Итак, я продолжаю читать книгу Дианы Петреллы «Исцеление от эмоционального переедания для переживших травму». Решила идти медленно, страницу за страницей, чтобы точно разобраться, что не так. И почти сразу наткнулась на упражнение: нужно было отметить, какие утверждения из списка про меня.
Список был такого плана
· «Иногда мне слишком сложно жить. Еда помогает мне с этим справиться».
· «Когда я впадаю в пищевую кому, мне не нужно ни с чем справляться».
· «Когда я чувствую пустоту, пища заполняет дыру в сердце» и так далее
Сначала я читала и недоумевала. Я вовсе не думаю о своём питании такими пафосными словами. «Дыра в сердце», «пищевая кома»…. А потом дошла до последних пунктов — и расслабилась.
Да. Я ем, когда мне скучно или сложно. А иногда я просто ем. Я не успеваю отследить момент, мне слишком дискомфортно в этот самый момент. Это про меня. Точно.
Я часто нахожусь в состоянии «мне как-то не так». Что-то хочется, но непонятно что. Или, наоборот, не хочется что-то делать. Не хочется работать. Не хочется звонить по неприятным делам и что-то выяснять. И вот тогда рука сама тянется к чему-то вкусному. Даже не чтобы съесть, а чтобы заняться. Чтобы отложить этот неприятный звонок на «пять минут», которые растягиваются на час.
А ещё я ем, когда что-то болит. А болит что-то у меня, увы, частенько. И вот парадокс: иногда я ем, потому что болит голова или живот. Видимо, моему организму по-детски кажется, что если сейчас положить в рот что-то вкусное, то боль пройдёт. Магическое мышление? Или надежда, что я просто голодная, и живот болит от голода?
Такое, кстати, тоже бывает. Но чаще после такого «лечебного» переедания становится только хуже. Голова болит сильнее. Живот ноет уже от тяжести. И возникает мучительный вопрос: почему? Почему организм не понимает, что уже всё, пора остановиться? Почему так сложно переключиться и сделать то, что на самом деле нужно: отдохнуть, выпить таблетку, лечь поспать?
Что это? Инфантилизм — то самое желание «на ручки», чтобы проблемы взрослого мира перестали существовать? Избыточная чувствительность — когда не справляешься с нагрузкой взрослой жизни? Да какая разница, честно говоря. Я уже готова на любой ярлык и термин, лишь бы это что-то объяснило и ответило мне на главный вопрос: а что с этим делать? Не разово, а чтобы это работало вдолгую.
Вот, допустим, я осознала: сейчас я хочу съесть эту шоколадку просто потому, что она лежит на столе и мозг её уже увидел. Я поняла, что мне скучно, тревожно или я устала от мыслей. И что?
Как остановиться, если мозг любит эти шоколадки? Они же дают быструю, гарантированную радость. Дофамин тут как тут. А подарили их за праздники штук десять, и они лежат. И не выкинешь — домашние не поймут.
Вот и получается самый сложный вопрос, который я пока себе задаю: как не есть шоколадку, имея дома шоколадку и имея в жизни слишком мало другой, быстрой радости?
От стандартного совет «добавь в жизнь радости» хочется поморщиться. Очень легко сказать. А сделать-то как? Новая радость требует сил, ресурса, внимания. Ладно, может, попозже.
Пока начну с точного и понятного: Дневник эмоций. Такого задания в книге пока не было, но я уверена, что без него не обойдется. Его смысл в том, чтобы записывать съеденное и мысли с чувствами, которые были в этот момент. Основная идея заключается в том, чтобы понять:
1. Что я сейчас чувствую? (Скука. Тревога. Устала. Голова болит. Злюсь.)
2. Что произошло перед этим? (Вспомнила, что надо что-то купить. Получила неприятное сообщение. Села работать. Просто прошла мимо кухонного стола. Пообщалась с кем-то. Вспомнила о чём-то неприятном.)
3. Чего я на самом деле хочу? (Отдохнуть. Чтобы это сделалось само. Отвлечься. Выпить воды. Позлиться.)
Я понимаю, зачем это делать: чтобы исследовать, как именно получается так, что еды попадает внутрь намного больше, чем нужно.
А вот как делать это на постоянной основе… Этого я пока не понимаю. И ещё много чего не понимаю…
Ну ладно, это уже немного нытьё. Читаю дальше…
И знаете, что мне в этой книге уже нравится? Она будет сконцентрирована на работе с внутренним ребенком.
Выбрала-то я книгу в общем-то случайно — в тот самый момент, когда села писать прошлую заметку. Но уже во введении нашлось то, что отозвалось во мне очень сильно. Как раз про то, почему это всё так сложно.
Ведь головой я очень многое понимаю про свои переедания. Яснее некуда: ем от скуки, от тревоги, от усталости. Но ничего не меняется. Увы. Хотя, казалось бы — бери и делай. Успокаивай себя, добавляй радости, ешь полезное, больше двигайся. Простые, логичные шаги.
А в результате — плюс 4 кг за год.
В том марафоне, где я похудела на 10 кг, тоже был психологический раздел. Но такой… достаточно поверхностный. Видимо, многим этого хватает. Мне — нет. Приходится идти глубже. Искать корень.
И вот она пишет:
«непроработанная боль от травмы живет в нервной системе. Посмотрите на тело как на контейнер для эмоций. Непроработанные чувства из-за травмы могут приводить к тому, что называется телесной дисрегуляцией. Это значит, что вы испытываете тревожные физические ощущения: от переживания и страха до оторванности и отстраненности».
Ну вот. Да. Что-то подобное я чувствую. Это как будто моё тело живёт своей отдельной, тревожной жизнью. Иногда я вроде и не волнуюсь, ни о чём плохом не думаю, а заснуть не могу. Или сижу, и внутри — какое-то смутное, беспокойное ощущение. Телесно неуютно.
После еды становится либо радостнее и энергичнее (этот сахарный взлёт), либо накатывает сонливость, и всё как бы приглушается. Переключиться действительно легче. Мир на время становится мягче. Я действительно очень плохо осознаю, что со мной происходит в эти моменты. Не успеваю. Как будто между чувством и действием нет никакого промежутка для мысли. Не «я тревожусь — поэтому хочу шоколад». А просто: тревога (даже не названная) — и рука уже в обёртке. Думать становится сложно, тело будто само всё делает. Просто хочется есть. Например, вот эту самую шоколадку.
Читаю это все с некоторым чувством облегчения. Потому что я наконец-то нашла хоть какое-то объяснение, почему не работают все прежние, вроде бы логичные способы. Просто я не могу помочь себе ни спортом (как в юности), ни жёстким контролем еды. Эти пути для меня, похоже, закрыты.
Значит, придётся идти этим, новым, пугающим путём. Читать дальше. И, кажется, начать наконец не бороться с едой, а прислушиваться к тому, что это тело пытается сказать мне своим беспокойством и этой вечной, навязчивой тягой «что-нибудь пожевать». Другого выхода я уже не вижу.