Новое счастье, та самая близость, о которой говорили подруги и мама за чаем; когда встречаешь после развода человека, который не смотрит на тебя с жалостью, не пытается перевоспитывать, а может рядом тихо молчать или обсуждать глупости перед сном - появляется иллюзия прочности.
Саша появился из этих, казалось бы, самых надежных. Знакомство на пробежке, лёгкий смех, общее чувство юмора. С первого дня чего-то скрытного не замечала, всё у нас просто:
“Был женат, сын у меня есть, с бывшей общаемся по необходимости”.
Не напрягалась - взрослая, сама разошлась, у самого ребенка нет, но с чужими детьми всегда ладила, обиды не таила.
Всё начиналось просто: один вечер вместе на моей кухне, потом второй у него. Через три недели оба не замечаем, как разложились мои книги и его футболки на одном диване. Складывалось неспешно, домашние дела делились не по спискам. О сыне он вспоминал, когда рассказывал истории, иногда смеясь, иногда с тревогой. Первый раз мальчик пришёл к нам, сидел молча, на меня косился, и оставил в раковине фруктовые косточки, как будто встроил отметку: был тут.
Сложно быть ребёнком между двумя взрослыми, каждый хочет правильно понравиться.
Купила ему йогурт, показала где мультики, предложила поиграть в лото. Но со временем, чем чаще из выходных мальчик оказывался у нас, тем быстрее менялась обстановка. Саша стал отлучаться из дома на час-два: то в спортзал, то срочная встреча с друзьями, то какие-то “неотложные дела”. Каждый раз просил присмотреть за ребенком. Ничего страшного: я дома, почему не помочь, не уследить, не показать новое - так думала я. Ребёнок начал обращаться за помощью все чаще - с вопросами, просьбами, капризами. Я искренне пыталась быть вежливой, терпеливо все объяснять, но знакомую усталость ощущала уже через полчаса.
Сперва списывала на стресс: да мало ли что! Первая совместная жизнь всегда как натёртые ботинки - усмехнулась и снова в бой. Но системность стала пугать. Если мальчик жаловался на сломанный рюкзак - Саша перехватывал взгляд: “Ну ты с этим разберись, пожалуйста!” Разлился чай - “помоги вытереть, ты же у нас хозяйственная”.
Я начала внутренне напрягаться. Незаметно задачи стали моей ответственностью без объяснений. Ещё недавно я была “подруга папы”, а после пары недель оказалась в роли “дежурной мамки”. В какой-то момент фраза - “Мне спокойней, если ты теперь за это отвечаешь” - прозвучала настолько обыденно, что я перевела все в шутку. А он не моргнул глазом: “Отныне это твой ребенок!” У меня как в ушах загудело.
Смешно и страшно, ведь никогда не думала ощутить себя человеком, которому кто-то вручает чужого сына на вырост. Поначалу хотела объяснить, что не планирую уходить с головой в материнский быт. Вместо диалога начались обиды: “Ты не хочешь принять моего сына, зачем тогда нам всё это?” Саше оказалось удобней, когда забота и быт легли на того, кто лучше справится.
Я несколько дней пыталась убедить себя, что перебарщиваю. Что, может, надо быть мягче, подружиться ещё ближе. Но с каждой новой субботой ситуация повторялась:
- забери из кружка,
- помоги с поделкой,
- проследи за ужином,
- подержи разговор,
- купи это, сделай то, не делай вот так…
В какой-то момент поняла, что встретилась с той ролью, от которой бежала всю жизнь - заложница чужой ответственности, без договора, без любви, без просьбы.
В тот день, когда Саша вышел за хлебом и пропал на три часа, оставив сына “поиграть с тобой”, я сидела и смотрела на этого мальчика, который смотрел на меня, как на взрослого, выбирающего между строгостью и добротой. Внутри поднималась злость: да, я добрая, но не обязана воспитывать чужого ребёнка просто потому, что оказалась первой женщиной после развода. Моё участие - мой выбор, а не автомат для удобства одного мужчины.
Я не стала устраивать разборок. Позвала Сашу на прямой разговор. Спокойно, твёрдо, без эмоций объяснила, что могу быть рядом, поддержать, подружиться, стать частью жизни, если будет взаимное желание, однако я не буду брать на себя новый быт с чужой ответственностью. Его реакция была резкой:
“А смысл тогда быть вместе, если не можешь принять сына?”
Так и вышло сразу наружу, что это не любовь, а банальная экономия сил.
Я ушла, не дожидаясь разбитых чашек. Чувства были сложные - немного вины, чуть жалости и чёткое ощущение спасённого будущего. Ни один человек не имеет права превращать тебя в ресурс и рядового исполнителя того, что ему лень делать самому. Самое честное, что я могла сделать для себя и для этого мальчика, - не пытаться стать мамой без любви, без внутреннего согласия и, главное, без уважения к своим границам.
”Иногда рядом оказывается не семья, не партнёр, а человек, готовый делегировать чужое - заботу, эмпатию, ежедневные хлопоты. Я выбрала не быть “назначенной”, выбрала говорить “нет” вовремя. Пусть меня вспоминают без обиды, но без прилипшего ярлыка, который сама не выбирала", - говорит девушка.
Что думаете об этом? Напишите в комментариях. Подписывайтесь на канал и ставьте лайки!