В квартире пахло затхлой геранью и несбывшимися надеждами. Катя принюхалась, в который раз задаваясь вопросом, как этот запах вообще может существовать в современном мире. Пятиэтажка, в которой они жили, казалась порталом в советское прошлое, а властная свекровь, Нина Ивановна, была его бессменным хранителем.
"Катенька, ты бы борщ лучше посолила, а то пресный," – Нина Ивановна, словно вынырнув из воздуха, придирчиво рассматривала тарелку. Ее взгляд, цепкий и оценивающий, всегда заставлял Катю чувствовать себя школьницей, провинившейся перед строгой учительницей.
Катя промолчала, лишь сильнее стиснув вилку. Борщ варила она, потом убирала за всеми, стирала, гладила… На нее валилась основная часть быта, в то время как Нина Ивановна предпочитала «заниматься здоровьем» – часами просиживала у телевизора, комментируя каждый сюжет.
Муж, Андрей, метался между двумя огнями. Любил Катю и их маленькую дочку Софийку, но перед матерью испытывал какой-то иррациональный комплекс вины. Он вырос, окруженный ее неусыпной заботой (а по правде, тотальным контролем), и скинуть этот груз никак не мог.
"Мам, ну чего ты опять придираешься? Катя старается," – Андрей пытался вступиться, но получалось неубедительно.
"Старается? Стараются в цирке, Андрей! А в семье должна быть гармония и вкус," – парировала Нина Ивановна, окидывая Катю презрительным взглядом.
Вечером, укладывая Софийку спать, Катя не выдержала. Тихонько всхлипнула, уткнувшись лицом в подушку. Андрей, увидев ее заплаканные глаза, присел рядом.
"Ну чего ты, солнце? Не обращай внимания," – сказал он, обнимая ее.
"Андрей, я больше не могу. Ни дня! Или она, или я…" – выдохнула Катя, чувствуя, как слезы снова подступают к горлу.
Андрей побледнел. Этот ультиматум висел в воздухе уже давно, но он до последнего надеялся, что все как-то само собой уладится.
"Ты же знаешь, я не могу ее выгнать…" – пробормотал он, избегая ее взгляда.
"Значит, ты выбираешь ее," – констатировала Катя, чувствуя, как внутри все холодеет.
Несколько дней в доме царила тягостная тишина. Андрей ходил как в воду опущенный. Катя собирала вещи, стараясь не смотреть ему в глаза. Нина Ивановна победно поглядывала на происходящее, словно одержала долгожданную победу.
В один из вечеров Андрей задержался на работе. Возвращаясь домой, он случайно (или не случайно?) столкнулся с бывшей невестой, Лерой. Лера была полной противоположностью Кати: яркая, уверенная в себе, с дорогим маникюром и безупречным макияжем. Нина Ивановна всегда считала ее "настоящей женщиной" – в отличие от Кати, "серой мышки".
Лера, услышав о проблемах Андрея, участливо склонила голову. "Тебе нужна настоящая поддержка, Андрей. Ты заслуживаешь большего," – промурлыкала она, заглядывая ему в глаза.
После нескольких рюмок коньяка Андрей уже не помнил, как оказался у нее дома. Утром, проснувшись в чужой постели, он испытал приступ тошноты и стыда.
Катя узнала обо всем случайно. Сообщение от Леры на Андреевом телефоне стало контрольным выстрелом. Она молча собрала оставшиеся вещи, взяла заплаканную Софийку на руки и вышла из квартиры, не оглядываясь.
Несколько месяцев спустя Андрей, подавленный и опустошенный, сидел за кухонным столом, в той самой квартире с геранью. Нина Ивановна ворчала на него, но ее слова уже не имели никакой силы. Он потерял все: Катю, Софийку, семью.
Однажды ему позвонил незнакомый номер. Это была Катя.
"Андрей, Софийке нужна помощь. У нее обнаружили серьезное заболевание," – сказала она ровным голосом.
Мир Андрея перевернулся. Он бросил все и примчался к Кате. Увидев Софийку, бледную и слабую, он почувствовал, как сердце разрывается от боли.
Врачи давали мало шансов, но Андрей и Катя, забыв прежние обиды, объединились ради спасения дочери. Они провели месяцы в больнице, поддерживая друг друга и Софийку.
В один из дней, когда Софийка мирно спала, Андрей признался Кате: "Я был дураком. Я не ценил тебя. Я позволил матери разрушить нашу семью."
Катя молча смотрела на него. В ее глазах была боль, но и надежда. "Нам нужно жить ради Софийки," – сказала она.
Софийка медленно, но верно шла на поправку. Андрей и Катя снова стали семьей, хотя прошлое навсегда оставило шрамы на их сердцах. Нина Ивановна, осознав свою вину, молча покинула их жизнь.
Андрей понял, что настоящая любовь – это не страсть и мимолетные увлечения, а преданность, прощение и готовность быть рядом в трудную минуту. И что семья – это не только кровные узы, но и выбор, который делаешь каждый день. Он сделал свой выбор. И теперь он знал, что этот выбор – Катя и Софийка. Их маленькая, хрупкая, но такая настоящая семья. Запах герани в квартире больше не казался таким удушающим. Он напоминал о прошлом, которое нужно помнить, чтобы не повторять ошибок в будущем. И о надежде, которая всегда есть, даже в самые темные времена.