Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
хронотоп

как Горький Чехова нравоучал

   в первом письме Горького Чехову (октябрь или начало ноября 1898 г. Н.-Новгород) мы читаем, как молодой писатель Алексей Максимович признается в любви Антону Павловичу и тут же начинает его нравоучать:  Собственно говоря — я хотел бы объясниться вам в искреннейшей горячей любви, кою безответно питаю к вам со времен младых ногтей моих, я хотел бы выразить мой восторг пред удивительным талантом вашим, тоскливым и за душу хватающим, трагическим и нежным, всегда таким красивым, тонким. <...> Сколько дивных минут прожил я над вашими книгами, сколько раз плакал над ними и злился, как волк в капкане, и грустно смеялся подолгу. Вы, может быть, тоже посмеетесь над моим письмом, ибо чувствую, пишу ерунду, бессвязное и восторженное что-то, но это, видите ли, потому все так глупо, что исходит от сердца, а все исходящее от сердца — увы! глупо, даже если оно и велико, — вы сами знаете это. Еще раз жму руку вашу. Ваш талант — дух чистый и ясный, но опутанный узами земли — подлыми узами буднично

как Горький Чехова нравоучал  

в первом письме Горького Чехову (октябрь или начало ноября 1898 г. Н.-Новгород) мы читаем, как молодой писатель Алексей Максимович признается в любви Антону Павловичу и тут же начинает его нравоучать: 

Собственно говоря — я хотел бы объясниться вам в искреннейшей горячей любви, кою безответно питаю к вам со времен младых ногтей моих, я хотел бы выразить мой восторг пред удивительным талантом вашим, тоскливым и за душу хватающим, трагическим и нежным, всегда таким красивым, тонким.

<...>

Сколько дивных минут прожил я над вашими книгами, сколько раз плакал над ними и злился, как волк в капкане, и грустно смеялся подолгу.

Вы, может быть, тоже посмеетесь над моим письмом, ибо чувствую, пишу ерунду, бессвязное и восторженное что-то, но это, видите ли, потому все так глупо, что исходит от сердца, а все исходящее от сердца — увы! глупо, даже если оно и велико, — вы сами знаете это.

Еще раз жму руку вашу. Ваш талант — дух чистый и ясный, но опутанный узами земли — подлыми узами будничной жизни, — и потому он тоскует. Пусть его рыдает — зов к небу и в рыданиях ясно слышен.

хорошо Горький начал переписку, ничего не скажешь. Чехову остается жить около пяти лет, и все это время они будут поддерживать эпистолярную связь. 

вот ссылка на полную переписку двух писателей. не оторваться.

(Д)

-2