в несколько раз.
– Мам... – голос дочери стал виноватым. – Я не подумала. Прости. Надо было поискать в интернете, спросить у фармацевта. А сколько ты переплатила?
– Почти семь тысяч.
Она тяжело вздохнула.
– Мам, я сейчас переведу тебе. Завтра же сходи, поменяй.
– Не надо, Ленуш, – я поспешно сказала. – У тебя своих расходов хватает. Я уже распечатала первый блистер, начала пить. Допью курс, а в следующий раз уже куплю аналог.
– Но мам...
– Всё нормально, доченька. Не переживай. Главное, что теперь я знаю.
Мы ещё немного поговорили о внуках, о погоде, о её работе. Когда положила трубку, я снова села у окна. Дождь закончился, небо начало проясняться. Между облаками проглядывало бледное солнце.
Я думала о том, сколько раз в жизни я просто доверялась, не задавая вопросов. Доверялась врачам, чиновникам, продавцам. Верила, что они скажут мне всё, что нужно знать. Что они заинтересованы помочь. А на деле оказывалось, что нужно самой всё проверять, всё уточнять, искать информацию.
Когда я была моложе, казалось, что мир устроен проще. Что есть правила, которые все соблюдают. Что государство заботится о людях, особенно о пожилых. Что врачи лечат, а не выписывают то, что им выгодно. Но жизнь раз за разом показывала, что это не так. Приходилось учиться заново, в шестьдесят с лишним лет, разбираться в том, о чём раньше и думать не приходилось.
Я вспомнила, как месяц назад оплачивала коммунальные услуги. Сначала пошла в банк, отстояла очередь. Потом оказалось, что в квитанции ошибка, пересчитали неправильно. Пришлось идти в управляющую компанию, там опять очередь, хамство на каждом шагу. В итоге разобралась, доказала свою правоту, вернула переплату. Но сколько времени, сил, нервов это заняло.
Или вот недавно муж хотел оформить какую-то льготу. Ветеран труда, ему полагается. Но оказалось, что нужно собрать кучу справок, обойти несколько инстанций, заполнить заявления. Он махнул рукой, сказал, что не стоит оно того. А я настояла. Потратила неделю, но добилась. Теперь он получает небольшую скидку на лекарства. Капля в море, конечно, но всё равно приятно.
И вот теперь это. Лекарства. Восемь тысяч вместо тысячи. Никто даже не подумал мне сказать. Врач выписал дорогое, фармацевт продал дорогое. Всем удобно. А мне теперь считать копейки до конца месяца.
Я встала, подошла к столу, взяла коробку с таблетками. Импортное лекарство, красивая упаковка, глянцевая инструкция. Всё такое солидное, внушающее доверие. Наверное, поэтому и стоит дорого. За красоту, за бренд, за уверенность, что раз дорого, значит качественно.
А может, и правда разницы никакой нет? Может, дешёвый аналог работает точно так же? Галина Петровна говорит, что эффект тот же. Люди на форумах пишут то же самое. Зачем тогда переплачивать?
Я села обратно и задумалась. Завтра снова пойду в поликлинику. На этот раз не к терапевту, а к заведующей. Спрошу, почему врачи не предупреждают о существовании аналогов. Почему не дают выбор. Может, она объяснит. Или отмахнётся, скажет, что это не их обязанность. Но я хочу понять.
Вечером муж проснулся, мы поужинали. Я рассказала ему про разговор с Галиной Петровной, про аналоги, про цены. Он слушал молча, потом только пожал плечами.
– Валя, ты же знаешь, как всё устроено. Везде своя выгода. Врачам дают процент, вот они и выписывают подороже.
– Но это же неправильно, – сказала я. – Люди последние деньги отдают.
– Конечно неправильно. Но что мы можем сделать? Жаловаться? Писать куда-то? Толку не будет.
Наверное, он был прав. Толку не будет. Одна пожилая женщина с жалобой ничего не изменит в системе. Но мне всё равно было обидно. За себя, за таких же, как я, кто не знает, не понимает, доверяет и теряет свои скромные сбережения.
Я всю ночь плохо спала. Вертелась, думала, вспоминала. Вспоминала, как в молодости работала на заводе, получала копейки, но хватало на всё. Как растила дочь, как радовалась каждой мелочи. Как мы с мужем копили на кооперативную квартиру, отказывали себе во всём, но были счастливы. Потому что знали, ради чего стараемся.
А теперь что? Теперь приходится считать каждую копейку, но уже не ради мечты, а просто чтобы выжить. Чтобы хватило на еду, на лекарства, на коммуналку. Никаких планов, никаких радостей. Только выживание.
Утром я встала рано, оделась и поехала в поликлинику. Заведующая принимала по записи, но я сказала регистратору, что мне нужно срочно. Она недовольно посмотрела на меня, но всё-таки пропустила.
Заведующая была женщиной лет пятидесяти, с строгим лицом и холодными глазами. Она выслушала меня без особого интереса, изредка кивая. Когда я закончила, она откинулась в кресле и вздохнула.
– Валентина Ивановна, я вас понимаю. Но врачи назначают лекарства согласно протоколам лечения. Если в протоколе указан конкретный препарат, они обязаны его выписать.
– А почему не указывают аналоги?
– Потому что протокол составлен на основе исследований. Исследования проводились на конкретном препарате. Соответственно, мы рекомендуем именно его.
– Но ведь действующее вещество одно и то же!
– Не всё так просто. Могут различаться вспомогательные компоненты, технология производства, степень очистки. Импортные препараты проходят более строгий контроль качества.
Я слушала и понимала, что это всё отговорки. Может, в чём-то она и права, но главное не в этом. Главное, что никто не даёт мне выбор. Никто не говорит, что есть варианты. Врач выписывает дорогое, я покупаю, а потом узнаю, что можно было в разы дешевле.
– Вы могли бы обязать врачей предупреждать пациентов о существовании аналогов? – спросила я.
Она помолчала.
– Это не входит в их обязанности. Но вы всегда можете сами спросить в аптеке. Фармацевты обязаны предложить аналоги, если они есть.
– Я спрашивала. Мне никто ничего не предложил.
– Тогда пожалуйтесь на эту аптеку. Это нарушение.
Я вышла из её кабинета с тяжёлым чувством. Замкнутый круг. Врачи выписывают дорогое и не обязаны говорить об аналогах. Фармацевты должны предлагать, но не предлагают. А пациенты платят и молчат, потому что не знают своих прав.
Но я-то теперь знала. И я решила, что не буду молчать. По крайней мере, в своём небольшом мире. Я расскажу об этом всем знакомым. Напишу в нашу группу жильцов дома в соцсетях. Позвоню родственникам. Пусть знают. Пусть спрашивают. Пусть не переплачивают, как переплатила я.
Вернувшись домой, я так и сделала. Написала пост в группе, где общаются жители нашего района. Рассказала свою историю, перечислила, что узнала про аналоги. Попросила всех быть внимательнее, не стесняться спрашивать, искать информацию. Через час под постом появились комментарии. Люди благодарили, делились своими историями. Кто-то тоже переплатил, кто-то давно знал об аналогах, кто-то вообще впервые об этом услышал.
Одна женщина написала, что её мать потратила двенадцать тысяч на лекарство, а потом узнала, что можно было купить за полторы. Другая поделилась ссылкой на сайт, где можно проверить любое лекарство и найти дешёвые аналоги. Третья посоветовала всегда носить с собой список действующих веществ своих препаратов, чтобы в аптеке сразу спрашивать варианты.
Я читала комментарии и чувствовала, что моя маленькая обида превратилась во что-то большее. В желание помочь другим не наступить на те же грабли. В понимание, что если каждый будет молчать и терпеть, ничего не изменится. А если начнём делиться информацией, поддерживать друг друга, может, станет чуть легче.
Я распечатала список аналогов самых распространённых лекарств от давления, от боли, от простуды. Повесила объявление в подъезде на доске, где обычно висят квитанции и реклама. Написала крупными буквами: "Внимание! Прежде чем покупать дорогое лекарство, спросите в аптеке про аналоги. Это ваше право! Можно сэкономить в несколько раз!" И приложила список.
Галина Петровна, когда увидела, обняла меня.
– Молодец, Валь. Правильно делаешь. Пусть люди знают.
А через неделю ко мне подошла соседка с третьего этажа, с которой мы раньше здоровались только кивком.
– Спасибо вам, – сказала она. – Я прочитала ваше объявление и вчера в аптеке попросила аналог. Сэкономила четыре тысячи. Для меня это очень много.
Я смотрела на её благодарное лицо и чувствовала, что не зря потратила время и силы. Что-то получилось. Хоть немного, но получилось.
Мой дорогой препарат я допила до конца. Давление действительно нормализовалось. Когда курс закончился, я пришла к врачу на приём. Он снова начал писать рецепт на то же лекарство, но я остановила его.
– Доктор, а можно выписать аналог? Подешевле?
Он поднял на меня удивлённый взгляд.
– Аналог? Ну... можно, конечно. Вы какой-то конкретный хотите?
Я назвала тот, что пила Галина Петровна. Врач пожал плечами, зачеркнул старую запись и написал новую. Без комментариев, без объяснений. Просто написал и отдал мне бланк.
В аптеке я заплатила тысячу триста рублей. Вышла на улицу и улыбнулась. Экономия почти семь тысяч. Теперь я могла купить внуку подарок на день рождения. Или отложить на чёрный день. Или просто спокойно прожить месяц, не считая каждую копейку на продуктах.
Вечером я снова сидела у окна. За стеклом темнело, зажигались огни в окнах соседних домов. Где-то готовили ужин, где-то смотрели телевизор, где-то дети делали уроки. Обычная жизнь. Обычные люди с обычными заботами.
Я думала о том, что за эти несколько дней я поняла что-то важное. Что нельзя просто доверять и ждать, что о тебе позаботятся. Что нужно самой искать информацию, задавать вопросы, отстаивать свои права. Что даже в шестьдесят три года не поздно учиться чему-то новому.
И ещё я поняла, что обида, которую я почувствовала сначала, может превратиться в действие. Может помочь не только мне, но и другим. Что если каждый из нас поделится своим опытом, расскажет о том, что узнал, мир станет чуть более справедливым. Хотя бы в нашем маленьком дворе, в нашем районе.
Муж вошёл в комнату, включил свет.
– Валь, что сидишь в темноте? Ужинать будем?
– Сейчас, – я встала с кресла, разгладила халат. – Игорь, а давай завтра вместе пройдёмся по соседям. Расскажем про аналоги лекарств. Многие же не знают.
Он усмехнулся.
– Ты теперь просветительскую деятельность ведёшь?
– Почему бы и нет? – я улыбнулась в ответ. – Если это поможет людям сэкономить, почему нет?
Он кивнул.
– Ладно. Пойдём.
Мы пошли на кухню. Я достала из холодильника вчерашний суп, поставила разогревать. Нарезала хлеб, налила чай. Обычный вечер, обычный ужин. Но почему-то на душе стало легче, чем было эти восемь дней с того момента, как я купила то дорогое лекарство.
Я поняла простую вещь. Врач выписал дорогое лекарство, оказалось, можно было дешевле. Это факт, с которым ничего не поделаешь. Но я могу сделать так, чтобы другие не повторили мою ошибку. Могу поделиться знанием. И в этом есть своя ценность.
За окном шёл снег. Первый в этом году. Крупные хлопья медленно опускались на землю, укрывая двор белым покрывалом. Я смотрела на эту красоту и думала, что жизнь продолжается. Со своими проблемами, заботами, разочарованиями. Но и с маленькими победами тоже. Главное не останавливаться, не опускать руки, искать выход.
И учиться. Всегда учиться. Даже в шестьдесят три года.