Святки — время гаданий, и в русской живописи этот сюжет прошёл удивительный путь.
В Европу гадалки пришли первыми: у барочных мастеров это были сцены про наивность и обман. Когда тема добралась до России в начале XIX века, художники сначала говорили на том же языке, но потом все изменилось.
У Ореста Кипренского гадание становится тихим и личным моментом. Человек остаётся один, со свечой, с мыслями о будущем. Этот образ подхватывает романтизм. Посмотрите «Гадающую Светлану» Карла Брюллова — тревога, ожидание, надежда...
А вот у Алексея Венецианова гадание — часть обычной деревенской жизни. Никакой мистики. Просто зимний вечер, девушки, карты, разговоры.
Во второй половине XIX века художники начинают писать гадания как красивую традицию прошлого. У Константина Маковского это уже яркие костюмы, старинные обряды, почти театральная сцена.
Гадания в русской живописи прошли путь от поучительной сценки к тихому разговору о надежде и ожидании — став не столько мистикой, сколько отражением внутреннего состояния человека.
—
А вы когда-нибудь гадали — из любопытства или всерьёз?
