Я давно заметил одну странную вещь. Стоит заговорить о любом советском автомобиле, как обязательно кто-нибудь спросит: «А это у кого слизали?» Иногда — с ухмылкой, иногда — с искренним интересом. Будто без американского следа у нас вообще ничего ездить не могло. С ГАЗ-51 этот разговор особенно занятный. Потому что да, след был. Но история получилась куда сложнее, чем «украли — скопировали — поехали». Хотя началось всё, как обычно, не с машины, а с завода. В начале 30-х в Нижнем Новгороде построили автомобильный гигант. Помогали американцы, всё официально, по договору. Взамен Советский Союз получил технологии и право выпускать грузовик Ford AA. У нас он стал сначала НАЗом, потом ГАЗ-АА. И вот тут наступил неловкий момент. Пока в СССР только разворачивали производство, в США от этой модели уже отказались. Там она считалась устаревшей. А у нас — свежак, гордость промышленности. ГАЗ-АА, конечно, отработал своё. Без него не было бы ни стройок, ни фронтовых колонн. Но довольно быстро стало