Август 2024 — декабрь 2025. Анастасия Костенко и Дмитрий Тарасов воспитывают четверых общих детей. Их преследует сталкер, который годами пишет угрозы. Их обсуждают, хейтят, обвиняют. Но они объявили: хотят взять ребёнка из детского дома. Пятого. Чужого по крови. И я смотрю на это и думаю: когда четверо своих, сталкер за спиной и вся страна тебя судит — откуда берутся силы ещё на одного?
История семьи, которая не боится быть большой
2017 год. Дмитрий Тарасов (30 лет) бросает жену Ольгу Бузову ради 23-летней модели Анастасии Костенко. Скандал. Травля. Ненависть.
2018 год. Свадьба. Рождение первой дочери Миланы.
2020 год. Вторая дочь Ева.
2021 год. Третья дочь (имя неизвестно широкой публике — пара защищает privacy детей).
2022 год. Сын Алексей.
2023 год. Четвёртый ребёнок — сын Ярослав.
Итого: за 7 лет брака четверо детей. Плюс дочь Ангелина от первого брака Тарасова (с которой он почти не общается).
Казалось бы, достаточно. Четверо — это огромная нагрузка: финансы, время, внимание, здоровье матери.
Но в августе 2024 года Анастасия пишет: «Мы хотим взять ребёнка из детского дома. Мы чувствуем, что в нашей семье безумно много любви для того, чтобы согреть ею ещё одного малыша».
Декабрь 2025. Семью преследует сталкер. На протяжении нескольких лет им приходят угрозы. Мужчина пишет на почту, создаёт новые аккаунты, упоминает фамилии других знаменитых детей.
Анастасия говорит: «Просто какая-то жуть».
Но планы удочерить ребёнка остаются.
Психология «большой семьи»: почему они решаются на пятого
Для большинства людей четверо детей — предел. Для Костенко и Тарасова — недостаточно.
Почему?
Три причины, почему пара хочет ещё одного ребёнка
1. Они действительно любят детей
Не на словах. На деле. Анастасия родила четверых за 7 лет. Это физически и эмоционально изматывающе.
Беременность, роды, восстановление — каждый раз. И она готова снова. Не рожать (удочерение — это не биологический ребёнок), но воспитывать.
Дмитрий говорит: «Я очень люблю детей. Скорее всего, мы будем планировать».
Это не пиар. Не «красивые слова». Это — их жизнь. Четверо детей дома — это каждый день. Утро, вечер, ночи. Болезни, школа, секции. И они хотят ещё.
2. Они понимают ответственность приёмного родительства
Анастасия пишет: «Мы понимаем, что это огромная ответственность, в первую очередь это и стресс для наших общих малышей».
Она не идеализирует. Не говорит: «Всё будет легко». Она признаёт: это сложно.
Приёмный ребёнок — это травма. Детский дом оставляет след. Нужна терапия, адаптация, терпение. Биологические дети могут ревновать, бояться, протестовать.
Костенко это понимает. И всё равно хочет.
3. Они хотят дать шанс тому, у кого его нет
В России около 400 тысяч детей-сирот. Большинство не найдут семьи. Вырастут в детдоме, выйдут в мир без навыков, без поддержки.
Тарасов и Костенко могут дать одному ребёнку семью. Не спасти всех. Но одному — дать дом, любовь, будущее.
И они это делают. Не ради пиара (они не афишируют, какого ребёнка хотят, откуда, когда). Просто — решили.
Урок для всех нас: любовь — это не чувство, а действие
История Костенко и Тарасова — это не про идеальную семью. У них проблемы. Сталкер. Травля. Хейт (Анастасию годами обвиняют в том, что она «разлучница», которая разрушила брак Бузовой и Тарасова).
Но они делают. Не говорят «Мы бы хотели». Они хотят — и планируют.
Три вопроса, которые стоит задать себе
1. Сколько любви у меня есть?
Мы часто думаем: «У меня не хватит времени/сил/денег». И не заводим даже первого ребёнка. Или второго.
Костенко и Тарасов после четверых говорят: «У нас есть ещё».
Не потому, что они супергерои. А потому, что любовь не исчерпывается. Чем больше отдаёшь — тем больше остаётся.
2. Что я могу сделать для тех, кому хуже?
Мы живём своей жизнью. Работа, дом, дети, проблемы. И забываем: есть те, кому нужна помощь.
Костенко и Тарасов не забыли. У них четверо детей, но они думают о пятом — том, у кого вообще нет семьи.
Это не героизм. Это — человечность.
3. Что меня останавливает?
Страх? «А вдруг не справлюсь?»
Стыд? «А что скажут люди?»
Эгоизм? «Мне и так хватает проблем»?
Костенко и Тарасова судит вся страна. Их ненавидят за то, как они сошлись. Преследует сталкер. Четверо детей — огромная нагрузка.
И они всё равно хотят пятого.
А что со сталкером?
15 декабря 2025 года Анастасия рассказала: их семью годами преследует мужчина. Пишет на почту угрозы. Создаёт новые аккаунты. Упоминает фамилии других знаменитых детей (среди них — дети Яны Рудковской).
Анастасия говорит: «Я даже погуглила, знаю, что Яна Рудковская хотела обсуждать даже уголовное дело на этого персонажа».
Дмитрий добавляет: «Много лет нам пишут. Это просто какая-то жуть».
Вопрос: если вас преследуют, угрожают — как вы можете думать об удочерении?
Ответ: потому что жизнь не останавливается.
Да, есть сталкер. Да, есть угрозы. Но они не закрываются дома, не перестают жить, не отказываются от планов.
Они ограждают детей (не дают им соцсети, объясняют, что в мире есть злые люди). Но не отказываются от счастья.
Три возможных сценария (что будет дальше)
Версия 1: Они действительно удочерят ребёнка
Анастасия просила совета у подписчиков: как правильно оформить удочерение, к кому обратиться. Значит, они серьёзно.
Возможно, через год-два в семье Тарасовых появится пятый ребёнок. Девочка из детдома. Которая получит любовь, дом, будущее.
Версия 2: Передумают
Четверо детей, сталкер, травля — это слишком. Может, поймут: сейчас не время.
И это тоже нормально. Лучше честно признать «не потяну», чем взять ребёнка и не справиться.
Версия 3: Родят своего пятого
Дмитрий говорил: хочет ещё детей. Анастасия восстановилась после четвёртой беременности. Может, вместо удочерения — снова роды?
Какая версия правдива? Время покажет.
А что думаете вы?
Делитесь в комментариях:
- Правильно ли брать пятого ребёнка, когда четверо своих?
- Или это эгоизм — «хотим ещё», не думая о тех, кто уже есть?
- И главное: смогли бы вы взять приёмного ребёнка?
Лично я восхищаюсь их решением. Потому что легко сказать "Кто-то должен помочь сиротам". Сложно — сделать.
Костенко и Тарасов не ждут, что кто-то поможет. Они хотят помочь сами.
И это — редкость.
P.S. В России около 400 тысяч детей-сирот. Большинство ждут семью годами. Некоторые — всю жизнь. Если каждая десятая семья возьмёт одного ребёнка — детских домов не останется.
P.P.S. Если вы думаете об усыновлении — не бойтесь. Да, это сложно. Да, это ответственность. Но вы можете изменить жизнь ребёнка. Дать ему то, чего у него никогда не было. Семью.