Ещё лет пять назад я был тем самым мужиком, который с перекошенным лицом и пеной у рта доказывал друзьям за пивом:
«Женщина должна быть натуральной!» Меня выворачивало от всего искусственного. Надутые губы казались карикатурой, наращённые ресницы — цирком, а слово «ботокс» звучало как медицинский диагноз из плохих новостей. Я искренне считал, что вся эта косметология — от неуверенности и дурного вкуса. Я мечтал о настоящей. Без масок. Без тонны косметики.
И нашёл Кристину. Она была из тех, кто и без усилий выглядит хорошо. Хвост собрала — и уже красавица. Умылась — и кожа светится. Ни ярких помад, ни «боевого раскраса».
Мне тогда казалось — вот она, редкость. Когда мы поженились, я сразу, по-мужски, обозначил границы. Без скандалов, спокойно, но жёстко: — Крис, мне не нужна кукла. Я люблю тебя такой, какая ты есть. Никакой химии в лицо, договорились? Она даже обрадовалась. Кивнула с улыбкой.
Убрала яркую косметику, перестала ходить по косметологам, которые раньше «на всякий случай»