— Ты же все равно дома сидишь, поиграй с племянниками! — заявила Катя, впихивая в мою квартиру двух орущих мальчишек.
— Катя, стой! — я попыталась блокировать дверь ногой. — У меня совещание через десять минут! Я работаю!
— Ой, да ладно тебе! — она махнула рукой, уже вызывая лифт. — "Работаешь". Клацаешь по клавишам. Это не мешки ворочать. Включишь им мультики и клацай дальше.
— Катя, я серьезно! Я не могу с ними сидеть!
— Маш, ну выручай! Мне на маникюр срочно, запись горит! Я на два часика! Они поели!
Лифт приехал. Катя заскочила в него и помахала ручкой.
— Люблю, целую!
Двери закрылись.
Я осталась в коридоре с пятилетним Сашей и семилетним Витей.
— Тетя Маша, я какать хочу! — заявил Саша.
— А я пить! — заорал Витя. — Дай колу!
Я посмотрела на часы.
До зума с заказчиком оставалось семь минут.
Проект горит. Бюджет — полмиллиона. Если я сейчас облажаюсь, меня уволят. Или оштрафуют.
— Так, — сказала я, стараясь не паниковать. — Быстро в туалет, потом на кухню. Колы нет, есть вода. И тихо! Тетя Маша работает!
Я усадила их на кухне, дала раскраски (которые остались от прошлого визита) и печенье.
— Ни звука! — пригрозила я. — Кто будет тихо сидеть, тому... тому куплю киндер!
Побежала в кабинет.
Надела гарнитуру. Включила камеру.
— Добрый день, коллеги! — улыбнулась я в экран, молясь, чтобы дети не разнесли кухню.
— Мария, добрый день. Покажите нам макеты сайта.
— Конечно. Вот, смотрите...
Первые десять минут прошли идеально.
Я расслабилась.
И тут...
БА-БАХ!
Грохот был такой, словно на кухне взорвалась бомба.
Затем — дикий визг.
— ИЗВИНИТЕ! — крикнула я заказчику, срывая наушники.
Я влетела на кухню.
Картина маслом.
Витя решил достать "вкусняшки" с верхней полки. Поставил стул на стол.
Стул упал. Вместе с Витей. И зацепил полку со специями.
Весь пол в карри, перце и осколках банок.
Витя орет (испугался). Саша орет за компанию.
— Вы живы?! — я ощупала Витю. Вроде цел.
— М-маша... — в дверях кабинета (я забыла закрыть!) появился мой начальник. Виртуально, с экрана монитора. — У вас все в порядке?
Я обернулась.
Саша, увидев "дядю в телевизоре", побежал туда.
— Дядя, привет! — и ткнул пальцем в мой профессиональный монитор за 50 тысяч рублей.
Пальцем, вымазанным в шоколадном печенье.
И не просто ткнул.
Экрана коснулась его вторая рука. В которой была... металлическая машинка.
ХРЯСЬ!
По матрице поползла красивая, радужная паутина.
— Ой... — сказал Саша.
Заказчик на экране (который теперь был разделен трещиной пополам) молчал.
— Простите, — прошептала я. — У нас ЧП. Я перезвоню.
Я закрыла ноутбук.
Села на пол среди рассыпанного перца.
Сердце колотилось где-то в горле.
Монитор разбит.
Совещание сорвано.
Я потеряла клиента. Скорее всего.
И пять часов рабочего времени.
Катя пришла не через два часа. А через пять.
Довольная. С новым маникюром "френч".
— Ну как мои зайчики? Не скучали? — пропела она, заходя в квартиру.
В нос ей ударил запах валерьянки.
Я сидела в коридоре на пуфике. Дети, притихшие, сидели на диване (я включила им мультики, мне было уже все равно).
— Маш, ты чего такая бледная? — Катя нахмурилась. — Зайчики, вы вели себя хорошо?
— Тетя Маша плакала, — сдал меня Саша. — Я монитор разбил.
— Что?! — Катя округлила глаза.
Я молча протянула ей листок бумаги.
— Что это?
— Это счет.
— Какой еще счет?
— За услуги няни. И за порчу имущества.
Катя взяла листок.
— "Няня (срочный тариф) — 5 часов х 3000 руб = 15 000 руб. Монитор Dell UltraSharp — 55 000 руб. Упущенная выгода (потеря клиента) — 100 000 руб. Итого: 170 000 руб".
Она рассмеялась.
— Маш, ты дура? Какой счет? Я же сестра твоего мужа!
— Именно поэтому я не вызываю полицию. Пока.
— Ты с ума сошла! Племянники же! Они дети! Ну разбили экранчик, подумаешь... Купишь новый, ты же богатая!
— Я работала. Катя. Я РАБОТАЛА. Ты сорвала мне сделку. Ты уничтожила мой инструмент.
— Да какая это работа?! — взвизгнула она. — Сидишь дома, в пижаме! Вот я на заводе пахала до декрета, вот это работа! А ты... Кнопкодав!
В этот момент открылась дверь.
Пришел Олег, мой муж.
— О, Катюха! Привет! А чего вы кричите?
— Твоя жена с меня деньги требует! — Катя сунула ему листок. — Совсем ополоумела! За то, что я детей на пару часиков оставила!
Олег пробежал глазами текст.
— Маш... 170 тысяч? Ты серьезно?
— Пойдем, — сказала я.
Я отвела его в кабинет. Показала разбитый монитор.
Показала письмо от заказчика, который отказался от сотрудничества из-за "непрофессионализма".
Олег побледнел.
Он знал, сколько стоит этот монитор. Мы покупали его вместе.
И он знал, как важен был этот клиент.
— Кать, — сказал он, выходя в коридор. — Тебе придется заплатить.
— Что?! — Катя чуть не упала. — Олег! Ты предатель! Я матери позвоню!
— Звони кому хочешь. Маша работает. Это ее офис. Ты разнесла офис.
— У меня нет таких денег! Я в декрете!
— Значит, муж твой заплатит. Или мать. Мне все равно. Срок — три дня.
Катя ушла, хлопнув дверью так, что посыпалась штукатурка.
Детей уволокла за шкирку.
Вечером телефон Олега разрывался. Звонила свекровь.
— Как вы можете?! С родной сестры деньги трясти?! У нее дети!
Олег слушал молча. Потом сказал:
— Мам. Маша потеряла заработок. Кто будет платить нашу ипотеку? Ты? Катя?
Свекровь бросила трубку.
Деньги нам вернул муж Кати, Вадим.
Приехал на следующий день. Мрачный.
— Извини, Маш. Она мне сказала, что ты сама предложила посидеть.
— Я не предлагала. Она их бросила и убежала.
— Ясно. Вот деньги за монитор. И... за моральный ущерб.
Он положил конверт на стол.
— Больше этого не повторится.
Я купила новый монитор.
Лучше прежнего.
И повесила на входную дверь табличку.
"Внимание! Ведется видеонаблюдение. Вход только по предварительной записи. Стоимость часа пребывания — 5000 рублей".
Катя со мной не разговаривает.
И слава богу.
Зато теперь я работаю в тишине.
И мои клиенты видят на экране профессионала, а не заплаканную няньку.
Потому что работа из дома — это работа.
И точка.
Автор: Марина Северова
Подписывайтесь на мой канал! Здесь мы говорим о том, о чем принято молчать.