— Моя сестра поживет у нас всего недельку, ей идти некуда, — муж умоляюще сложил руки.
— Я не знала, что «неделька» превратится в ад, — ответила я, глядя на гору чемоданов в прихожей.
Я люблю свой дом.
Это не просто стены и крыша. Это моя крепость. Моя нора.
Я купила эту "двушку" пять лет назад. Сама.
Работала на двух работах, отказывала себе во всем.
Я фрилансер. Дизайнер интерфейсов.
Мне нужна тишина. Идеальный порядок. И чтобы никто не стоял над душой.
Поэтому, когда я выходила замуж за Олега, мы договорились сразу.
— Квартира моя, правила мои, — сказала я тогда.
Олег кивнул. Он казался понимающим.
Спокойный, неконфликтный. Работает в офисе, уходит рано, приходит поздно.
Идеальный муж для интроверта.
Так я думала.
Пока не зазвонил телефон.
Был вторник. Я сидела в своем кабинете (бывшая спальня, переделанная под офис).
Горел дедлайн по проекту. Нервы были на пределе.
— Лен, тут такое дело... — голос Олега в трубке был виноватым.
Я напряглась.
— Что случилось?
— Света едет.
Света — это сестра Олега. Золовка.
Я видела её два раза. На нашей свадьбе и на похоронах её хомячка (да, она устраивала поминки по хомяку).
Оба раза она показалась мне... громкой.
— Зачем? — спросила я.
— У нее проблемы. С работы уволили, с парнем рассталась. Депрессия.
Олег вздохнул.
— Мама звонила, просила приютить. Она работу в городе искать будет.
— Олег, — я потерла переносицу. — У меня проект. Мне нужна тишина.
— Ленусь, ну это ненадолго! Неделька, максимум две. Она тихая будет, ты её даже не заметишь.
Я не хотела. Категорически.
Но муж просил. Впервые за два года брака он о чем-то меня просил так настойчиво.
— Хорошо, — сказала я. — Неделя. И чтобы никаких гостей.
— Спасибо, родная! Ты лучшая!
Вечером приехала Света.
Я ожидала увидеть несчастную женщину с красными от слез глазами.
Вместо этого в мою прихожую ввалилось цунами.
— Всем привет! — заорала она с порога. — Ну и пробки у вас! Жуть!
За ней в квартиру вплыли три огромных чемодана.
— Света, тише, — попросил Олег, косясь на дверь моего кабинета. — Лена работает.
— Да ладно! — она махнула рукой. — Работа — не волк. Ой, какой ремонт! Скучновато, конечно, серого много. Я бы сюда фиолетового добавила, для энергии.
Я вышла из кабинета.
— Привет, Света. Фиолетового не надо. И чемоданы, пожалуйста, сразу в гостиную.
Она смерила меня взглядом.
— О, привет, хозяйка. Ты чего такая бледная? Не кормит тебя мой братец?
Она рассмеялась своей шутке. Громко, басовито.
Первый вечер прошел относительно спокойно.
Света заняла гостиную. Разложила свои вещи.
Везде.
Ее косметика была в ванной (заняла обе полки), ее куртка — на вешалке для гостей, ее обувь — по всему коридору.
— Света, — сказала я, наткнувшись на кроссовок по дороге на кухню. — У нас обувь ставят в шкаф.
— Ой, да ладно тебе! — отозвалась она из гостиной. — Я же только вошла!
Телевизор работал на полной громкости. Какой-то сериал.
— Сделай потише, пожалуйста, — попросила я.
— Да там не слышно ничего, если тихо! — возмутилась она. — Бубнят себе под нос...
Я закрылась в кабинете. Надела наушники.
"Неделя, — сказала я себе. — Всего одна неделя".
Прошло три дня.
Света работу не искала.
Она спала до двенадцати. Потом шла на кухню.
Гремела посудой. Варила кофе (мой, дорогой, который я берегу для особых случаев).
Потом включала телевизор.
Я выходила из кабинета в два часа дня — пообедать.
К этому времени раковина была полна грязной посуды.
На столе — крошки.
В воздухе — запах дешевых духов и лака для волос.
— Света, ты почему за собой не убрала? — спросила я, глядя на гору тарелок.
Она лежала на диване, красила ногти.
— Ой, Лен, да я потом. Лак же сохнет! Не будь занудой.
Я молча вымыла посуду.
Вечером я поговорила с Олегом.
— Она ведет себя как в отеле, — сказала я. — Ест мои продукты, не убирает, шумит. И работу не ищет.
— Ну дай ей время, — Олег обнял меня. — У человека стресс. Она отойдет и начнет искать. Потерпи.
Я потерпела. Еще три дня.
В субботу мне нужно было уехать на встречу с заказчиком.
Я вернулась через четыре часа.
В квартире играла музыка. Громкая, клубная.
В прихожей стояли чужие мужские ботинки. Две пары.
Из гостиной доносился смех.
Я зашла в комнату.
Света сидела на диване. Рядом — два парня. На столе — пиво, чипсы, рыба.
Мой идеально чистый журнальный столик был завален шелухой и пустыми банками.
— О, Ленок вернулась! — Света помахала мне рукой. В другой руке у нее была сигарета.
В моей квартире. Где не курят.
— Что здесь происходит? — спросила я ледяным тоном.
Парни переглянулись. Один, тот, что в майке, ухмыльнулся:
— А че, нельзя? Мы тихо сидим, общаемся.
— Вон, — сказала я.
— Чего? — не поняла Света.
— Все вон. Сейчас же.
— Лен, ты чего истеришь? — она встала. — Это друзья мои, Серега и Вадик. Зашли проведать.
— С сигаретой? В моей квартире?
— Да я в форточку дымлю!
Я подошла к окну. Распахнула его настежь.
— У вас две минуты. Или я вызываю полицию.
Парни поняли, что я не шучу. Собрались быстро. Бурчали что-то про "бешеную бабу", но ушли.
Света осталась стоять посреди комнаты.
— Ты нормальная вообще? — спросила она. — Перед пацанами опозорила!
— Это мой дом, — сказала я. — И здесь мои правила. Никаких гостей. Никакого курения.
— Ой, да подавись ты своим домом! — она плюхнулась обратно на диван. — Жмотяра. Только о вещах и думаешь. Люди для тебя — мусор.
Я ушла в кабинет. Трясло меня знатно.
Вечером пришел Олег.
Света тут же бросилась к нему. В слезах.
— Олежек! Она меня выгнала! Друзей моих выгнала! Орала как резаная! Сказала, что я бомжиха!
Олег зашел ко мне. Лицо у него было хмурое.
— Лен, зачем так жестко? Ну зашли ребята, ну посидели. Света же молодая, ей общение нужно.
Я посмотрела на него.
— Олег, они курили в гостиной. И пили пиво. Ты забыл? Я терпеть не могу запах табака.
— Ну проветрили бы... Зачем скандал устраивать? Света плачет теперь.
— А то, что она нарушает мои границы, тебя не волнует?
— Лен, ну она же сестра моя! Родная кровь! Будь снисходительнее. Она еще недельку побудет и съедет.
— Неделя уже прошла, Олег.
— Ну еще недельку! Пожалуйста.
Я сдалась. В последний раз.
Зря.
Света, почувствовав поддержку брата, совсем распоясалась.
Она начала "улучшать" мой быт.
Переставила цветы на подоконнике. ("Им там света мало было").
Выбросила мои "старые" баночки со специями. ("Они выдохлись, я новые куплю").
Начала готовить.
Жирные, жареные котлеты. Запах стоял такой, что меня тошнило даже в кабинете.
— Мужика кормить надо нормально! — заявила она, когда я попросила не жарить на сале. — А то он на твоих салатиках ноги протянет. Вон какой худой!
Олег ел котлеты и нахваливал.
— Вкусно, Светка! Как у мамы!
Я чувствовала себя лишней в собственной кухне.
Развязка наступила во вторник.
У меня был созвон с важным клиентом. Видеоконференция.
Я предупредила всех: с 14:00 до 16:00 — полная тишина. Интернет не занимать.
Олег был на работе. Света кивнула: "Да поняла я, не тупая".
В 14:15, когда я презентовала макет, связь оборвалась.
Экран погас. "Нет подключения к сети".
Я кинулась к роутеру в коридоре. Он работал.
Забежала в гостиную.
Света сидела перед телевизором (Smart TV, подключен к Wi-Fi) и смотрела... фильм в 4K.
Параллельно она качала что-то на ноутбуке Олега.
— Света! — закричала я шепотом (за дверью меня могли услышать). — Выключи! Интернет упал!
— Ща, досмотрю момент! — отмахнулась она. — Самое интересное!
— Выключи немедленно!
Я выдернула шнур телевизора из розетки.
Экран погас.
Света вскочила.
— Ты че творишь?!
— Я просила! — меня трясло. — Я просила не занимать канал! У меня работа! Деньги!
— Да подавись ты своими деньгами! — заорала она. — Только и знаешь: работа, деньги, тишина! Скучная ты баба, Ленка! Мужика пожалела бы! Он с тобой от тоски взвоет!
Я вернулась в кабинет. Подключилась с мобильного.
Извинилась перед заказчиком. Сказала "технические неполадки".
Мы продолжили.
Но через десять минут в дверь кабинета начали долбить.
— Ленка! Открой! У меня сериал не грузится! Ты пароль сменила?!
Заказчик замолчал. Посмотрел на меня.
— У вас там... все в порядке?
— Простите, — я сгорела от стыда. — Соседи ремонт делают.
Я закончила разговор. Проект приняли, но с натяжкой.
Я вышла из кабинета.
Света стояла под дверью, злая как фурия.
— Ты че пароль поменяла?!
— Собирай вещи, — сказала я.
— Че?
— Вещи собирай. Сейчас же. Чтобы через час тебя здесь не было.
— Ты меня не выгонишь! — она уперла руки в бока. — Квартира общая! Олег мне разрешил!
— Квартира моя. Куплена до брака. Документы показать?
— Я Олегу позвоню!
— Звони. Кому хочешь. Час времени. Потом я выношу твои чемоданы на лестницу.
Она позвонила Олегу. Орала в трубку, что я ее избила (ложь), что я неадекватная.
Олег примчался через сорок минут.
Я сидела на кухне, пила воду. Руки дрожали, но внутри была ледяная решимость.
Света сидела в гостиной, демонстративно рыдая над несобранным чемоданом.
— Лена! — Олег влетел в кухню. — Что происходит?! Почему Света плачет?!
— Потому что она уезжает, — спокойно ответила я. — Прямо сейчас.
— Куда?! Ей некуда идти!
— В гостиницу. К друзьям. На вокзал. Мне все равно.
— Ты... ты чудовище! — выдохнул он. — Родную сестру... на улицу... из-за какого-то интернета?!
— Не из-за интернета, Олег. Из-за неуважения. Ко мне. К моему дому. К моей работе. Она сорвала мне встречу. Она хамит. Она превратила мою жизнь в ад.
— Она просто темпераментная! — защищал он. — Ей тяжело! А ты... ты эгоистка! Тебе только комфорт важен!
— Да, — кивнула я. — Мне важен комфорт. В моем доме.
— Если она уйдет, я тоже уйду! — выпалил он.
Это был ультиматум.
Он был уверен, что я испугаюсь.
Что я начну извиняться, лишь бы "любимый муж" не ушел.
Я посмотрела на него.
На его перекошенное злостью лицо. На то, как он защищает хамку-сестру, обвиняя меня во всех грехах.
И поняла: а ведь он такой же.
Он не жертва. Он соучастник.
Ему удобно быть "хорошим братом" за мой счет.
— Хорошо, — сказала я.
— Что "хорошо"? — не понял он.
— Уходи. Вместе с ней.
Он замер. Рот открылся в немом изумлении.
— Ты... ты меня выгоняешь? Мужа?
— Мужа, который не уважает жену. Да. Вещи собрать или сам справишься?
— Ну и пойдем! — он покраснел. — Пойдем, Света! Ноги моей здесь не будет! Ты еще пожалеешь! Приползешь!
Они собирались громко.
Света швыряла вещи в чемоданы, материлась.
Олег ходил с видом оскорбленного достоинства.
Я сидела в кабинете и слушала.
Когда хлопнула входная дверь, я подождала пять минут.
Потом вышла.
В квартире было тихо.
Грязно, но тихо.
Я закрыла дверь на замок (он у них был, но запасной).
И первым делом позвонила мастеру по смене замков.
Вечером я убиралась.
Мыла полы. Проветривала комнаты от запаха дешевых духов и жареного лука.
Выбросила все "подарки" Светы — дурацкие статуэтки, салфеточки.
Квартира снова становилась моей.
Телефон я отключила. Знала, что там будет.
На следующий день включила.
Тридцать пропущенных.
От Олега. От свекрови. От Светы.
Сообщения:
"Ты разрушила семью!" (Свекровь).
"Вернись, мы готовы простить" (Олег).
"Стерва!" (Света).
Я заблокировала их всех.
Через неделю Олег пришел.
Караулил меня у подъезда.
Выглядел помятым.
Видимо, жизнь "на съемной квартире с темпераментной сестрой" оказалась не такой сладкой.
— Лен, нам надо поговорить.
— Нам не о чем говорить, Олег.
— Ну я погорячился. Ну перегнул. Но ты тоже хороша... Давай мириться. Света уехала к маме.
— Поздравляю.
— Ну так что? Я вернусь? Я соскучился. И котлеты эти магазинные жрать не могу... У тебя вкуснее.
Я засмеялась.
Он даже не понял. Не "я тебя люблю", а "котлеты вкуснее".
— Нет, Олег.
— Почему?
— Потому что я не хочу жить с человеком, для которого я — ресурс. И для которого желания наглой сестры важнее моего спокойствия.
— Но я же муж!
— Был муж. Стал гость. А гости, которые плохо себя ведут, уходят. Навсегда.
Я зашла в подъезд.
Дома было тихо. Идеально тихо.
Я налила себе кофе (вкусный, из капсулы).
Села у окна.
Одиноко?
Немного.
Но лучше быть одной в своей крепости, чем в осаде в собственном доме.
Семья — это там, где тебя берегут.
А не там, где проверяют твои границы на прочность.
Теперь я точно знаю: если мужчина не может защитить тебя от своей родни — он не мужчина. Он просто сын своей мамы. И брат своей сестры.
А место мужа в его жизни — вакантно.
Автор: Марина Северова
Подписывайтесь на мой канал! Здесь мы говорим о том, о чем принято молчать.