— Дорогуша, ты куда? У меня завтра юбилей, держи швабру.
Свекровь сказала это почти ласково, с привычной улыбкой, за которой Юля давно научилась различать приказ. В одной руке — чашка с остывшим чаем, в другой — швабра, уже поставленная поперёк выхода, как шлагбаум. Юля замерла в прихожей, с сумкой через плечо и ключами в ладони.
Она действительно собиралась уйти. Просто выйти из этой квартиры — без скандала, без объяснений. На работу. Или просто подышать. Любой повод годился.
— Я спешу, — сказала Юля спокойно.
Свекровь прищурилась. В её взгляде мелькнуло удивление, быстро сменившееся раздражением.
— Спешит она… А кто мне завтра поможет? Юбилей — не шутки. Гостей двадцать человек. Полы сами себя не вымоют.
Юля смотрела на швабру. На потёртую ручку, на тряпку, пропахшую хлоркой. Сколько раз она держала её в руках? Сколько раз слышала: «Ну ты же моложе», «Ну тебе не трудно», «Ну ты же теперь семья».
Семья.
Муж сидел на кухне. Она знала — он всё слышит. Но не выйдет. Как всегда.
— Я не буду, — сказала Юля.
Слова прозвучали тихо, но в коридоре вдруг стало слишком пусто. Свекровь даже не сразу поняла смысл сказанного.
— Что значит «не буду»? — переспросила она.
Юля подняла глаза. Впервые — прямо.
— Я не буду мыть полы. Не буду готовить. Не буду обслуживать ваш юбилей. И вообще… я ухожу.
Свекровь усмехнулась.
— Куда это ты собралась? — в голосе появилась насмешка. — Думаешь, без тебя не справимся? Ты тут живёшь, между прочим.
— Я тут выживаю, — ответила Юля.
Из кухни послышался скрип стула. Муж вышел в коридор, растерянный, сонный, будто его выдернули из чужой жизни.
— Юль, ну ты чего? — начал он. — Мама же не со зла. Потерпи, завтра праздник, потом…
— Потом будет следующий юбилей, — перебила Юля. — И ещё один. И ещё. А моя жизнь всё это время — между шваброй и вашим «потерпи».
Свекровь побледнела.
— Да кто ты без нас? — резко бросила она. — Думаешь, ты кому-то нужна?
Юля усмехнулась. Не зло — устало.
— Вот именно это я и хочу проверить.
Она аккуратно отодвинула швабру в сторону. Свекровь не удержала её — словно вдруг ослабла. Муж что-то говорил, но Юля уже не слушала.
Дверь захлопнулась за её спиной мягко, почти вежливо.
На лестничной площадке было тихо. Юля остановилась, глубоко вдохнула и впервые за долгое время почувствовала не страх — облегчение.
Иногда, чтобы выйти из роли «удобной», достаточно просто не взять швабру.