— Ты посмотри на него! Это же позор! — мужчина в дорогой куртке брезгливо ткнул носком ботинка в дрожащего щенка. — У всех стойка идеальная, а у этого ухо висит как тряпка. Кто его купит? Никто. Только корм переводить.
Это происходило на заднем дворе элитного частного дома. Хозяин, известный в городе заводчик немецких овчарок, проводил «ревизию» помета. Шесть щенков были идеальными — будущие чемпионы, каждый стоит как подержанная иномарка. А седьмой... Седьмой подвел.
— И что с ним делать, Аркадий Петрович? — спросил помощник.
— В расход, — холодно бросил заводчик. — Или выкини подальше, чтоб репутацию питомника не портил. Скажем, что родился мертвым. Это бизнес, ничего личного.
Щенка, который виновато прижимал то самое «неправильное» ухо, сунули в черный пластиковый пакет и выставили за ворота, к мусорным бакам, как испорченный товар.
«Бракованная» душа
Татьяна Ивановна жила в скромном домике по соседству. Она давно видела, что происходит за высоким забором «элитного питомника», и старалась туда не смотреть. Но сегодня сердце кольнуло.
Она увидела, как помощник выносит пакет. Услышала тихий писк.
Как только ворота закрылись, женщина бросилась к бакам. Она разорвала пластик. Оттуда на нее смотрели два черных глаза-бусинки. Щенок не скулил, он дрожал так сильно, что зубы стучали.
— Ах вы ироды... — выдохнула Татьяна, пряча малыша за пазуху своего старого пуховика. — Ну и что, что ухо? Зато сердце стучит. Живое.
Она назвала его Грэй.
Ветеринар, осмотрев найденыша, только хмыкнул:
— Здоров как бык. А ухо... Ну, хрящ слабый. На выставку не пойдет, а другом будет отличным. Вам же не медали с ним получать?
— Мне с ним жить, — ответила Татьяна.
Кто здесь настоящий чемпион?
Прошел год.
Бизнес у соседа-заводчика пошел на спад. Новая мода на другую породу, кризис — щенков брали плохо. Он ходил злой, срывался на своих «чемпионах», которые сидели в тесных вольерах и выли от тоски.
Однажды зимой в поселке отключили свет. А у Татьяны Ивановны, как назло, заклинило замок в бане. Она оказалась заперта в настывающем помещении, телефон остался в доме. Кричать было бесполезно — метель глушила звуки.
Грэй, который гулял во дворе, почуял неладное. Он не стал выть. Он подбежал к двери бани, понял, что хозяйка не выходит, и рванул к забору соседа.
Пес начал лаять так басисто и требовательно, бросаясь на ворота, что Аркадий Петрович вышел посмотреть, кто там с ума сошел.
Грэй отбегал, возвращался, звал за собой. Заводчик, хоть и был циником, в собаках разбирался.
— Зовет куда-то... Случилось что?
Он пошел за псом. И нашел Татьяну, уже почти замерзшую. Дверь выломали ломом.
Карма
Когда Татьяну отпаивали чаем, заводчик внимательно смотрел на Грэя, который лежал у ног хозяйки и не сводил с нее глаз. Ухо у пса так и висело забавно набок, придавая ему добродушный вид. Но стать была мощная, королевская.
— Это тот самый? — спросил сосед. — Которого я...?
— Тот самый, — кивнула Татьяна. — Бракованный.
— Мои бы так не сделали, — неожиданно признался заводчик. — Мои только жрать просят и команды выполняют. А этот... Думает.
Он помолчал и добавил:
— Продай. За любые деньги выкуплю. Мне такой производитель нужен, с мозгами.
Татьяна обняла Грэя за шею:
— Друзья не продаются. Даже за очень большие деньги. Идите, Аркадий. У вас бизнес, а у нас тут — семья.
Как вы считаете, справедливо ли усыплять здоровых животных только из-за «неправильной» внешности?
😡 — Нет! Это варварство и жадность!
😢 — Слава богу, что его спасли.
Подписывайтесь! Мы рассказываем истории о тех, кого посчитали лишними.