Шоу набирало обороты. Зинаида, увидев, что её не бьют и не волокут в кутузку, окончательно поверила в свою неуязвимость. Она отлипла от гроба и, уперев руки в бока, развернулась к Ирине.
— Это она! — Зинаида ткнула в сиделку толстым пальцем с облупленным лаком. — Это она, прислуга, его со свету сжила! Я всё видела! Она ему таблетки не те давала! Голодом морила! Отравила, чтобы квартиру к рукам прибрать! Убийца!
Аркадий с интересом посмотрел на Ирину. В его глазах плясали веселые искорки. Он явно начинал получать удовольствие от этого цирка.
— Серьезное обвинение, — заметил он.
— А то! — Зинаида воспряла духом. — Я требую полицию! И нотариуса! Немедленно! Где ключи от квартиры? Где ключи от сейфа? Я знаю, у него там бриллианты фамильные были и валюта! Я, как жена, требую допустить меня к описи имущества немедленно! Вы не имеете права ничего вывозить без меня! Я наследница первой очереди! По закону! Мы вели совместное хозяйство! Весь подъезд подтвердит!
Она врала вдохновенно, веря в каждое свое слово. Сейчас она не видела перед собой Ирину — она видела препятствие на пути к сладкой жизни.
Родственники со стороны Аркадия (пара тетушек в шляпках) стояли в шоке, прижимая платочки к носам. Процессия была безнадежно испорчена.
Ирина глубоко вздохнула. Ей было жаль Илью Петровича. Лежать тут, слушая этот бред... Но, с другой стороны, он всегда любил справедливость.
Она не стала оправдываться. Не стала кричать, что Зинаида врет.
Ирина просто полезла в свою объемную сумку.
Её лицо, до этого напряженное, вдруг разгладилось. Она даже улыбнулась — недобро, но вежливо.
— Слава богу, Зинаида Павловна! — громко, четко, чтобы слышал каждый зевака у окон, произнесла Ирина. — Нашлась! А то мы уже голову ломали, на кого оформить все обязательства. Аркадий Борисович занят, ему некогда бюрократией заниматься, а тут вы! Как раз вовремя.
Ирина достала увесистую папку, перетянутую резинкой. Папка была толстой, пухлой, внушающей уважение.
Она решительным шагом подошла к Зинаиде, которая от неожиданности даже рот закрыла.
— Что это? — настороженно спросила «вдова», косясь на папку.
— Как что? Документы, — охотно пояснила Ирина. — Вы же только что, при свидетелях — вон сколько людей, плюс видеорегистратор у охраны пишет — публично заявили, что вы гражданская жена, вели совместное хозяйство и вступаете в права наследования. Я правильно поняла? Вы подтверждаете?
— Ну... подтверждаю! — гаркнула Зинаида. — Имущество мое!
— Отлично! — Ирина всучила папку в руки ошарашенной соседке. — По закону Российской Федерации, наследник принимает не только имущество, но и долги наследодателя. В полном объеме.
Зинаида держала папку как дохлую крысу.
— Какие долги? — сипло спросила она. — Он же... богатый...
— Илья Петрович? Безусловно, духовно богатый человек, — кивнула Ирина. — А вот финансово... Вот, смотрите. Первым листом — смета на похороны. Аркадий Борисович заказал категорию VIP. Дуб, бархат, катафалк, ресторан, место на кладбище. Общая сумма — как раз на студию в Новой Москве хватит. Племянник хотел сам оплатить, по доброте душевной, но раз есть жена — закон есть закон. Вдова обязана проводить мужа в последний путь. Платить вам, Зинаида Павловна. Срок — три дня.
Лицо Зинаиды начало менять цвет с пунцового на землисто-серый.
— Вы что... с ума сошли? — прошептала она. — У меня пенсия...
— Это еще не всё, — безжалостно продолжала Ирина, открывая папку прямо в руках соседки. — Листайте, не стесняйтесь. Вот тут, видите? Микрозаймы. Илья Петрович был доверчив, мошенники на него три кредита оформили полгода назад. Проценты набежали страшные. Полмиллиона долга. Коллекторы уже звонили, я им сказала, что вдова расплатится. Они ребята простые, но настойчивые. Теперь ваш телефончик им дам, раз вы наследница.
— Коллекторы? — Зинаида икнула.
— И вишенка на торте! — Ирина ткнула в последний документ. — Коммуналка. Дедушка забывал платить последние три года. Управляющая компания уже иск подала, там пени больше, чем сам долг. Плюс капремонт. В общем, Зинаида Павловна, поздравляю. Имущества у него — тахта старая да книги, которые никто не купит, а вот долгов — миллиона на два-три наберется. Плюс похороны. Подпишите смету вот здесь, галочка стоит.
Аркадий, который всё это время молчал, вдруг громко кашлянул, скрывая смех.
— Да-да, — басом подтвердил он. — Я, знаете ли, принципиальный человек. Раз есть жена, я в сторонку отойду. Не смею мешать вашему горю. Оплачивайте счета, гражданочка. Агентство ждет.
Зинаида смотрела в папку. Цифры прыгали перед глазами, складываясь в страшные суммы. Шесть нулей. Еще шесть нулей.
В её голове рухнул мир. Не было тайного миллионера. Не было золота партии. Был только старый хрущ, кредит и вип-похороны за её счет.
Жадность боролась с животным ужасом ровно секунду. Ужас победил нокаутом.
— Ааа! — взвизгнула Зинаида, словно папка обожгла ей руки.
Она швырнула документы прямо в грязную осеннюю лужу.
— Вы врете! — заорала она, пятясь назад. Тапочки скользили по грязи. — Не знаю я его! Ошиблась я! Не тот дед!
— Как не тот? — удивилась Ирина. — Вы же только что кричали «Илюша»!
— Попутала! У меня зрение плохое! — Зинаида крутила головой, ища пути отхода. — Я думала, это сосед с пятого, Васька! А этого я знать не знаю! И вообще, я замужем! У меня муж есть, живой!
Она развернулась и, пробуксовывая в грязи, рванула к подъезду. Норковая горжетка сползла на бок, придавая ей вид бешеной городской сумасшедшей.
— Я полицию вызову, если вы ко мне приставать будете! — крикнула она уже от двери. — Маньяки! Аферисты! Хотели сироту обобрать!
Тяжелая железная дверь захлопнулась с лязгом. Домофон пискнул.
Во дворе воцарилась тишина. Только ветер шелестел страницами разбросанных документов.
Аркадий подошел к Ирине. Он уже не скрывал улыбки.
— Ну ты, Ира, даешь, — сказал он с уважением. — Я думал, мне самому придется эту кликушу охраной убирать. А ты её... документально уничтожила. Красиво.
Он достал из внутреннего кармана конверт. Толще, чем тот, что был изначально.
— Это тебе. Остаток по договору. И премия. Сверху. За фильтрацию наследников и моральный ущерб. А кредиты дедовы я сам закрою, не переживай. Нет там никаких миллионов, я знаю. Это ты ловко придумала.
Ирина приняла конверт, кивнула.
— Работа такая, Аркадий Борисович. Санитарная обработка территории.
Она наклонилась, подняла из лужи мокрую папку. Бумаги пострадали, но свою задачу выполнили.
— Поехали, — махнул рукой Аркадий. — Дядя ждать не любит.
Катафалк плавно тронулся. Черные джипы пристроились следом.
А за занавеской на втором этаже, трясясь от страха и выпивая третий пузырек корвалола, сидела Зинаида, молясь всем богам, чтобы к ней не пришли коллекторы за долги чужого покойника.