У меня детство было послевоенное. Продуктов в доме всегда было мало, ведь только что закончилась война, и мама приносила то, что удавалось найти. Она ловко управлялась с домашними делами: старших сестёр отправляла в школу, провожала папу на работу, а потом приводила всё в порядок дома. Разбросанные игрушки, книги, стол — всё становилось на свои места, словно по волшебству.
Когда мама возвращалась из магазина, она аккуратно расставляла покупки по полкам. Вместо отдыха она с радостью готовила швейную машинку к работе. Она любила шить. Снимала накидку с машинки, перебирала нитки, открывала коробочки со швейной мелочью. Делала это с таким удовольствием, что я всегда хотела быть рядом.
— «Подойди, дочка, — звала мама, — если есть время, не сиди сложа руки. Лучше займись делом… любимым делом».
— «А зачем?» — спрашивала я.
Мама улыбалась и тихо отвечала:
— «Подрастёшь — сама поймёшь».
Она начинала учить меня премудростям шитья. Обычно мама работала час или полтора, а потом готовила обед. К этому времени старшие возвращались из школы, и машинка отдыхала до вечера.
Вечером вся семья уютно собиралась возле швейной машинки: папа рассказывал о своём дне, а мама продолжала шить. Я играла рядом, слушала стрекот машинки и смех родителей. Эта картина осталась со мной навсегда — семейная идиллия в миниатюре.
Когда я подросла, я спросила:
— «Почему вы вечерами всегда за машинкой, а не отдыхаете?»
Родители переглянулись, и папа начал рассказ:
— «Когда мы только поженились, жили в съёмной комнатке на окраине Москвы. Меня уволили с работы, и однажды к нам пришёл знакомый — дядя Коля. Он пытался развеселить нас, но безуспешно».
На следующий день дядя Коля принес старую швейную машинку. Она была в ужасном состоянии, но работала.
— «Помоги мне разобраться с механизмом, — сказал он отцу. — В две руки одному не справиться».
Папа с радостью начал чинить машинку. Через два дня она блестела и приятно стрекотала. Дядя Коля не забирал её, а попросил, чтобы мама сшила ему фартук.
Мама испугалась: она ещё не умела работать на машинке.
— «Это не страшно, — сказал дядя Коля. — Всем можно научиться. Садитесь каждый день, пробуйте, и будет результат».
Два дня машинка стояла без дела. Мама боялась к ней прикасаться. Но дядя Коля снова пришёл и сел за машинку, показывая маме азы:
— «Изучайте каждый день, есть свободная минутка — садитесь. Так приходит опыт. Не откладывайте на завтра, чему можно научиться сегодня».
Мама постепенно втянулась в новое дело. Она буквально жила машинкой, мастерила из кусочков тканей. К празднику 23 февраля мама сшила фартук.
А затем папе он сам принес печатную машинку и сказал:
— «Это машинка моего отца. Она в рабочем состоянии, но есть небольшие, легко устранимые поломки. Каждый день и понемножку ремонтируй, а потом учись печатать сам».
Мама научилась шить на швейной машинке, а папа отремонтировал печатную. Мы решили показать результаты дяде Коле: пошитые вещи и напечатанную без помарок статью папы, которую он сам набрал. Мы готовились к встрече, радостно обсуждали, как удивим дядю Колю.
Позже папа узнал: дядю Колю арестовали. Я была шокирована такой концовкой рассказа. Мама, чтобы не показывать свои слёзы, вышла из комнаты. Папа, тяжело вздохнув, молчал и просто приговаривал:
— «Вот такая жизнь».
Совет профессора: каждый день и понемножку учитесь новому. Так Вы сможете изменить свою жизнь.
И напоследок: эти машинки остались в нашей семье как память, и я их отдала в музей моего отца. Там они и останутся навсегда. А эту историю я рассказывала и детям, и внукам. А что случилось в дальнейшем с дядей Колей, я так и не смогла узнать. Папа не знал его фамилии, и что стало с дядей Колей, мне неизвестно.