ДЕЛО ЧЕТВЁРТОЕ. ПОСЛЕ РЕМОНТА
Этот мотор только что вернулся к жизни. По документам — полный капитальный ремонт: расточка, новые поршни, кольца, вкладыши, отремонтированные головки. Он прошёл обкатку, выехал из бокса уверенно, без посторонних звуков. Но через несколько сотен километров началось странное. Давление масла на горячую стало падать. Не резко, не до нуля — просто ниже нормы. На холодную всё было идеально. И это было хуже всего.
Я не верю совпадениям после капремонта. Если мотор ведёт себя неправильно — значит, его так собрали. Поэтому я не стал искать внешние причины. Я начал с того, что мотор говорил сам — с масла. В поддоне оно было чистым, без стружки, без запаха перегрева. Фильтр — новый, не забит. Насос держал давление на холодную уверенно. Значит, проблема проявлялась только тогда, когда металл расширялся и зазоры начинали жить своей жизнью.
Разборка пошла быстро. Этот двигатель уже был «чужим» — свежие прокладки, герметик, следы недавнего инструмента. Когда я добрался до коленчатого вала, дело наконец заговорило. Коренные вкладыши выглядели нормально, без проворотов, без задиров. А вот шатунные… на двух шейках рабочая поверхность была отполирована до зеркала, без следов масляной плёнки. Это был не износ — это было масляное голодание.
Я проверил зазоры. Они были в допуске. Проверил каналы — чистые. Масляный насос — исправен. Всё сходилось, но не складывалось. Тогда я снял один из шатунов полностью и увидел то, что искал. Вкладыш был установлен правильно по размеру, но с несовпадением масляного отверстия. Его просто развернули не той стороной. Отверстие в шатуне было перекрыто металлом вкладыша.
На холодную масло ещё как-то пробивалось, давление держалось. Но стоило мотору прогреться, вязкость падала, поток уменьшался — и шатун начинал работать насухо. Именно поэтому давление падало постепенно, без аварийных симптомов. Именно поэтому мотор ещё не застучал. Он был на грани.
Дальнейшая дефектовка показала начало прихватов. Вал ещё можно было спасти — полировка, без шлифовки. Но если бы мотор прошёл ещё тысячу километров, это дело превратилось бы в капитальный приговор. Ошибка была простой, почти стыдной. Но именно такие ошибки и убивают моторы после «качественного» капремонта.
Сборка шла медленно и внимательно. Каждый вкладыш проверялся не только по маркировке, но и по ориентации. Каждый канал продувался. Я не доверял ничему, кроме собственных глаз. После запуска давление масла было ровным. На горячую — стабильным. Мотор работал спокойно, без напряжения, словно с него сняли груз.
Это дело было не про износ и не про усталость металла.
Это было дело про один неверно повернутый вкладыш,
который чуть не уничтожил новый двигатель.
И такие дела всегда самые горькие. Потому что мотор погибает не от старости — а от чужой небрежности.