Все описанные события и персонажи вымышлены. Любые сходства с реальными событиями случайны.
Внедорожник с табличкой «Международная пресса» на лобовом стекле петлял по узким улочкам, зажатым между невысокими домами, направляясь к южной окраине столицы. Плотная городская застройка постепенно осталась позади. На холмах, обрамляющих долину, среди буйной тропической зелени мелькали роскошные особняки, укрытые за высокими оградами.
Машина остановилась на обочине у подножия очередного подъёма. Журналисты вышли на дорогу вслед за Доминго. На вершине холма, в фешенебельном районе Эскасу, открывавшем вид на долину Сан-Хосе, за коваными воротами, в окружении пальм и фруктовых деревьев, стоял двухэтажный особняк колониального стиля.
После непродолжительной паузы автомобиль вновь тронулся и вскоре остановился перед теми же коваными воротами, возле которых прохаживалась вооружённая охрана в оливковой форме. Тщательный досмотр багажника и сумок с фотоаппаратурой занял несколько минут. Получив разрешение, внедорожник медленно покатил по выложенной плиткой дорожке и припарковался на стоянке рядом с парой чёрных сверкающих «Мерседесов».
Особняк терракотового цвета с массивными белоснежными колоннами и широким балконом производил впечатление основательности и прохлады даже в полуденный зной. Высокие окна с тёмными ставнями, черепичная крыша цвета спелой охры и симметричные башенки с флюгерами завершали картину благополучия.
Журналистов встретила девушка в форме и проводила в просторный светлый холл, а оттуда — в большую гостиную. Высокие потолки, картины с вулканами и солнечными долинами на стенах, массивный круглый стол из тёмного дерева в центре и шкафы с книгами вдоль стены создавали атмосферу солидности. Пока гости рассаживались, на столе появился поднос с дымящимися чашками кофе.
Вскоре в помещение стремительно вошёл команданте Пастора в своей неизменной военной форме. После коротких приветствий на столе появились диктофоны, и началась беседа. Журналисты задавали вопросы об изменении обстановки в Никарагуа, о жестоких боях с FDN, о составе и целях его собственной армии. Они напоминали о его прежних заявлениях против роскоши, указывали на контраст между его словами и нынешним окружением, спрашивали об источниках финансирования и политических союзниках.
Пастора, временами раздражённый, временами ироничный, настаивал на своей версии. Он обвинял правящих в Манагуа команданте в тоталитаризме и экономических провалах, отвергал любую возможность союза с FDN, называя их наследниками кровавой гвардии Сомосы. Он говорил о себе как о защитнике истинных идеалов революции и Сандино, вынужденном взяться за оружие, чтобы «соскрести тоталитарный лак» с происходящего в стране. На вопрос о шансах на победу он отвечал уверенно, возлагая надежды на политическое пробуждение народа, уставшего от бедности.
Обсуждение коснулось возможного иностранного вмешательства, отношений с США и Социалистическим Интернационалом, роли бизнесмена Альфонсо Робело. Беседа длилась довольно долго, но, как показалось журналистам, не принесла ничего принципиально нового — в основном это были уже знакомые тезисы, лишь слегка смягчённые. После того как помощница тихо напомнила команданте о времени, встреча была завершена коротким прощанием.
Выйдя из особняка на улицу, журналисты в коротком обмене мнениями констатировали, что услышали много общих фраз, но мало конкретики. Общее впечатление от увиденного и услышанного заключалось в глубоком противоречии между революционной риторикой и обстановкой, в которой она теперь звучала.
Полную версию и другие произведения читайте на Boosty, подписка платная всего 100 рублей месяц.