Представьте: аншлаг в Кремлёвском дворце, фанаты из пятидесяти шести стран, Игорь Крутой называет тебя «голосом поколения». . . А потом — чёрный квадрат в соцсетях. И тишина. Димаш Кудайберген, казахстанский певец с диапазоном в шесть октав, в одночасье исчез с российской сцены. Просто взял и ушёл, оставив миллионы поклонников в недоумении. Что заставило его разорвать с наставником? Почему он выбрал одиночество вместо мировой славы? И главное — почему его уход будто никто и не заметил?
Эта история началась задолго до скандалов и громких расставаний — солнечной весной 1994 года в Актобе, где родился мальчик, чья судьба была предрешена с первого вздоха.
Димаш рос буквально внутри музыки. Родители — заслуженные деятели культуры, бесконечные репетиции, разговоры о нотах за завтраком. Но древние казахские традиции внесли свою корректировку: старшего внука отдали на воспитание бабушке с дедушкой. Биологических родителей он звал по именам, а заветные «папа» и «мама» достались старикам. Двойная любовь окружала хрупкого, болезненного ребёнка. Чтобы укрепить его, записали на плавание и тхэквондо.
Но пока сверстники рисовали машинки, двухлетний малыш выводил в альбоме студийные мониторы и микрофоны. Свои мечты он «отправил в космос» ещё тогда. И Вселенная ответила.
В пять лет он принёс домой первый гонорар — тысячу тенге. Всю дорогу теребил маму: «Деньги у вас? Точно у вас?!» Ему не терпелось купить подарок любимой бабушке.
Не думайте, что это была жизнь золотой молодёжи. Это была музыкальная каторга. С пяти лет — жёсткое расписание, студия, бесконечные уроки вокала. В семье царил культ труда: детей учили, что успех — не подарок судьбы, а результат изнурительных усилий. Годы репетиций в колледже и университете выковали настоящую аномалию природы.
Педагоги были в шоке: диапазон этого худощавого парня охватывал шесть октав. От глубокого баса до запредельного фальцета — послушное оружие невероятной широты.
Прорыв случился в 2015-м. Витебск, «Славянский базар». Сложнейшая SOS d'un terrien en detresse — и зал содрогнулся от оваций. Гран-при. Прозвище «Казахстанский Витас». Но настоящий вызов ждал его на Востоке.
Китайское шоу I Am a Singer превратилось в гонку на выживание. Каждую неделю — новая песня, аранжировка, риск провала перед миллионной аудиторией. Димаш выстоял. Дошёл до финала, занял второе место. . . но это «серебро» сияло ярче золота. В Поднебесной началась неконтролируемая димашемания. Девушки скупали билеты на его рейсы, дежурили у отелей. Его альбом стал платиновым за тридцать семь секунд. Тридцать. Семь. Секунд.
Успех, правда, принёс и судебные иски. Продюсер Витаса подал в суд за исполнение знаменитой «Оперы №2», пытаясь перекрыть кислород дерзкому конкуренту. Скандал лишь добавил Димашу популярности.
Россия не могла остаться в стороне. Звонок Игоря Крутого стал пропуском в высшую лигу. Маэстро за роялем, Димаш у микрофона — тандем казался идеальным. Хит «Любовь уставших лебедей» звучал из каждого утюга. В 2019-м Кремлёвский дворец пал: фанаты слетелись из пятидесяти шести стран. Крутой называл его «сценическим сыном», «голосом поколения». Казалось, этот союз будет вечным.
Но Димаш — птица вольная. И непредсказуемая.
В США, на шоу The World's Best, он шёл к победе. Жюри в восторге, финал близко. . . и вдруг он добровольно уходит из проекта. Зачем?! — «Чтобы уступить дорогу детям». Красивый жест? Или тонкий расчёт, чтобы уйти непобеждённым?
Тот же принцип сработал с «Евровидением». Ему прочили победу, но он отрезал: — «Я бы поехал от России, но я гражданин Казахстана». Паспорт оказался важнее мировой славы.
Февраль 2022-го стал точкой невозврата. Чёрный квадрат в соцсетях сказал больше любых слов. Димаш отменил все концерты в России, отказавшись от огромного рынка и любви миллионов. Дружба с Крутым закончилась тихо — без битья посуды, но с ледяным холодком. Маэстро и ученик разошлись. Каждый пошёл своей дорогой.
Расчёт на то, что его отсутствие станет трагедией для российского шоу-бизнеса, не оправдался. — «Ушёл — и особой пустоты никто не ощутил», — жёстко резюмируют критики. Свято место пусто не бывает. Эфиры заполнили другие голоса.
Сегодня Димаш — гражданин мира с особняком в Лос-Анджелесе и вечным чемоданом в руке. Он гастролирует от Гонконга до Европы, но в душе остаётся простым парнем, который даже не знает, сколько стоит хлеб. — «У нас дома есть братишка, который побежит за ним», — смеётся артист. Зато цену своего микрофона — пять тысяч долларов — помнит до цента.
Он богат, успешен, продаёт свой чай и шоколад, отдавая доходы на благотворительность. Но счастлив ли в личной жизни? Миллионы мечтают о нём, но сердце кумира — крепость. Слухи о романе с Нурсауле утихли, и Димаш остаётся один. Его требования к невесте суровы: будущая жена должна жить с его родителями, почитать старших, забыть о светской жизни ради быта. Найти современную девушку, готовую на такую роль? Задача почти невыполнимая.
Так и живёт этот «гастролирующий старик», как он сам себя в шутку называет. В окружении команды из родственников и друзей он колесит по миру, выбрав свободу вместо покровителей.
Стоила ли принципиальность потери миллионов русскоязычных сердец? Время покажет. Но одно можно сказать точно: он не изменил себе. Даже если за это пришлось заплатить высокую цену забвения в стране, где его когда-то носили на руках.