Я всегда считала, что в каждой семье есть свои маленькие странности. У кого-то муж коллекционирует старые гайки, у кого-то тёща приходит без звонка, а у нас… у нас есть Вадик. Двоюродный брат мужа. Человек, который умеет создавать проблемы даже там, где их быть не может по определению.
В тот день всё началось вполне мирно. Я сидела на кухне, чистила картошку и слушала, как муж в комнате разговаривает по телефону. Голос у него был такой, будто он одновременно и рад, и раздражён, и пытается что-то объяснить человеку, который не понимает с первого раза. А иногда — и со второго.
Через минуту он вошёл на кухню.
— Лена, — сказал он, — Вадик попросил ключи. На пару часов. Ему надо кое-что забрать.
Я подняла брови.
— Что забрать?
— Да кто его знает, — вздохнул муж. — У него там какие-то дела. Он сказал, что ненадолго.
Я молча посмотрела на мужа. Он отвёл взгляд. Это был тот самый взгляд, который означает: «Я понимаю, что идея так себе, но отказаться не смог».
— Ладно, — сказала я. — Только пусть ничего не трогает.
Муж кивнул слишком быстро. Это меня насторожило.
Через час Вадик пришёл. Я была дома, но он, как воспитанный человек, решил не заходить на кухню, а тихо прошмыгнул в комнату. Правда, судя по звукам, прошмыгивал он как бегемот в стеклянной лавке: что-то грохнуло, что-то упало, что-то заскрипело. Я даже услышала, как он сказал: «Ой, ёлки-палки», — и это меня окончательно убедило, что ничего хорошего ждать не стоит.
Через десять минут он вышел, сказал: «Спасибо, Лена, выручила!» — и исчез.
Я только вздохнула. Ну ладно. Бывает.
Вечером, когда я решила положить в свою коробочку деньги, которые мне дала соседка за варенье, я открыла крышку — и у меня внутри всё похолодело.
Не хватало трёх тысяч.
Я закрыла коробочку. Открыла снова. Пересчитала. Потом ещё раз. Потом ещё — на случай, если у меня внезапно развилась арифметическая галлюцинация.
Нет. Не хватало.
Я вышла в комнату.
— Ты брал деньги из моей коробки? — спросила я.
Муж поднял голову от газеты.
— Нет. А что?
— Пропали.
Он нахмурился.
— Может, ты потратила?
— Я бы вспомнила.
Мы переглянулись. И в этот момент мысль пришла одновременно нам обоим.
— Вадик… — сказал муж тихо.
Я почувствовала, как внутри меня что-то неприятно кольнуло. Не злость — нет. Скорее разочарование. Я всегда относилась к Вадику терпимо. Ну да, шумный. Ну да, вечно что-то теряет. Ну да, однажды перепутал наш дом с домом соседей и пытался открыть их дверь. Но чтобы деньги взять?
Муж сразу набрал Вадику. Разговор был коротким.
— Он говорит, что ничего не брал, — сказал муж. — И вообще обиделся.
— Конечно, — сказала я. — Как же. Обиделся.
Я села за стол. В груди было тяжело.
На следующий день муж ходил мрачный. Видно было — переживает. Вечером он подошёл ко мне.
— Лена… — начал он. — Я поговорил с мамой. Она сказала, что у Вадика сейчас… ну… трудности.
— У кого их нет? — сказала я.
— Да, но у него особые. Он же… ну… Вадик.
Это было сложно оспорить.
Я вздохнула. Ладно. Деньги — не конец света. Но неприятно.
Через два дня я снова открыла коробочку — и увидела там аккуратно сложенные три тысячи. И ещё сверху — пятьсот. А рядом — записка.
«Лена, извините. Я не хотел. Вернул. Пятьсот сверху — за моральный ущерб. Вадик».
Я улыбнулась. Ну хоть честный. По-своему.
Вечером я сказала мужу:
— Всё вернул.
Муж облегчённо выдохнул.
— Ну вот, — сказал он. — Я же говорил, он не плохой. Просто… ну… такой.
— Такой, — согласилась я.
Казалось бы — конец истории. Но нет. Жизнь любит финальные штрихи.
Через неделю я снова открыла коробочку — и увидела там… ещё пятьсот рублей. И записку:
«Лена, это я случайно. Когда в прошлый раз возвращал, кажется, опять задел. На всякий случай кладу ещё. Вадик».
Я рассмеялась. Муж зашёл на кухню.
— Что случилось?
— Да ничего, — сказала я. — Просто у нас теперь новая статья дохода. Называется «Вадик прошёл мимо шкафа».
Муж покраснел, но тоже засмеялся.
С тех пор я не переживаю, если Вадик приходит. Наоборот — я даже коробочку поближе ставлю. Вдруг опять что-нибудь «случайно заденет».
А ключи? Ключи мы ему больше не даём. Но не потому что боимся. А потому что, если он снова зайдёт, я боюсь, что он мне уже проценты начнёт платить.