Протесты в Иране развиваются по сложному и многослойному сценарию, в котором переплетаются внутреннее социальное недовольство, управленческие вызовы и фактор внешнего давления.
В Иране сохраняется протестная активность очагового характера: в одних районах крупных городов обстановка остается спокойной, в других — продолжают фиксироваться акции, в том числе контрпротесты (провластных сил). Более того, иранские власти впервые применили новую тактику — попытались четко разграничить формы протеста, происходящие в рамках одного, но многослойного процесса. Об этом в интервью Sputnik Армения заявил бывший депутат меджлиса Исламской Республики Иран Роберт Бегларян.
"Власть публично признает существование социального недовольства и легитимность ненасильственных протестных требований, одновременно четко отделяя их от действий радикальных групп, пытающихся дестабилизировать ситуацию в стране", — отметил Бегларян.
По его словам, с точки зрения политического управления такой подход может способствовать снижению уровня напряженности. Однако на практике он не всегда срабатывает, поскольку в условиях уличной активности зачастую крайне сложно провести четкую грань между мирными протестующими и радикально настроенными группами.
На фоне происходящих событий в стране также фиксируются перебои с интернет-связью. Предполагается, что ограничения носят временный характер и введены с целью контроля над ситуацией и предотвращения эскалации. При этом, по имеющейся информации, подача электроэнергии, газа, а также функционирование других коммунальных систем осуществляется в штатном режиме.
Серьезную обеспокоенность вызывает возможное вмешательство внешних сил. В информационном поле звучат заявления американских и израильских СМИ и отдельных экспертов о попытках влияния на внутренние процессы в Иране, наличии "людей внутри", а также о возможном вооружении и координации протестных групп.
По мнению Бегларяна, акцент властей на внешнем факторе протестов может привести к ужесточению мер и дальнейшему осложнению внутриполитической ситуации.
"Если внешний фактор будет поставлен во главу угла, то это чревато применением более жестких инструментов. При этом очевидно, что ряд государств заинтересован в ослаблении и дестабилизации Ирана", — подчеркнул он.
Ощущение возможного участия внешних сил усиливают и сообщения о задержаниях и изъятии оружия иранской полицией. И это, по словам эксперта, не выглядит полностью оторванным от реальности, учитывая, что США и Израиль в текущей геополитической конфигурации рассматривают Иран как ослабленного игрока. Особенно это касается Израиля: после недавних военных событий происходящее в Иране укладывается в логику давления и стратегического сдерживания.
Что касается заявления верховного лидера Ирана Аятоллы Али Хаменеи о том, что Иран не отступит перед лицом погромщиков и попыток дестабилизации на фоне протестов, Бегларян считает, что оно было направлено как на внешнюю, так и внутреннюю аудиторию.
"Иран — государство, традиционно играющее заметную роль на международной арене и обладающее собственной моделью внешнеполитического поведения. В силу своего геополитического положения страна не может оставаться безучастной к происходящему как внутри, так и за её пределами", — сказал Бегларян.
В этом контексте жесткая риторика иранского руководства адресована прежде всего внешнему миру. Власти страны демонстрируют готовность противодействовать давлению, особенно на фоне резонансных заявлений американских и израильских политиков.
Что касается внутренней ситуации, то власти, по словам Бегларяна, в целом стремятся чётко отделить мирных протестующих от тех, кто представляет угрозу жизни и имуществу граждан. Соответствующие сигналы адресованы не только радикальным группам, но и тем слоям общества, которые поддерживают действующую власть, с призывом открыто заявлять о своей позиции и выступать на ее стороне.
Накануне в Иране прошли самые масштабные протесты — они были спровоцированы призывом со стороны Резы Пехлеви, сына иранского шаха, свергнутого в 1979 году. Сегодня на улицы вышли сторонники действующей власти.
Протесты в Иране начались в конце декабря 2025 года из-за девальвации местной валюты — иранского риала. Изначально главной темой были резкие колебания обменного курса и их влияние на оптовые и розничные цены, однако позже протестные акции в ряде городов Ирана переросли в столкновения с полицией, а лозунги приобрели политический характер — против текущего политического строя в республике. Сообщалось о жертвах как со стороны силовиков, так и участников волнений.
Высший совет национальной безопасности Ирана обвинил США и Израиль в организации беспорядков в исламской республике.