В Нижнем Новгороде «Евгений Онегин», спрятавшись за классическими декорациями, оказался спектаклем радикально режиссерским. И этот радикализм откровенно удручает.
Главное событие нынешнего сезона в Нижегородском театре оперы и балета – премьера «Евгения Онегина». Самая популярная русская опера в России и в мире для театра, который носит имя Пушкина и три десятилетия проводит фестиваль «Болдинская осень», безусловно знаковое сочинение: оно никогда не выходило из репертуара, начиная с первой постановки в 1935 году, и обращение 2016 года – уже десятое.
Новую версию предложил главный режиссер театра Дмитрий Суханов – сам прославленный певец, выходивший в партии титульного героя на родную нижегородскую сцену и другие сцены России многократно. Он решил прочитать известное произведение весьма своеобразно, поставив своего героя-баритона в центр повествования. Известно, что Чайковский первоначально планировал назвать оперу отлично от пушкинского романа – «Татьяна Ларина», и каждому слушателю понятна логика такого намерения. По ней же Суханов считает, что Онегин оказался в этой опере обиженным, его роль, несмотря на то, что он титульный герой, второстепенная, и затмила его не только Татьяна, но и Ленский (не секрет, что частенько после сцены дуэли зрительный зал заметно пустеет), а в ряде сцен и другие персонажи (Няня, Гремин и пр.). Поэтому режиссер попытался высветить Онегина, но сделал это весьма неуклюже: купируя ряд картин, сцен, перемещая некоторые музыкальные фрагменты из привычных мест партитуры в иные. Например, до известного всем вступления к опере почему-то звучит кусок музыки из греминского бала.
Получилась очень странная концепция. Конечно, есть много опер, написанных неровно, при гениальных страницах в них присутствуют и малоудачные, проходные моменты, так что купюры бывают оправданны и даже необходимы. Но все это совершенно не относится к «Евгению Онегину» – опере очень цельной, продуманной и выстроенной, где нет ни одной лишней фразы и даже ноты, ни одного немотивированного действия, поступка. Вот, например, Няня: образ, разумеется, не главный, но важный, если не ключевой, ведь отношения Татьяны и Филиппьевны, их контакт и взаимопонимание определяют очень многое в судьбе главной героини, и когда этот персонаж фактически отсутствует, сведен купюрами к эпизодическому минимуму, здание оперы оказывается перекошенным, разбалансированным, негармоничным.
В новой нижегородской версии куплеты Трике переданы Ленскому (хотя смешной француз присутствует в опере, но поет лишь несколько начальных фраз), в чем можно усмотреть цитату из других постановок «Евгения Онегина» (в частности, работы Чернякова в Большом в 2006-м году), но дело даже не в этом: не вполне понятно, зачем это сделано, что дает это повествованию Чайковского, какие новые смыслы? Похоже на пустое оригинальничание – чтобы было не так, как у всех.
Постановка, решенная в классических рамках (декорации и костюмы Юлии Акс отсылают к пушкинским временам), рядящаяся в исторические одежды, оказывается махрово «режоперной», где волюнтаристски смещены акценты, и рационального объяснения этому найти невозможно. Удивительно было встретить такое «революционное» решение у режиссера, который принадлежит к старшему поколению и сам вокалист.
Музыкальная интерпретация убедила гораздо больше, чем театрально-драматическая, хотя и здесь было не все идеально. Удивили некоторые темпы и опять же акценты маэстро Рената Жиганшина, не во всем убедительные, а кроме того, сыгранность оркестра театра оказалась не наилучшей, ниже того уровня, что демонстрировалась, например, на других премьерах («Казаки», «Анна-Марина») и на прошлогодней «Болдинской осени» («Пиковая дама», «Русалка»).
Состав вокалистов – все штатные солисты Нижегородской оперы. Среди лидеров – Татьяна в исполнении Светланы Ползиковой, с голосом ярким и трепетным, Гремин Михаила Наумова с весомым, сочным басом, Ларина Екатерины Ефремовой с выразительным и величественным вокалом и, конечно же, благородный, аристократичный Онегин Алексея Кошелева. Увы, были и аутсайдеры: не вполне интонационно корректная Ольга Ольги Борисовой, к тому же еще и актерски весьма наигранная, несовершенная, а также абсолютно неубедительный вокально Ленский в исполнении Михаила Меньшикова, недавно перешедшего из челябинского театра в нижегородский. Дефицит теноров, конечно, большая и вечная проблема, но выпускать в центральной, одной из самых знаменитых русских оперных партий недоученного вокалиста – шаг странный, и оправдать его ничем невозможно.
31 декабря 2016 г., "Играем с начала"