Ольга Бузова могла позволить себе уехать в свадебное путешествие в разгар скандала с «Авансом», вернуться — и её карьера только взлетела. При этом другие медийные фигуры после одного неловкого слова или поступка навсегда вычеркиваются из эфиров и колонок светской хроники.
Почему публика и индустрия прощают одним и безжалостны к другим? За кулисами громких заголовков работает негласный алгоритм социального прощения. Разберём его на примерах двух полярных фигур — Ольги Бузовой и Ларисы Долиной.
Правило №1: «Банк доверия», или что у вас на счёте до скандала
Перед тем как сорваться, Ольга Бузова годами исправно пополняла свой «банк доверия». Её нарратив — «девочка из простой семьи, которая своим трудом, через насмешки, добилась всего». Её контент — откровения о личной жизни, борьбе, которые создавали иллюзию близости и искренности. Каждый пост, каждая слеза в сторис были депозитом в ее карму. Когда грянул скандал с мошенническим «Авансом», у неё был огромный баланс, который позволил «списать» удар. Аудитория мыслила так: «Она своя, она ошиблась, но она не враг».
Лариса Долина — икона музыки, живой классик. Но её «банк» иного рода — он наполнен профессиональными достижениями, а не личными откровениями. Её связь с публикой строилась на уважении к таланту, а не на иллюзии дружбы. Когда ее публичные высказывания стали вызывать резонанс, оказалось, что «валюты» для широкой публики не хватает: уважение — хрупкий актив, оно не прощает ошибок, которые бьют по моральному авторитету. Нет личных «депозитов» — нечего и списывать.
Правило №2: Фактор полезности, или почему профессионалов щадят
Алгоритм прощения безжалостно оценивает: насколько вы незаменимы для системы?
- Бузова — не просто певица или ведущая. Она медиамашина, бизнес-проект и генератор вовлечения для миллионов. Её «полезность» для шоу-бизнеса измеряется в строках новостей, просмотрах, продажах. Её сложнее «списать», потому что она — актив.
- Долина — гениальная вокалистка. Но в публичном поле её «полезность» в последние годы часто сводилась к экспертным оценкам и сольным концертам. Когда резонанс от её слов начал перевешивать профессиональную ценность в глазах медиа, система начала отторгать ее как «рискованный актив». В индустрии развлечений, где репутация — валюта, это почти приговор.
Вывод: Прощают не того, кто лучше, а того, чья функциональная полезность для медиасистемы перевешивает репутационные издержки от его скандала.
Правило №3: Тактика «нарративного перехвата»: как сменить пластинку в разгар скандала
Ключевой этап в алгоритме — не молчание, а способ переключить повестку. В случае Бузовой и «Аванса» её команда (или она интуитивно) применила тактику «нарративного перехвата».
Скандал с финансовой пирамидой достиг пика. Вместо того чтобы углубляться в оправдания («я не знала», «меня обманули»), что лишь раскручивало бы негативную повестку, Бузова создала параллельную, более сильную эмоциональную реальность. Она анонсировала, а затем и провела громкую свадьбу с Давидом Манукяном. Освещение в медиа мгновенно разделилось: в одной плоскости — разоблачительные статьи о «Авансе», в другой — exclusive-фото со свадьбы, обсуждения платья, эмоции. Публичное внимание, особенно её целевой аудитории, было принудительно переведено на личную драматургию, где она была героиней, а не фигуранткой. Это не было бегством — это была стратегия создания конкурентного события, которое эмоционально перевесило скандал.
Лариса Долина, столкнувшись с волной критики, выбрала иную модель — сначала прямая конфронтация (ответные посты, эфиры), а затем уход в молчание. Проблема в том, что ее уход не сопровождался созданием альтернативной, позитивной повестки. В публичном поле остался только вакуум, заполненный эхом скандала. В алгоритме прощения «исчезнуть» недостаточно — нужно «появиться» в новом, эмоционально заряженном контексте, который вы контролируете.
Вывод: В кризисе важно не просто замолчать, а громко заявить о чём-то другом, что займёт ту же эмоциональную «полку» в сознании публики. Прощают тех, кто умеет не оправдываться, а увлекать за собой новым сюжетом.
Что в сухом остатке?
Алгоритм прощения — это холодный расчет, а не эмоции. Он отвечает на три вопроса:
- Был ли накоплен достаточный «капитал доверия» правильной валютой (личная близость vs. профессиональное уважение)?
- Перевешивает ли ваша полезность для системы тот ущерб, который приносит скандал?
- Дали ли вы аудитории паузу, чтобы эмоции улеглись, или подливали масла в огонь?
Одних прощают, потому что с ними выгоднее мириться, чем терять. Других не прощают, потому что цена их оправдания становится выше их ценности для повестки.
А как вы думаете, что в этом алгоритме первично?
Предыдущие заслуги и «банк доверия» или абсолютная, грамотно поданная искренность в моменте кризиса? И какой еще пример «непотопляемости» или, наоборот, «непрощения» кажется вам показательным?
Другие статьи канала: