Когда её арестовали, следователи ожидали увидеть типичную фигуру позднесоветского общепита — осторожную, запуганную, готовую сразу признать вину и перекладывать ответственность на подчинённых.
Но Берта Бородкина повела себя иначе. Спокойно. Уверенно. Так, словно перед ней не уголовное дело, а очередное служебное совещание. Именно это и стало первым сюрпризом.
Её путь начинался вполне обычно. В послевоенные годы она работала официанткой, затем администратором, постепенно поднимаясь по служебной лестнице. Геленджик в те годы был не просто курортом, а местом, где отдыхали люди с возможностями.
Бородкина быстро поняла правила игры. Она умела «достать», накрыть стол так, как не накрывали другие, и создать атмосферу, в которой гости чувствовали себя особыми. За это её ценили, прикрывали и продвигали.
Со временем она стала директором сети ресторанов и фактической хозяйкой курортного общепита.
Система, которую она выстроила, была простой и отработанной. В столовых и ресторанах недовешивали, разбавляли, экономили на всём. По отдельности такие махинации выглядели мелочами.
Но в масштабе десятков заведений они превращались в огромные суммы. Дополнительный доход приносили подпольные развлечения, о которых предпочитали не говорить вслух, но о которых знали многие.
Когда начались обыски, следователи ожидали найти дефицит — меха, украшения, импорт. Всё это было. Но главное оказалось другим.
Деньги. Много денег. Их находили в банках, в подвалах, в замурованных тайниках во дворе. Суммы, по меркам середины восьмидесятых, были немыслимыми. Общий ущерб и объём взяток переваливал за миллион рублей. Для советской реальности это выглядело как вызов.
Дело быстро перестало быть делом одной женщины. Потянулась цепочка. Чиновники, партийные работники, руководители. Около двух десятков человек. В том числе те, кто ещё недавно считался неприкасаемым. В этой ситуации система не могла ограничиться условным сроком или лагерями.
Нужен был показательный финал.
Мой личный телеграм-канал, где ещё больше интересных историй 🔻
Берта Бородкина до конца не играла роль жертвы. Она не устраивала сцен, не просила о пощаде, не пыталась выгородить кого-то ценой себя. По воспоминаниям участников следствия, она держалась сдержанно и почти холодно. Это и удивляло больше всего.
Она вела себя как человек, который слишком долго жил по другим правилам и до последнего не верил, что эти правила могут обнулиться.
В 1985 году приговор был приведён в исполнение. Для позднего СССР это был исключительный случай. Женщин за экономические преступления не расстреливали. Этот выстрел был адресован не столько ей, сколько всем остальным.
Тем, кто слишком уверенно чувствовал себя в дефицитной стране и решил, что система больше не опасна.
СПАСИБО ЗА ПРОЧТЕНИЕ, ТОВАРИЩ!
Прошу оценить публикацию лайком и комментарием, поделиться прочитанным в соцсетях! Также Вы можете изучить другой материал канала.
Буду вам очень благодарен, если вы сможете поддержать канал и выход нового материала с помощью донатов 🔻