Телефон завибрировал в тот момент, когда я раскладывала банковские выписки на кухонном столе.
— Аня, дорогая, я веду Сергея Витальевича к нам на ужин. Через час будем. Пусть Роза приготовит что-нибудь особенное.
Игорь отключился, даже не дождавшись ответа. Как обычно.
Сергей Витальевич. Его начальник по региональным продажам. Того самого, перед которым муж пыжится уже полгода, пытаясь получить повышение.
Я посмотрела на выписку в руках. Там, чёрным по белому: «Перевод физическому лицу, Гринёва Р.А. — 75 000 руб.» За прошлый месяц. А мне он сказал, что домработница берёт двадцать пять.
Роза ушла два часа назад. Навсегда. С громким хлопком двери и обещанием рассказать всем, какой у меня муж.
Телефон завибрировал снова. Игорь прислал фотографию — он с начальником в ресторане, оба с бокалами, под фото: «Едем! Роза пусть постарается!»
Я убрала выписки в папку и села в кресло у окна.
Пусть постарается.
Месяц назад я случайно открыла не ту выписку. Перепутала — думала, это по нашему совместному счёту, а оказалось — по его корпоративному. Там регулярно мелькала фамилия Гринёва.
Семьдесят пять тысяч ежемесячно.
— Игорь, а сколько мы платим Розе? — спросила я за ужином.
— Двадцать пять, как договаривались. А что?
— Просто уточняю для бюджета.
Он поправил запонки на рубашке. Всегда так делал, когда нервничал.
— Деньги кончаются? Я могу прибавку ей сделать. Хорошо же работает.
Уже сделал. Втрое.
Но я промолчала. Стала наблюдать. И поняла: Игорь играет роль успешного мужчины перед домработницей. Дарит ей дорогие подарки «от жены», покупает продукты в элитных магазинах, когда она с ним. Приглашает её семью на шашлыки на дачу.
Розе это нравилось. Она называла его «Игорь Михайлович» и рассказывала соседям, как ей повезло с работодателями.
А корпоративные деньги утекали со скоростью водопада.
Я работаю бухгалтером уже пятнадцать лет. Умею читать цифры как детективный роман. И этот роман рассказывал мне, что мой муж ворует у своей компании, чтобы произвести впечатление на домработницу.
Идиот.
Сегодня утром я дождалась, когда Игорь уедет на работу.
— Роза, садитесь. Нам нужно поговорить.
Она насторожилась, но села за стол.
— Вы получаете от моего мужа семьдесят пять тысяч в месяц?
Роза покраснела, но не стала отрицать.
— Игорь Михайлович очень щедрый человек. Ценит хорошую работу.
— Эти деньги украдены из его фирмы.
Тишина. Потом:
— Я... я не знала...
— Теперь знаете. У вас есть два варианта. Первый: я обращаюсь в полицию, и вы становитесь соучастницей мошенничества. Второй: вы увольняетесь прямо сейчас и забываете дорогу в наш дом.
Роза выбрала второй вариант. Хлопнула дверью так, что задрожали стёкла в серванте.
И вот теперь я сижу в кресле и жду.
Пусть постарается.
Звук ключей в замке раздался ровно в восемь. Игорь ворвался в прихожую, крича на всю квартиру:
— Роза! Роза, где ты?
За ним вошёл мужчина в дорогом костюме — Сергей Витальевич. Высокий, седой, с внимательными глазами.
— Аня! — Игорь влетел в гостиную. — Где Роза? Почему не накрыто?
Я спокойно отложила журнал.
— Роза больше не работает у нас.
Игорь замер. Поправил запонки.
— Как... как это не работает?
— Уволила её сегодня утром.
Сергей Витальевич остановился в дверях, явно чувствуя неладное.
— Но почему? — голос Игоря сорвался на фальцет. — За что?
Я встала с кресла. Посмотрела на них обоих.
— За воровство.
Красное пятно поползло по шее Игоря.
— Какое... какое воровство? О чём ты говоришь?
— «Готовь, свинья!» — бросил муж. Он не знал, что я уволила его любимую домработницу ещё утром.
Игорь побледнел. Сергей Витальевич поднял брови.
— Извините, я что-то не понял...
— Спросите у своего сотрудника, — сказала я, доставая папку с выписками. — Спросите, на что он тратит корпоративные средства. И почему домработница получала с фирменного счёта семьдесят пять тысяч в месяц.
Тишина была оглушительной.
Сергей Витальевич медленно повернулся к Игорю.
— Игорь Михайлович, это правда?
Мой муж открывал и закрывал рот, как рыба. Поправлял запонки снова и снова.
— Я... это не то, что вы думаете... Я хотел создать хорошую атмосферу дома... для работы...
— Семьдесят пять тысяч в месяц домработнице? — голос Сергея Витальевича стал ледяным. — Это вы называете рабочими расходами?
— Сергей Витальевич, давайте поговорим...
— О чём, Игорь Михайлович? О том, как вы год воровали деньги компании? А я-то думал, откуда у вас такие траты на представительские расходы.
Игорь рухнул на диван. Лицо серое.
— Анна, что ты наделала?
Я села обратно в кресло. Взяла журнал.
— Я? Ничего. Это ты всё сделал сам.
Сергей Витальевич достал телефон.
— Извините за беспокойство, Анна Сергеевна. Мне нужно срочно вернуться в офис. А Игорь Михайлович... — он посмотрел на моего мужа, — Игорь Михайлович завтра зайдёт ко мне для серьёзного разговора.
После того как дверь закрылась, Игорь долго сидел молча. Потом поднял голову.
— Ты всё знала?
— Месяц назад узнала.
— И ничего не сказала?
— А зачем? Ты же такой умный. Такой успешный. Думал, сам разберёшься.
Игорь уткнулся лицом в ладони.
— Что теперь будет?
Я перевернула страницу.
— Теперь будешь готовить сам. Свинья.
Утром Игорь ушёл на работу бледный и молчаливый. Вернулся через два часа с коробкой личных вещей.
Уволили без выходного пособия. Завели уголовное дело.
Я варила кофе, когда он сел за стол с документами о разводе.
— Подписывай, — сказал он. — Я не буду препятствовать разделу имущества.
— Щедро.
— Аня, ты понимаешь, что натворила? Я могу сесть в тюрьму.
Я поставила чашку перед ним.
— Игорь, ты понимаешь, что натворил? Год воровал деньги ради домработницы, которая теперь рассказывает всему району, какой ты дурак.
Он поднял голову.
— Роза рассказывает?
— А ты думал, она будет молчать? Ты же её любимый «щедрый Игорь Михайлович». Теперь весь район знает, что ты вор и идиот.
Игорь подписал документы дрожащей рукой.
Через неделю он съехал к матери. А ещё через месяц я получила СМС от Розы: «Анна Сергеевна, ищу новую работу. Очень нуждаюсь. Игорь Михайлович больше не помогает».
Я удалила сообщение и заварила чай. За окном светило солнце, и никто не кричал на меня «готовь, свинья».
Наконец-то дома стало тихо.
