— Твоя мамаша опять всех подставила! — Нина Петровна швырнула телефон на стол.
Света замерла у плиты с половником в руке. Вода в кастрюле бурлила, будто повторяя её внутреннее состояние.
— Что случилось?
— Рейс задерживают на три часа! Праздник через два! Вот умеет твоя мать влететь в историю. Специально, наверное, выбрала этот самолёт, чтобы испортить всё.
— Нина Петровна, при чём тут мама? Задержка же технические неполадки, она не виновата.
Свекровь фыркнула и достала из холодильника сметану, которую Света приготовила для салата. Открыла банку, понюхала.
— Жирность маловата. Я говорила тебе брать двадцатипроцентную, а ты что купила? Десять процентов! Экономишь на гостях?
— Я купила то, что нам по карману, — Света отвернулась к плите, сжимая половник сильнее обычного.
— По карману? — голос свекрови взлетел вверх. — Да на твои тряпки денег хватает! На маникюр хватает! А для семьи поскрести не можешь!
Олег зашёл на кухню, почесывая затылок.
— Мам, ну прекрати. Света весь день готовит.
— Готовит! — Нина Петровна захлопнула холодильник. — Салат Оливье без нормальной сметаны, гости через два часа, твоя тёща где-то болтается в аэропорту, а ты защищаешь эту… хозяюшку!
Света резко поставила кастрюлю на стол. Половник выскользнул из рук и упал на пол, разбрызгивая бульон.
— Всё, Нина Петровна. Хватит. Моя мама прилетит, когда прилетит. Я готовлю так, как умею. Если вам не нравится — дверь вон там.
Свекровь аж задохнулась.
— Ты что, совсем берега попутала?! Олег, ты слышишь, как она со мной разговаривает?!
— Света, ну зачем ты так, — Олег поднял руки примирительно. — Мам, пойдём отсюда, дай ей доделать.
— Я никуда не пойду! Это мой сын, мой дом, и я имею право высказать всё, что думаю! Твоя мамочка прилетит — я ей тоже скажу, что она за безответственность проявляет!
Света схватила телефон и набрала номер мамы. Та ответила после третьего гудка.
— Галя, как там дела?
— Доченька, сижу в аэропорту. Говорят, технические проблемы устраняют. Обещают через три часа вылететь. Ты не переживай, я приеду, торт не режь без меня!
Голос мамы звучал устало, и Света представила, как она сидит на жёстком кресле в зале ожидания, сжимая сумку с подарками.
— Мам, главное ты отдыхай там. Поешь чего-нибудь в кафе.
— Да какое кафе, тут цены космические! Я булочку купила, чаю попью. Ты там как, справляешься?
За спиной Нина Петровна продолжала что-то бурчать Олегу.
— Справляюсь, мам. Прилетай скорее.
Света положила трубку и обернулась. Свекровь стояла, скрестив руки на груди, и сверлила её взглядом.
— Ну что, будем ждать твою королеву? Гости придут, а главного человека нет. Позор на всю родню!
— Нина Петровна, у мамы задержка рейса! Она не специально!
— Не специально! — свекровь присела на стул и принялась обмахиваться рукой. — Надо было раньше ехать, на поезде, например. Но нет, ей обязательно самолётом! Понты дороже дочери!
— Мама экономила время! Ей на работу в понедельник, она отпросилась с трудом!
— Работа, работа… А семья? Ты вон тоже работаешь, но праздник организовала. Стол накрываешь. А она где? Болтается где-то!
Олег налил себе воды из-под крана и выпил залпом.
— Мам, ну успокойся. Прилетит, и всё будет хорошо. Правда, Света?
Света вернулась к плите и продолжила резать овощи. Нож стучал по доске чётко и ритмично, будто отсчитывая секунды до взрыва.
— Света, ты меня слышишь? — Нина Петровна встала и подошла ближе. — Я тебе говорю по-человечески: твоя мать подставляет нас всех. Гости придут, спросят, где виновница торжества и её родня. Что я им скажу? Что тёща застряла в аэропорту?
— Скажете правду. Что рейс задержали.
— Правду! — свекровь хлопнула ладонью по столу. — Правда в том, что нормальные люди заранее планируют! Приезжают накануне! А не в последний момент!
— Мама приезжала накануне! Билет был на вчера, но она перенесла, потому что у неё срочная работа была! Она старалась!
— Старалась! Для кого старалась? Для начальства, да? А для дочери — ничего!
Света резко обернулась, нож всё ещё в руке.
— Нина Петровна, если вы сейчас не замолчите, я вас попрошу уйти. Я устала от ваших упрёков. Моя мама делает всё, что может. Она одна меня растила после смерти отца. Работала на двух работах. Я не позволю вам её оскорблять!
Свекровь отшатнулась, словно её ударили.
— Олег! Ты слышишь?! Она меня выгоняет! Из дома моего сына!
Олег встал между ними, растерянно переводя взгляд с жены на мать.
— Девочки, ну хватит. Света, мама просто переживает. Мам, не надо так. Давайте все успокоимся.
— Я спокойна, — процедила Света сквозь зубы. — Просто надоело, что каждый раз, когда речь заходит о моей семье, начинаются упрёки.
— Какие упрёки?! — Нина Петровна всплеснула руками. — Я правду говорю! Вот когда моя сестра выходила замуж, её мать за три дня приехала! Помогала, накрывала, гостей встречала! А твоя что? Позвонила за день, сказала: мол, прилечу! И вот результат!
Телефон Светы снова зазвонил. Мама.
— Галя?
— Доченька, тут объявили. Рейс отменили совсем. Самолёт не починили. Предлагают завтра утром лететь или деньги вернуть.
У Светы подкосились ноги. Она опустилась на стул.
— Как отменили? Мам, а что теперь?
— Я попробую на поезд. Сейчас в кассу схожу, узнаю. Если успею купить билет, приеду к ночи. Но на праздник не попаду, извини, родная.
— Мам, не надо. Отдохни лучше. Приедешь завтра, посидим спокойно.
— Да нет, я попробую. Ты там держись, ладно? Я знаю, что твоя свекровь, наверное, уже весь мозг выела.
Света невольно улыбнулась сквозь подступающие слёзы.
— Угадала.
— Ты не слушай её. Главное, что мы с тобой вместе в душе. Я приеду, обязательно.
Света положила трубку и подняла глаза на свекровь. Та стояла с торжествующим видом.
— Ну что? Не прилетит твоя мамочка?
— Рейс отменили.
— Во! — Нина Петровна повернулась к Олегу. — Вот! Я что говорила! Не судьба ей на праздник попасть! Знак свыше!
— Какой знак?! — Света вскочила. — Вы что, радуетесь?!
— Радуюсь, что не придётся краснеть перед гостями! Скажем, что тёща заболела. Так приличнее будет!
— Она не заболела! Она сидит в аэропорту и пытается попасть на поезд! Чтобы приехать ко мне!
— На поезд! — свекровь присела на стул, изображая изумление. — Сколько это ехать? Пятнадцать часов? Она что, к утру приедет? Когда праздник закончится?
— Приедет, когда приедет! Главное, что приедет!
Олег налил себе ещё воды.
— Света, может, правда маме сказать, чтобы не ехала? Устанет же в дороге.
Света обернулась к мужу, и он вздрогнул от её взгляда.
— Ты серьёзно? Моя мама полжизни на двух работах пахала, чтобы я нормально жила. И ты предлагаешь мне сказать ей не приезжать?
— Я просто… ну, она же устанет…
— Заткнись, Олег. Лучше заткнись.
Нина Петровна встала и направилась к выходу.
— Всё. Я пойду к себе. Скажете, когда ваша королева соизволит появиться. Если вообще появится.
Гости начали приходить ровно в шесть. Света встречала их с натянутой улыбкой, принимала подарки и провожала в зал. Нина Петровна суетилась рядом, рассказывая всем, что тёща, к сожалению, заболела и не смогла приехать.
— Ничего, ничего, — утешала она Свету громким шёпотом, который слышали все. — Бывает. Главное, что мы здесь, родные люди.
Света сжимала кулаки и молчала. Стол был накрыт, салаты расставлены, торт ждал своего часа в холодильнике. Но внутри у неё всё клокотало.
В половине восьмого зазвонил телефон. Мама.
— Доченька, я на такси. Минут через двадцать буду. Билет на поезд не успела купить, но нашла попутчиков. Мы втроём на машине едем. Я скоро!
— Мам! Серьёзно?!
— Конечно! Думаешь, я пропущу твой юбилей?
Света вернулась в зал, где Нина Петровна как раз рассказывала какой-то тёте Зине о безответственности современных родителей.
— …вот молодёжь сейчас, сами понимаете. Работа для них важнее семьи. Дочка празднует, а мать где-то там, в своих делах…
— Нина Петровна, — Света перебила её, и голос прозвучал звонче, чем она ожидала. — Моя мама будет здесь через двадцать минут.
Свекровь замолчала на полуслове.
— Что?
— Моя мама. Едет. Сейчас. Будет через двадцать минут.
Гости заулыбались, загалдели. Тётя Зина захлопала в ладоши.
— Ой, как замечательно! Значит, успела всё-таки!
Нина Петровна побледнела.
— Но… рейс же отменили…
— Мама нашла машину и едет. Потому что для неё я важнее любой работы. И она не пропустит мой праздник ни за что.
Олег подошёл и обнял Свету за плечи.
— Молодец твоя мама. Настоящая женщина.
Света посмотрела на мужа и вдруг поняла, что сейчас, в эту секунду, она хочет услышать от него не дежурные фразы, а настоящую поддержку.
— Олег, если твоя мать ещё раз скажет что-то плохое про мою маму, я серьёзно задумаюсь, стоит ли нам дальше жить вместе.
Он опешил.
— Света, ты чего?
— Я серьёзно. Я устала терпеть её упрёки. Я устала быть виноватой в том, что моя мама работает. Что она не может прилететь за три дня до праздника. Что она не идеальна по меркам Нины Петровны.
Олег открыл рот, но ничего не сказал. Свекровь стояла в углу, сжав губы в тонкую линию.
Дверь распахнулась, и в квартиру влетела Галина Ивановна — растрёпанная, уставшая, но с огромным букетом роз в руках.
— Доченька моя! Поздравляю тебя!
Света бросилась к маме и обняла её так крепко, будто боялась, что она сейчас исчезнет.
— Мам, ты приехала…
— Конечно, приехала. Думала, я пропущу такой день?
Галина Ивановна огляделась, заметила гостей, кивнула им приветливо, а потом её взгляд остановился на Нине Петровне.
— Здравствуйте, сватья. Слышала, вы обо мне беспокоились.
Нина Петровна натянуто улыбнулась.
— Да нет, что вы. Просто переживали, что вы не успеете.
— Успела. Всегда успеваю, когда речь о моей дочери.
Праздник продолжился уже в совершенно другой атмосфере. Галина Ивановна сидела рядом со Светой, они перешёптывались, смеялись. Нина Петровна примолкла и больше не пыталась руководить происходящим.
Когда гости начали расходиться, Света проводила маму на кухню.
— Спасибо тебе, мам. Спасибо, что приехала.
— Доченька, а как иначе? Ты моя единственная. Я бы на крыльях прилетела, если бы могла.
Они сидели за столом, допивая остывший чай, когда в кухню заглянул Олег.
— Света, мама уходит. Хочет попрощаться.
Света поднялась и вышла в прихожую. Нина Петровна натягивала пальто, не глядя на неё.
— Нина Петровна, спасибо, что пришли.
Свекровь кивнула, всё ещё не поднимая глаз.
— Света, я… — она замялась. — Я, может, погорячилась немного. С мамой твоей.
Света молчала, ожидая продолжения.
— Просто я переживала, что праздник сорвётся. Понимаешь?
— Понимаю, Нина Петровна. Но моя мама никогда меня не подводила. Никогда. И вы не имели права так о ней говорить.
Свекровь кивнула, застегнула пуговицы и открыла дверь.
— Ладно. До свидания.
Дверь закрылась. Света вернулась на кухню, где мама всё ещё сидела, уткнувшись носом в чашку.
— Мам, ты чего?
— Устала, доченька. Но счастлива. Главное — что мы вместе.
Света обняла мать за плечи и поцеловала в макушку.
— Главное — что ты приехала. Несмотря ни на что.