💼 Глава 8: Ночной гость в белом халате
Три дня. Семьдесят два часа, чтобы предотвратить медицинское убийство. План
Адама был безумен, но иного выбора не было: проникнуть в кабинет Эмира
ночью и найти доказательства — препарат, записи, что угодно.
Он действовал на автопилоте, используя мышечную память тела Керема:
уверенная походка, расправленные плечи. Код от служебного входа,
найденный в заметках, сработал.
Клиника погрузилась в сонное, дезинфицированное безмолвие, прерываемое лишь тихим гулом холодильников.
Каждый скрип его собственных шагов по линолеуму отдавался в висках
громом.
Кабинет Эмира был заперт. Но у Керема, как выяснилось, был и отмычка в одном из брелков — изящная шпилька для кражи данных с USB.
Как много я о тебе не знал, брат, — с горькой иронией подумал Адам, проворачивая механизм. Дверь поддалась.
Внутри пахло лекарствами и влажной стерильностью. Он не стал включать свет,
довольствуясь фонариком телефона. Его луч выхватывал из тьмы стеллажи с
папками, модель скелета, компьютер.
Сначала он обыскал стол. В ящике, под стопкой бланков, лежал конверт с деньгами и расписка с подписью Керема — аванс за «особое наблюдение». Адам сфотографировал её.
Потом его взгляд упал на небольшой холодильник для препаратов. Сердце
заколотилось.
Внутри, среди стандартных ампул, стоял ничем не подписанный флакон с прозрачной жидкостью. Рядом лежал одноразовый шприц. Это было слишком очевидно, почти как подстава.
Но время заканчивалось. Он взял флакон, завернул в салфетку и сунул во внутренний карман.
Доказательство. Теперь нужно найти что-то, связывающее Эмира с
матерью Керема.
Он наклонился, чтобы проверить нижний ящик, и в этот момент луч фар от
проезжающей машины скользнул по окну. В тёмном стекле на миг отразилась
фигура.
Не его. Кто-то стоял в дверях кабинета, молча наблюдая.
Адам резко обернулся, прижавшись спиной к столу. В проёме, силуэтом на фоне слабого света коридора, стояла Элиф.
Она была бледна как полотно, глаза огромные, полные непонимания и ужаса. В
одной руке она сжимала телефон, в другой — ключи от его, Адамовой,
машины.
Видимо, она приехала в больницу ночью, как часто делала, и
увидела свет в кабинете.
— Керем? — её шёпот разорвал тишину, как стекло. — Что ты здесь делаешь? Что у тебя в руках?
Его разум лихорадочно работал. Любая ложь теперь будет катастрофой. Но и правда — немыслима.
«Я Адам, я ищу лекарство, которым меня хотят убить». Она сочтёт его сумасшедшим или, что хуже, поверит и сломается.
— Элиф, я могу всё объяснить, — начал он, медленно поднимая руки в умиротворяющем жесте. — Но не здесь. Пойдём.
— Объясни сейчас! — её голос окреп, в нём зазвучала сталь, которую он не
слышал с тех пор, как она руководила их общей стройкой. — Ты что-то
украл? Это связано с Адамом? Я видела, как ты вышел от Эмира днём. Вы
что-то замышляете?
Она сделала шаг вперёд, и свет из коридора упал на её лицо. Она не просто
испугана. Она в ярости. И она блокировала единственный выход.
В этот момент в кармане Адама завибрировал телефон Керема. Эмир. На
экране горело имя. Звонок был как удар тока. Если он не ответит, врач
заподозрит неладное.
Если ответит — Элиф услышит разговор.
Он принял решение за долю секунды. Он нажал «отклонить» и бросил телефон
на мягкий ковёр. Звук был глухим, но в тишине он прозвучал как выстрел.
— Элиф, послушай меня, — его голос, голос Керема, дрогнул от искреннего
отчаяния. Он больше не играл. — Завтра, в понедельник, с Адамом должно
произойти «ухудшение». Его хотят убить. Я пытаюсь это предотвратить.
Этот флакон… возможно, яд. Доверься мне ещё на один день. Один день!
Завтра я всё докажу.
Она смотрела на него, и её взгляд был подобен сканеру, сдирающему слои лжи.
Он видел, как в её голове сталкиваются факты: странное поведение
«Керема», его нынешний ночной визит, её собственные подозрения насчёт
слишком уж «стабильного» состояния мужа.
— Почему я должна тебе верить? — прошептала она. — После всего, что ты говорил… после твоих «предложений»…
— Потому что завтра я приду к тебе с правдой. И с выбором. Если я солгал —
звони в полицию. Говори, что я вымогал у тебя деньги, воровал
лекарства, что угодно. Но дай мне эти сутки. Ради него. Ради Адама.
Он произнёс своё имя не как соперник, а как заклинание, как самую святую
клятву. В его глазах стояли неистовые, неподдельные слёзы. Слёзы Адама,
которые нашли выход через чужие слёзные протоки.
Элиф замерла. Её взгляд упал на фотографию на столе Эмира — тот снят с
Керемом и его матерью на какой-то благотворительной вечеринке. Сеть была
повсюду.
— Хорошо, — сказала она тихо, ледяным тоном. — Одни сутки. Но если завтра к вечеру я не услышу правду, которая убедит меня, ты больше не увидишь ни меня, ни Адама. А эта ночная прогулка станет достоянием полиции. Я сохраню
запись с камеры в коридоре.
Она повернулась и вышла, не оглядываясь. Адам остался один в тёмном
кабинете, с флаконом-уликой в кармане и с всесокрушающей тяжестью на
душе.
Он выиграл отсрочку, но цена была огромной — хрупкое доверие Элиф
теперь висело на волоске. А завтра ему предстояло не только сорвать
убийство, но и раскрыть ей правду.
Правду, в которую невозможно поверить.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...
Как вы думаете, сможет ли Элиф поверить в невероятную правду, или реальность окажется для неё страшнее любой лжи?